- Ты стала ещё красивее и сексуальнее, - смотрит на меня сверху вниз.
Дёргается красивый кадык на мощной шее. А я слежу за этим движением, как заворожённая.
У меня внутри всё переворачивается, ноги моментально превращаются в желе. Голову застилает туман. Густой и ядовитый.
- К твоей неудаче ещё и умнее, - как бы я на него ни реагировала, гордость у меня есть. И её хватит, чтобы его отшить. – Так что катись к чёрту, Адаров.
- Ах, так? – вкрадчиво спрашивает он, приближаясь своими губами к моим.
О нет. Только не эта нота в его голосе, только не такой взгляд…
Глава 2
Его руки требовательно обхватывают талию, он тянет меня на себя.
Лицом к лицу, губами к губам. Чувствую, как его учащённое дыхание колышет прядь моих волос у лица. И то, как сильно и в унисон бьются наши сердца.
Его – холодное и беспощадное, моё – израненное и едва зажившее после предательства.
Этот поцелуй будет моим крахом и его очередной победой. Он привык завоёвывать. Брать, что захочет. И покупать.
Со мной у него ничего не выйдет!
В последнюю секунду уворачиваюсь от его жаркого поцелуя, выставляю перед собой ладони, жёстко отталкивая его, и задаю риторический вопрос:
- Жена против не будет?
Адаров смотрит на меня, не моргая, и всё ещё давит своей внутренней силой.
Ни на сантиметр не сдвинулся. Наглый.
- Тебе не нужно о ней переживать, - только и отвечает.
И своей горячей ладонью касается моего бедра. Поглаживает.
- Я переживаю за каждую жену, муж которой гуляет. Это называется солидарность. А теперь убери от меня свои руки! - чеканю, вложив в голос всю ненависть.
Мои слова для него пустой звук. Рукой он перемещается с бедра на попу и откровенно сжимает, при этом издавая что-то вроде гортанного рыка, полного удовольствия.
Я на грани. Хочется влепить ему такую затрещину, чтобы отвалил.
Но семь лет без секса сыграли со мной злую шутку. Прикосновения Адарова меня возбуждают. Причём сильно. Во рту моментально пересыхает. Я уже и забыла, что такое хотеть секса. Хотеть мужчину и видеть в нём самца. А не просто друга или хорошего парня, к которому ноль влечения.
- В каждом уголке ресторана есть камеры, - перехватываю его запястье, не давая больше себя лапать. Он так и смотрит на меня сверху вниз, словно лев на лань. – Я напишу на тебя заявление, а в качестве доказательства приложу записи с камер наблюдения.
- Напугала, - край его губ дёргается в надменной ухмылке. – Ты острая на язык, Нэлли. И гордая. Мужчины такое любят.
- Не заговаривай мне зубы!
- Ты спросила у меня про жену, но ничего не упомянула про своего мужа, или хотя бы ухажёра.
Не спрашивает, а утверждает Адаров. На моё секундное молчание он реагирует коротким удовлетворённым кивком.
- Ты снова будешь моей, - безапелляционно заявляет он.
- Через мой труп! – толкаю его в грудь со всей дури, а он и не замечает. – Никогда слышишь? Никогда не подпущу тебя к себе!
Толкаю его, пытаюсь ударить локтем. Даже мечусь коленкой в пах! Всё тщетно…
Моя борьба с мужчиной в два раза больше меня, и на целую голову выше, заканчивается тем, что он фиксирует мои руки над головой. Да так высоко, что мне приходится встать на носочки.
- Подпустишь. Никуда не денешься. Мы будем трахаться как в старые добрые времена, - горячо шепчет он, губами задевая чувствительную кожу на моей шее. - Тебе же нравилось, Нэлли, я помню. Каждый раз, когда ты кончала в моих объятиях, я блядь, запоминал это, как личную победу. И хочу ещё.
- Ненормальный… - мотаю головой, чтобы стряхнуть с себя его пошлые слова.
- Ты так отчаянно сопротивляешься. Почему? – с нажимом требует он и коленом раздвигает мои ноги.
- Даже не знаю, с какой причины и начать! – шиплю ему в лицо.
- С любой. Проведём работу с возражениями.
- Не хочу тебя. Не нравишься больше, - ох, как же быстро поменялся его взгляд. Я задела его за живое. Прекрасно! – И любовник ты на троечку!
- Лжёшь, - его губы становятся жёсткой линией, глаза сужаются.
Конечно, я лгу, но чем он это докажет? Во мне столько злости, что, если бы я говорила всё это в суде присяжных – мне бы точно поверили. Настал мой шанс отомстить, утереть Адарову нос. И я воспользуюсь им по полной.
- И те оргазмы, которые ты запоминал… я имитировала. Каждый раз. Так что не такой уж ты и гигант в постели.
Смотрю на него, а сердце бьётся до того сильно, что сбивается дыхание.
Адаров сканирует меня взглядом, и… начинает смеяться. По-мужски, сдержанно, сверкая белоснежной улыбкой.
У меня внутри всё опускается. Я хотела сделать ему больно, а не насмешить и тем самым опозорится.
- Знаешь, так даже интереснее. Тогда мы поступим следующим образом. Ты будешь умолять меня тебя отыметь. Извинишься за оскорбления. И только после этого мы…
- Никогда!
- … потрахаемся, - заканчивает своё предложение он. – Твоё "никогда" свершится ещё до конца этой недели. Поняла?
Он отпускает меня. Отходит на полшага. Снова окидывает оценивающим взглядом… и небрежно, совершенно не стесняясь поправляет ширинку.
Отворачиваюсь, не желая видеть очертания его возбуждённого члена через ткань брюк.
- Твой рабочий день окончен. Собирайся, я отвезу тебя домой.
- Нет! - отшатываюсь от него и направляюсь в сторону гардероба. – Тебе нужно убраться из ресторана прямо сейчас, - бросаю через плечо. - И никогда больше ко мне не приближайся, понял?!
- Или что? – почти лениво парирует он, демонстрируя, что мне нечего ему противопоставить.
- Ты не можешь вот так врываться в мою жизнь и диктовать свои правила! Решать за меня и приказывать. Я дойду до дома сама, - твёрдо настаиваю.
Я без тебя ещё и нашего общего сына поднимаю, Адаров. Которого ты не заслуживаешь. И я всё больше убеждаюсь в этом с каждой минутой.
- Пешком? – он тоном даёт мне понять, что думает об этом.
- Да, пешком. Как все простые люди. Представляешь?
- Я всего лишь предложил отвезти тебя домой. На улице ночь, половина фонарей не работает, и в тёмных переулках обдолбанные уроды только и джут какую-нибудь гордую, красивую, пятидесятикилограммовую и, главное, одинокую дуру. Чтобы изнасиловать и прибить.
- Запугиваешь? Что ж, это в твоём стиле. И дурой меня не смей называть.
- Я даже не пытался тебя запугать. Надеюсь, ты не забыла ту ночь, когда мы познакомились? И тех уродов? Я не забыл, - нажимает он и тон его становится жёстким. – Жду тебя у выхода.
Залетаю в гардероб, хватаю сумку, и дрожащими как ещё никогда в жизни руками достаю из неё телефон. Заказываю такси через приложение. Водитель будет здесь через пять минут. Отлично!
Быстро переодеваюсь. На глаз убеждаюсь в том, что всё в порядке с рестораном и на кухне нет включённых приборов. Иду к выходу. Даже интересно за какую сумму Вера Павловна всех выперла из ресторана? Зная её, явно кругленькую.
Адарова и след простыл. Чтож, вот бы его ещё и на улице не было.
Ввожу код, включается сигнализация. Захлопываю входную дверь ресторана и взглядом нахожу ожидающее меня такси на парковке. До него метров десять. Смотрю в телефон, сравниваю номер машины с тем, что показан в приложении. Всегда так делаю, ведь лучше перебдеть. В словах Адарова было зерно правды, уродов хватает. Особенно по ночам.
Быстрым шагом направляюсь к такси, и чем я ближе, тем легче на душе.
Но тут до меня доносится агрессивный рык двигателя другой машины. Пересекая пустую парковку, чёрный железный конь незнакомой для меня марки останавливается рядом с моим такси.
Адаров выходит из машины, одаривает меня пронзительным взглядом, что-то говорит таксисту, и тот даёт задний ход.
- Эй! – кричу болвану вслед. – А ну, стой! Я тебе такой отзыв оставлю, вот увидишь!
Тщетно. Напуганный, либо же подкупленный таксист уезжает с парковки ресторана и исчезает в ночи.
Я просто вне себя от бешенства!
- Садись, - самодовольный бывший открывает для меня переднюю пассажирскую дверь.
- Пошёл ты! – пересекаю парковку и намереваюсь пройти мимо него.
Снова хочу вызвать машину, и ещё оставить тому таксисту шикарный отзыв!
- Я не буду просить дважды.
С этой фразой он вырывает у меня из рук телефон, хватает за локоть и ведёт к своей машине.
Нет, не так. Он меня тащит, но поскольку силы у нас неравные, выглядит всё так, будто я не сильно-то и сопротивляюсь.
А я сопротивляюсь!
- Ты такой подонок, Адаров! Каких земля не видела.
- Звучишь как неудовлетворённая женщина, - он подводит меня к машине. – Садись или я тебя туда затолкаю.
- Я не хочу никуда с тобой ехать.
Он расставляет руки. Одной упирается в машину, другой в дверь. Полностью закрывая мне пути к отступлению. Загнал-таки в угол.
- Ненавижу, - говорю глядя ему в глаза и недовольно плюхаюсь на сиденье.
- Знаю, - коротко отвечает он. Мы какое-то время смотрим друг на друга. Адаров качает головой, как обычно, делают, когда о чём-то сожалеют, и произносит: - Заслужил.
Я отворачиваюсь, сам не знаю почему. Тело охватывает дрожь. Даже зубы застучали.
Ни в коем случае я не хочу, чтобы наш разговор затронул тему прошлого. Не дай бог. Потому что от того прошлого родился Кирилл. А дороже него у меня никого нет!
Если Адаров узнает, что у него есть ребёнок…
Он захлопывает дверь, обходит машину и садится на водительское сидение.
Я решаю молчать.
Да, так будет лучше.
Он заводит двигатель, а я понимаю, что не смогу даже близко угадать цену этой машины. Она звучит как космический корабль, но стоит ему добавить газа, и это настоящий спорткар. Мы пересекаем парковку и выезжаем на дорогу.
Совершенно пустую в это время.
- Пристегнись, - он командует, а до меня только сейчас доходит, что я на нервах забыла. – Где ты живёшь?
- Там же где и раньше.
- Понял.
Вот и поговорили.
Мы едем в тишине, он даже музыку не включил. Редкий свет уличных фонарей попадает в салон машины до названия которой я так и не додумалась.