— Еще шесть дней, — я разочарованно выдохнула.
Гейс снова поцеловал меня, сначала коснулся губами виска и щеки, потом прижался к моим губам. В этом поцелуе я почувствовала горечь прощания и его смирение. Он так же как и я не хотел расставаться.
Вердомме, как не сойти с ума от беспокойства? Как я могла сейчас уйти, зная, что еще шесть дней, а то и больше, меня не будет рядом с ним? И ладно бы это была просто поездка, но мой муж рисковал своей жизнью!
— Но может, и раньше, может, раньше, — между поцелуями пробормотал Гейс. — Как только найдут виновного, я сразу же вернусь! К тебе, Никке, только к тебе…
— Скорее бы нашли, скорее бы, — кратко шептала я, утопая в нежности.
— Время, ваша светлость, — вернул нас к реальности голос одного из стражей. Гейс снова нахмурился и выпустил меня из объятий.
— Береги себя, прошу, Никке, — сказал он мне на прощание.
Я, конечно, пообещала, что буду.
Глава пятнадцатая
К выходу из госпиталя меня провели, не позволяя оглядываться и смотреть по сторонам. Стражники делали вид, что просто идут рядом, а не конвоировали меня. Но я и не рвалась сбежать. Просто передвигала ногами, изредка прислушиваясь к кратким командам, куда свернуть.
Гейс сам выбрал помочь королю. Со мной не советовался, и в принципе я понимала, что в такой ситуации ждать, что кого-то заинтересует мое мнение, было глупо. Королю не отказывают. Да и Гейс никогда не был трусом, пусть он и не военный.
Я влюбилась в этого мужчину, потому что увидела в нем и нежность, и стойкость. Он способен быть жестким, иногда жестоким по необходимости, не чужд справедливости и никогда не уходит от ответственности. Все-таки до того, как стать министром церемоний, ему приходилось управляться с немаленьким хозяйством. Работники на графских мануфактурах не приняли бы слабого. Я понимала это, когда выходила за него замуж.
Но вместе с тем он не скрывал чувств и не боялся признаться в собственном незнании. Его искренность влекла меня не меньше его решительности. Так что да, Гейс поселился в моих мыслях очень быстро, и хватило всего нескольких свиданий, чтобы от одного упоминания об этом мужчине у меня сильнее билось сердце в груди.
И если он решил рискнуть своей жизнью, что ж… Спорить с Гейсом или устраивать ему истерику я не собиралась. Он уже ответил королю, этого не изменить. Следующие дни как для меня, так и для Гейса будут непростыми. И если бы я намекнула, что недовольна, то мы расстались неправильно. Гейс бы вспоминал мое недовольное лицо, а мне бы пришлось волноваться еще сильнее и расстраиваться из-за ссоры. Зачем это мне?
Нет, на прощание я поцеловала мужа так крепко, что мои губы болели до сих пор. Пусть возвращается живым ко мне. Пусть помнит, что я жду.
Впрочем, сидеть и ничего не делать это было не в моем стиле.
Игры и интриги короля, нет, в них вмешиваться я не собиралась. Но и остаться без новостей я не могла. Семь лет назад родственников короля не защитило ничего, даже он сам с трудом справился. Тогда противник был хорошо подготовлен, но и сейчас врага могли недооценить…
— Ваша светлость, не волнуйтесь, если покажется, что за вами следят. Его величество выделил вам зелфор с сопровождением, — перед тем, как выйти в оживленный холл госпиталя, один из стражей остановил меня жестом и склонился в поклоне.
— Я благодарна его величеству за беспокойство, но не потерплю, если его стражи будут ходить за мной тенью и дышать в спину, — огласила я свои требования.
— Ваши пожелания будут выполнены. Но его величество указал просить вас ограничить ваши передвижения уже знакомыми Институции безопасности местами. Выделить королевских стражей больше, чем есть сейчас, мы не можем…
Институция безопасности? Я поморщилась и кивнула. Об этой институции слышно было гораздо меньше, чем о Следственной. Все дело было в том, что Следственная всегда на виду у обычного населения, а Институция безопасности и собственно министерство безопасности Фрейзелии занималось делами более грязными, чем бытовая поножовщина в торговом квартале или столкновение двух зелфоров. В их ведении, как я слышала от Гейса и сама собрала информацию, были контрабанда и преступные картели, наемные убийцы и, естественно, тайные агенты других стран.
Очень нервировало, что люди из этой институции следили и впредь продолжат следить за мной — пусть и не сами, а опосредованно. У каждого есть что скрывать, и я хотела бы, чтобы некоторые моменты моей жизни оставались только моими. Разделить их с Гейсом я еще бы подумала, но не с десятком незнакомых людей!
— Хорошо, — вздохнула я, хотя ничего хорошего не видела.
Хотя в госпитале стало спокойнее и тише за то время, пока я разговаривала с королем и Гейсом, вокруг все еще разбирались с ранеными. Но те, кого не нужно было оставлять на ночь в госпитале, потянулись на выход — к зелфорам и общественным вервоерам. Хотя толкаться в переполненном салоне вервоера после такого ужасного происшествия — сомнительное удовольствие.
Я сразу же с улыбкой вспомнила свои поездки. Кресла в вервоере такие узкие, что я всегда старалась сжаться, чтобы не касаться другого пассажира. А еще приходилось цепляться за ручку в кресле впереди, если не было желания подпрыгивать на каждом камешке мостовой. Но это в любом случае лучше, чем идти пешком. И дешевле зелфора.
Я прошла незамеченной через холл. Стражи и правда не дышали мне в спину, а рассредоточились вокруг. На выходе меня попытались остановить, какой-то доктор, все-таки форма сестры-помощницы людьми воспринималась однозначно, я должна была следовать по первой просьбе и помочь. Но вмешательство стражи не понадобилось, я просто отговорилась занятостью, и даже склонилась кратко перед доктором. Незачем вести себя как герцогиня, если на мне форма госпиталя. А так этот мужчина меня даже не вспомнит.
— Зелфор стражи поедет вслед за вами. Ваш водитель уже предупрежден и ждет на стоянке, — тихо уведомил меня страж.
— Только не пугайте мне работников, — поморщилась я.
Но мысленно я довольно улыбнулась. Король приказал охране следовать за моим зелфором, пусть следуют. Но не факт, что я буду внутри зелфора.
Мне не нравились очень сомнительные сроки, которые озвучил мне Гейс. А вдруг все не закончится днями, растянется на децениумы или даже луны? Чем дольше будет длиться игра, тем больше риск.
Могла ли я снизить этот риск?
Что-то же было в аварии, что не давало мне покоя. Возможно, осмотр места взрыва дал бы понять больше?
Джерри встретил меня у зелфора: лицо красное, взгляд рассеянный, руки тряслись. С ним явно уже побеседовали ужасные королевские стражи. Возможно, угрожали. Я покачала головой и быстро заскочила в салон зелфора. Дождалась, пока Джерри окажется на месте водителя, а потом выдала инструкции:
— Поедем от госпиталя окружной дорогой. Поверни налево и сразу притормози — там, где пышные кусты, видишь. Я выйду, не спорь, а ты поедешь не спеша дальше.
— Но ваша светлость… — дрогнувшим голосом произнес водитель.
— Не спорь, сделаешь, как велела, никто и не заметит, — резко оборвала его возражения я. — И стражей не бойся, это мое решение, а не твое.
— Как скажете, ваша светлость, — поник водитель.
— Повернешь налево, притормозишь на секунду, а потом медленно поедешь в сторону торговых рядов. Мясной магазин манеера Рулантса. Купи несколько килограмм говяжьей вырезки, свежей, и трех-четырех мелких птичек. Не спеши. Потом загляни в конфетную лавку на Виндриг-штрассе, если остались шоколадные кексы, то возьми их, если нет, то слоеные булочки с ягодами тоже подойдут. И… на этом пока все.
— А вы как же?
— И вернешься за мной. Можешь не прятаться, подождешь меня у бокового входа, где высадил сегодня. Мне нужно выиграть немного времени и только…
Я действительно не надеялась, что стражи не заметят. Возможно, сначала не заподозрят, но потом обязательно решат проверить: на месте ли герцогиня. На Джерри вины нет, он выполнял мои распоряжения. Мне, возможно, придется выслушать немало неприятного от короля, но оно того стоило. Потому что королевским планам я не верила. По крайней мере, не настолько, чтобы пустить все на самотек, когда на кону жизнь Гейса.
Когда медленно едущий зелфор стал ползти, а не двигаться, я распахнула дверцу, чуть повисла на ней и стала на дорожку. Дверца захлопнулась, а я почти сразу вжалась в разросшиеся по периметру территории госпиталя кусты. Мне повезло, что они были не колючие. А еще, что, собственно, и неудивительно, я почти сразу наткнулась на группу сестер-помощниц. И когда мимо меня пролетел зелфор сопровождения с затемненными окнами, я шагала среди других женщин в форме и несла корзину с перевязочным материалом.
Глава шестнадцатая
Было несложно отстать от остальных сестер-помощниц. Я просто остановилась возле идущего нам наперерез мужчины и сделала вид, что он обратился ко мне. Я вежливо кивала, как будто отвечала ему, но на самом деле тихо спрашивала у прохожего, где именно он был в момент взрыва и что видел.
Естественно мужчина принялся активно жестикулировать, полностью погрузившись в свой рассказ. Мне оставалось только выслушать. Впрочем, сейчас каждый второй готов был говорить и делиться переживаниями. Так что если остальные сестры-помощницы и заметили мое отсутствие, то вряд ли подумали, что я сбежала от работы.
Спустя еще пару минут прохожий спокойно ушел дальше своей дорогой, а я свернула в парк и быстрым шагом направилась к месту взрыва. Маскировка была почти идеальна, если бы меня не окликали. Но сосредоточенное лицо и корзина с перевязочным материалом должны были намекнуть окружающим, что я куда-то очень спешу. Так и вышло.
Прошло всего около двух часов с момента взрыва. Но службы госпиталя и королевские стражи работали очень оперативно. Раненых уже разнесли по палатам, тел погибших тоже не было видно. Остались только следы — кровь, комья земли, обломки веток и осколки камней. Жаль, что нельзя заглянуть внутрь корпуса… Даже сестру-помощницу за ограждение не пропустят. А вот снаружи смотреть можно. Но как теперь понять, что произошло?