Поскольку два знаменитых на весь мир шеф-повара ежедневно готовили им еду, оправдать поход в ресторан им было бы нечем. Разве что сказать правду.
— Смешно. — Крис понял, что на самом деле она дала другое объяснение.
— Я сказала Марии, что ты пригласил меня на ужин.
— А что она? — Его интересовало, как отреагируют окружающие на их решение встречаться. Йен уже заявил, что это круто — пусть встречаются. И смеялся над отцом, пока тот одевался.
— Она решила, что это отличная мысль. Как и я. — Сегодняшнее свидание нравилось Франческе все больше и больше, хотя за последние два дня она успела известись, воображая себе все мыслимые катастрофы, способные обрушиться на них. И все-таки не отклонила приглашение.
— Мне самому нравится, — кивнул Крис, с довольным видом направляясь к «Да Сильвано». Этот ресторан они выбрали по взаимному согласию. Появляться в шикарных заведениях Крису не хотелось, а Франческа опасалась, что там будет чувствовать себя неловко. Им требовалась просто уютная обстановка, чтобы хорошо провести вечер. Франческа считала, что ее вечер уже начался. Оказалось, это приятно — снова почувствовать себя девчонкой, прибежавшей на свидание в короткой юбке, к мужчине, который тебе нравится. Вот здорово!
Их усадили за удобный столик в зале — на террасе было слишком прохладно. Осень уже наступила, зима была не за горами. Собираясь на свидание, Крис выбрал джинсы, белую рубашку, коричневый вельветовый пиджак, отполированные до блеска мокасины и выглядел элегантным и ухоженным. Перед выходом он побрился, и это понравилось Франческе: пятидневная щетина производила на нее отталкивающее впечатление. Этой моды она не признавала. С Крисом они составили красивую пару.
Они заказали пасту и салат, Крис выбрал бутылку превосходного вина из долины Нала. Еще до того как принесли пасту, они разговорились и дружно смеялись, вспоминая, как глупо чувствовали себя, наряжаясь для «выхода в свет», как искали протечку недавно ночью, как остроумно шутил Шарль-Эдуар. Позднее, вспоминая этот разговор, Франческа так и не поняла, что в нем было особенного, но оба веселились от души. Прекрасный вечер! Хорошо ненадолго сбежать из дома, от работы, друзей, даже от Йена и просто побыть вдвоем. Замечательно.
За десертом и кофе они засиделись так, что покинули ресторан последними, потом медленно побрели домой и вернулись, когда все уже спали. Йен мирно посапывал на верхней кровати, заботливо укрытый одеялом.
— Я отлично провел время, — сказал Крис, целуя Франческу на пороге ее комнаты. Он проводил ее до двери, как на настоящем свидании.
— Я тоже, — прошептала она, и он снова поцеловал ее.
— Не понимаю, почему мы до этого не додумались месяцев шесть или девять назад, — пожал плечами Крис, глядя на нее и улыбаясь. — Обидно потерять такую кучу времени.
— Мы его не потеряли, просто не были готовы.
А теперь они хорошо знали друг друга. Так гораздо лучше.
Крис кивнул и не упустил случая снова поцеловать ее. Они стояли обнявшись, ему не хотелось уходить. Наконец Франческа высвободилась и ушла к себе, а Крис сбежал по лестнице к своей двери. Широко улыбаясь, Франческа прошлась по спальне и вдруг рассмеялась. Первое свидание оказалось превосходным.
Франческа и Крис старались вести себя так, будто ничего не произошло, но вскоре поняли, что их старания напрасны. Мария улыбалась каждый раз, когда видела их вместе, Шарль-Эдуар поощрительно похлопывал Криса по спине, а увидев его наутро после свидания во вторник вечером, расплылся в довольной улыбке.
За завтраком выяснилось, что держаться как ни в чем не бывало невероятно трудно. Крис то и дело улыбался, Франческа смущенно вспыхивала, пробуждая в нем жажду поцелуев, утолить которую он не мог. Йену решили пока ничего не говорить. Но мальчик был неглуп, понаблюдал за взрослыми и начал улыбаться, увидев их вдвоем.
В пятницу вечером Крис вновь повел Франческу на свидание, на этот раз в мексиканский ресторан и в кино, а в субботу утром Йен перевел взгляд с отца на Франческу и хихикнул, прикрывая рот ладошкой. На завтрак мальчику достались его любимые оладьи и бекон. Мария приготовила и то и другое, зная, что эти блюда никогда не надоедают Йену: он готов был поглощать их каждое утро. На выходные Мария и Шарль-Эдуар укатили в Вермонт. Их роман складывался успешно, оба выглядели счастливыми. Как и Франческа с Крисом. Счастье оказалось заразительным.
— А ты ее уже целовал? — спросил Йен у отца, когда Франческа ушла в свою комнату за книгой, которую читала летом и обещала дать почитать Крису, уверенная, что ему понравится.
— Что ты такое говоришь? — Крис попытался прикинуться, будто не понимает сына, но Йен не поддался.
— Когда ведешь девушку ужинать, надо поцеловать ее. Это все знают. А ты водил ее на ужин уже два раза. И если не поцеловал ни разу, она теперь думает, что ты гей.
— Где ты этого нахватался? — ужаснулся Крис.
— Один пятиклассник рассказал. Он говорит, гей — это хлюпик, которому не нравятся девчонки.
— Знаешь, лучше никого так не называй, а то ходить тебе битым, — предостерег отец.
— Ладно. Так поцеловал или нет?
— Тебя не касается, — увернулся Крис.
— Еще чего! Она мой друг. Если бы я сводил ее поужинать, я бы ее поцеловал.
— Буду знать. — Крис улыбнулся. Вернулась Франческа и протянула ему книгу. Она сказала, что ей понравилось и ему наверняка будет интересно. Книга оказалась мастерски написанным триллером молодого, но уже известного писателя.
— О чем вы тут без меня говорили? — словно невзначай спросила Франческа, наливая себе кофе и усаживаясь за стол.
— Я спрашивал, поцеловал он тебя или еще нет, а он не говорит, — объяснил Йен, дожевывая остатки оладий и глядя в глаза Франческе. — Так поцеловал?
Она чуть не поперхнулась, не зная, что ответить.
— А если бы поцеловал, ты бы расстроился? — осторожно спросила Франческа, но мальчик только рассмеялся.
— Конечно, нет! Ты мне нравишься. И папе тоже, я точно знаю. Он только трусит и не говорит, и ничего не делает. А я ему сказал: если он не целует тебя, значит, он гей.
Франческа вытаращила глаза: такого она не ожидала.
— Нет, вряд ли он гей, — возразила она и отхлебнула кофе, беспомощно поглядывая на Криса в надежде на подсказку. Что ответить ребенку, она не представляла. Крис незаметно кивнул, и Франческа посмотрела Йену в глаза. — Да, он меня поцеловал.
— Значит, он не гей. — Йен шлепнул ладошкой по подставленной руке отца, а Франческа почувствовала себя так, словно забрела в школьную раздевалку и подслушала разговор двух старшеклассников. Оба гордились тем, что один из них поцеловал ее. Такого с Франческой еще не случалось.
— И я так думаю. Так ты не против? — спросила она Йена. Хорошо, что Шарля-Эдуара и Марии сегодня нет дома. Такие разговоры лучше вести в узком семейном кругу.
— Нет, не против, — подтвердил Йен. — Мне нравится. Ты же наш друг.
— Да, друг, но я не хочу тебя расстраивать. Вы оба много значите для меня, я боюсь испортить нашу дружбу.
— Как моя мама? — уточнил Йен. Разговор принимал опасный оборот.
— Йен, я ничего не знаю о твоей маме. Все, что связано с ней, касается только тебя и твоего папы. А я просто не хочу вас расстроить или чем-нибудь разочаровать.
— Не получится, — уверенно заявил мальчик. Похоже, он твердо верил в нее. — Что будем делать сегодня? — перевел он разговор, потеряв интерес к прежней теме, как только выяснилось, что его отец и вправду целовался.
Наговорившись, Йен спрыгнул со стула и помчался наверх смотреть телевизор. После обеда ему хотелось сходить в Центральный парк.
— Кажется, обошлось, — вздохнула Франческа с облегчением, когда они с Крисом остались в кухне вдвоем. — А я так боялась, что он обидится.
Крис улыбался ей.
— Ну, это вряд ли! — Он наклонился и поцеловал ее, потом придвинулся со стулом поближе, обнял и поцеловал еще раз. И как раз в этот момент Йену понадобилось вернуться. Они даже не видели его, пока не прервали поцелуй, чтобы глотнуть воздуха. Мальчуган смеялся.
— Здорово, пап! — воскликнул он и снова убежал, прихватив коробку печенья, чтобы пожевать перед телевизором.
— Непривычные ощущения, — призналась Франческа и пожала плечами. — Я не ожидала, что у нас будут зрители.
Однако одобрение мальчика ее порадовало. Значит, хранить от него тайну не понадобится.
— Нынешние школьники вовсю обсуждают секс, — объяснил Крис, которому тоже было немного не по себе.
Они убрали все на кухне, а после обеда отправились в Центральный парк: обошли вокруг пруда с лодками, побродили по зоопарку, покупали мороженое, попинали футбольный мяч и поиграли в догонялки. Всем троим казалось, что они семья, все были счастливы, вернулись домой только к вечеру, зайдя по дороге за новыми дисками. Крис пригласил Франческу к ним с Йеном, она посмотрела вместе с ними телевизор, сидя на диване рядом с Крисом, а Йен растянулся на полу. Франческа не помнила, когда в последний раз чувствовала себя такой счастливой. И главное, Йен принял ее.
Глава 17
Утром того дня, на который был назначен суд по делу о постоянной опеке, Крис поднялся в шесть. Мария пообещала ему отвести Йена в школу. Мальчик чувствовал, что близится какое-то важное событие, но не понимал какое. Ему было известно, что в суде будут говорить про маму и что папа надевает костюм, когда идет в суд. Крис старался избавить сына от подробностей, тем более что не ожидал от сегодняшнего заседания радикальных перемен. Какое бы решение ни принял судья, Йен по-прежнему будет с ним. Волновать сына лишний раз Крис не хотел. Ким еще в тюрьме, у нее зависимость от наркотиков, на свободу она выйдет не скоро. Единственное, что могло измениться, — в случае победы Криса Йен больше никогда не будет жить со своей матерью. Они еще увидятся, но Крису не придется с тревогой ждать звонков из полиции и сообщений об очередной передозировке, разрезанных запястьях, о том, как Йен спасал мать, держа ее за руки, пока не приехала «скорая». Не придется после ареста Ким забирать Йена из полиции, из комнаты, специально отведенной для детей. Крис не хотел даже думать о т