Стал сиротой, возглавил фирму родителей, не опустился на дно…
Ох, отец… а было ли то дно, о котором ты думал? Ты же, как и я, был одурачен этим человеком. Что было правдой в его словах? А что было ложью? Узнаем ли мы? Узнаешь ли ты, папа? Потому что я здесь одна, взаперти и помощи мне ждать неоткуда. А я так хочу услышать твой голос… Как ты там? В порядке ли? А как мои друзья? Все думают, что я с Кайлом уехала в командировку? Увидимся ли мы с ними вновь?
Все эти вопросы я проговаривала в пустоту, зная, что ответов на них не услышу. И после этого всегда наступало состояние злости вперемешку с отчаянием. Я крушила комнату, разбивала оконные стекла стульями и старалась выбить дверь. Делала все, на что у меня хватало сил. Но район, где был расположен дом Кайла находился в настолько уединенном месте, что соседей я не видела вообще, да и все мои послания зубной пастой на окнах тоже оставались незамеченными. Я могла сутками срывать голос, но никто меня не слышал. Пять этажей пустоты. И я, на самом верху, в пентхаусе, который стал клеткой. И со зверем, вместо человека, который почти каждый день отравлял мое существование своим присутствием.
Наступил очередной вечер. Я встретила Бэкка с гордо поднятым подбородком, стоя посреди очередного погрома. С толикой маленького удовольствия наблюдала за тем, как он закипал. Думала ли я, что последует наказание за это? Нет. Я считала, что ничего хуже, чем уже произошло, быть не может. Оказывается, это были только цветочки. Кайл медленно обвел комнату взглядом и остановился на моей фигуре. Не спеша скинул пиджак, закатил рукава и мягкой поступью направился в мою сторону.
– Зачем? – слышится его голос.
– Выражаю свой знак протеста. – Пожимаю плечами.
– Снова? И ты считаешь, что этим беспорядок чего-то добьешься?
– Да, я рано или поздно выберусь отсюда.
– Прощупываешь комнаты на слабые места? – Кайл запрокидывает голову и смеется. – Удачи. Здесь пять этажей и поверь, мне не составит особого труда переселять тебя в новые комнаты по кругу. Раз за разом.
– Когда-нибудь тебе это надоест.
– Что именно? Бардак? Так ты сама его сейчас уберешь.
– Помнится, что это твой дом. Так что этот хаос – твои проблемы. – О да, попала в точку. И для того, чтобы вывести вечно спокойного педанта Бэкка мне понадобилось три раза разгромить комнату в хлам.
Зачем я это делала? Просто старалась задеть за живое. Все остальные выбрыки он выносил с титаническим спокойствием, а я хотела, чтобы он корчился. Но до этого момента у меня ничего не выходило. А тут впервые за месяц, что-то промелькнуло на его лицо. Зря я, конечно обрадовалась. Он уходит из комнаты, не забывая ее запереть. И возвращается сюда через каких-то пять минут. В руках стакан с прозрачной водой, но это только на первый взгляд. Внутри все холодеет, я знаю, что за этим не последует ничего хорошего.
– Ты не оставляешь мне выбора, – Кайл движется ко мне.
– Я эту дрянь пить не стану.– Хочу быстро подняться на ноги, но не успеваю.
Кайл толкает меня на спину и быстро оказывается сверху, обездвиживая меня. Руки плотно прижаты к телу его ногами, остается только вертеть головой из стороны в сторону, уклоняясь от его руки.
– А я твоего мнения и не спрашиваю. – Его ладонь грубо обхватывает мою нижнюю челюсть и больно сдавливает, заставляя расцепить крепко сжатые зубы. Пока есть силы – терплю.– Ну же, Кристи, не сопротивляйся, будет же больнее.
Мычу проклятия в его сторону и он сжимает пальцы сильнее, от чего с глаз брызгают слезы. На первом же всхлипе стекло лязгает по зубам и я чувствую, как в горло просачивается горькое пойло. Прохладными струями оно разливалось по губам, лицу и всему вокруг. Однако большую часть Кайлу все-таки удалось влить внутрь. И лишь после этого он слез с меня, оставляя отплевываться на полу.
– Что, Бэкк, без своих пилюлек уже не справляешься со мной? – Перекатываюсь на живот и становлюсь на четвереньки. – Тебе удобней, когда я вечно в спящем состоянии?
– На этот раз я тебя удивлю, – он спокойно переворачивает один из уцелевших стульев и садиться на него, – на этот раз ты точно не будешь спать. Мы попробуем с тобой кое-что новенькое. Ты же любишь эксперименты?
– Что ты мне влил?
– То, что сделает тебя более покладистой.
– Быстрее ад замерзнет, чем я такой стану.
– Нет, дорогая, ты сдашься первее, – легкий смешок вызывает мурашки.
– Знал бы ты, как я тебя проклинаю, – шиплю, когда встаю на ноги, – ты забрал у меня все в этой жизни: семью, друзей, танцы. Все, чем я дышала. А что ты дал взамен? Боль и слезы?
– У тебя был другой вариант развития событий, но ты не захотела.
– Ты про тот, где я закрываю глаза на твою маниакальность и продолжаю говорить, что люблю тебя? Прости, огорчу, ведь у меня еще не выработался стокгольмский синдром. До сих пор думаю, что выбравшись отсюда, первой упеку тебя за решетку. Но не пожалею, нет. Не надейся.
– Странно, а ведь раньше ты говорила иначе, – его лицо искажается недовольной гримасой, – там ты обещала обо всем забыть.
– Ну, знаешь, у тебя был этот вариант развития событий, но ты не захотел. – Коверкаю его фразу на свой лад. – Чего уставился, а? Думаешь, паду к ногам и буду благодарить за собачью жизнь? Где все хорошее осталось в прошлом, а впереди беспросветная тьма вместо будущего?
Стою, смахивая слезы, а сама поражаюсь своей храбрости. Точнее, ее остаткам, которые он еще не вытряс из меня. Безупречное лицо парня направлено в мою сторону, но выглядит оно… скучающим. И ожидающим. Запрокидываю голову, чтобы унять истерический смех. С*ка. Да он просто издевается надо мной…
– Скучаешь? – резко меняет он тему разговора и я готова поклясться, что выгляжу глупо с разинутым от удивления ртом. – По дому? По семье? По танцам?
– Закройся, Бэкк. – Стискиваю кулаки.
– А ведь я могу заменить тебе все это. Дом для тебя уже есть, а я могу стать тебе семьей и другом в одном флаконе. Понимаю, что это трудно принять, но смирись. Теперь я – твоя вселенная. Давай начнем все сначала, хорошо? Давай маленькими шажочками пойдем навстречу друг другу, а?
– Ага, уже ползу, – сглатываю, – не видно?
– А хочешь, я верну танцы в твою жизнь? – Продолжает играть на нервах Кайл. – Хочешь попрактиковаться? Станцуй для меня прямо сейчас.
– Пошел к черту, Бэкк. – Огрызаюсь в ответ, но выходит вяло.
– Кристи, прошу тебя…
Отчаянно сопротивляюсь нахлынувшему состоянию легкости, но безрезультатно. Мне вдруг становится так хорошо и я не понимаю, почему я злюсь на этого человека. Он же так идеален и так притягателен. Почему я испытываю к нему столько негатива? Я ведь должна любить его? Наверно… Мысли путаются. Мир кренится. Чувствую, как горячие ладони смыкаются на моей талии и не дают упасть на колени. Утыкаюсь носом в рубашку и закрываю глаза, наслаждаясь смесью из парфюма, запаха мужского тела и неизменного аромата корицы. Кажется, мы начали медленно покачиваться в такт какой-то медленной композиции. Откуда она взялась? Неважно. Теперь все неважно…
– Отдайся танцу, – дьявольский шепот врывается в затуманенное сознание, – покажи то, как только ты умеешь.
И я подчиняюсь, хотя внутри еще тлеет огонек протеста.
Неправильно, Кристина, это все неправильно…
Но и эти доводы тонут под наплывом каких-то новых ощущений. Плавно двигаю бедрами, прижимаясь спиной к его груди. Снова чувство какого-то дежавю. Мы это уже проходили. Эти искры между нами уже были. Пальцы Кайла скользят по пижамным штанам и ныряют под их резинку. А когда они оказываются в трусиках и проходятся по набухшему клитору, хочется взвыть.
– Моя девочка, такая мокрая, – грубые нотки только усиливают возбуждение.– Соскучилась по мне?
Но ответить не удается, потому что сразу два пальца оказываются внутри и начинают медленно двигаться. И я не только не сопротивляюсь, но и стараюсь прижаться к нему еще сильнее.
– Кайл… – дыхание сбивается, когда он начинает откровенно иметь меня пальцами. – Прошу…
– Чего ты хочешь Кристи? – он толкается бедрами, чтобы я почувствовала его стояк. – Неужели меня?
Прикусываю губу, чтобы сдержать стон и удержаться на быстро немеющих ногах. Цепляюсь за его руки, стараясь остановить этот бешенный ритм, который неумолимо вел меня к оргазму.
– Молчишь? Что ж, тогда мы продолжим в следующий раз. – И все обрывается. Пальцы исчезают, а вместе с ними и сладкое удовольствие. Успеваю обернуться и схватить его за рубашку, не давая сделать шаг в сторону. Где-то на затворках сознания понимаю, что он и не собирался уходить. И горящие глаза были тому подтверждением. – Хочешь продолжения? Тогда умоляй меня…
Бац! Короткая вспышка осознания врезается в мой разум, словно грузовик на бешеной скорости. Что же это творится? Это ведь не я! А затем все снова возвращается на свои места и я почему-то готова хоть на коленях ползти за ним, лишь бы получить долю ласки.
Борись, Кристина, не сдавайся!
Вопит мой внутренний голос, когда я реально была у его ног и уже боролась с пряжкой ремня на поясе Бэкка. А затем меня резко тошнит прямо на его брюки и Кайл в недоумении отскакивает. А меня все продолжает выворачивать до тех пор, пока желудок уже не сводит спазмами. Медленно и очень неуверенно все проясняется. Тут же накатывает слабость от осознания того, что чуть было не случилось.
– Приведи себя в порядок, – звучит его голос сверху и рядом приземляется мокрое полотенце.
– Что, Бэкк, – мой же голос кажется мне чужим, – так не возбуждаю? Или ты теперь способен овладеть мной только при помощи этой дряни?
– Я на многое способен, – носки туфлей оказываются у меня перед глазами и, приходится запрокинуть голову, чтобы одарить его презрительным взглядом.– Просто решил показать тебе самый простой путь, когда я могу заполучить тебя на блюдечке. Ты же понимаешь, что, будучи в таком состоянии, ты готова на все? И не только в плане секса. Даже если я скажу облизать мою обувь, ты ее отполируешь своим языком до блеска. И попросишь добавки.