— Так когда же вы расчистите ручей? — в голосе Магариза слышалось нетерпение. По известной ему причине он не мог дождаться момента, когда вода окружит крепость и наполнит озеро.
— Через три дня, Магариз. Люди в пещере сейчас работают медленно: необходимо проявлять особую осторожность. Инженеры просчитали каждый свой шаг. И, если они не ошиблись, им нужно расчистить около четырех пейсов булыжника, после чего ручей выйдет наружу.
— А балка?
— К завтрашнему утру работа будет завершена, — у Джека заблестели глаза. — Самое большее через четыре дня озеро Жизни станет наполняться водой, и… возможно, Зира будет освобождена.
Магариз положил руку на плечо блюстителя.
— Как долго ты ее не видел, Джек?
По пыльной щеке Джека медленно поползла слеза.
— Более двух тысяч лет, Магариз. Очень трудно пережить длительную разлуку с дорогим тебе человеком.
— Я тоже любил и потерял любимую, однако жду ее до сих пор, — негромко сказал Магариз, — хотя мне и не довелось ожидать две тысячи лет. Надеюсь, через несколько дней твое ожидание закончится.
Велиар удивленно взглянул на Магариза. О чем это он? Велиар всегда думал, что, подобно ему самому, Магариз обручен со своей профессией, а о жене и не думает. А теперь выясняется, что холостяком он остается по более грустной причине. И все же Магариз — благородный человек, к тому же очень красивый. Любая женщина мечтала бы, чтоб такой мужчина согрел ее постель.
— В сторону! — заорал Фулбрайт, старший инженер Велиара. — Есть подвижка камней. В сторону!
Пятеро человек отскочили к поджидавшим их веревкам, и их потащили на поверхность так быстро, как только могли. Доносившийся из-под земли гул подтвердил наихудшие подозрения Фулбрайта.
— Тяните, черт вас возьми! — вопил он, подгоняя людей, ухватившихся за веревки, и сам стал помогать ближайшей команде. — Тяните!
Боги в этот день оказались к ним благосклонны: вода ринулась в пещеру, когда всех пятерых уже подняли на поверхность.
— Назад! — снова заорал Фулбрайт, но рабочим и не требовалось такой подсказки. Они успели добежать до безопасного места, а вода тем временем с шумом прокладывала себе дорогу к свободе.
Глаза Фулбрайта расширились, когда он увидел, что от ручья идет пар. Вода заполнила собой всю пещеру и понеслась по балке. Горячая вода.
— Аксис, спаси нас, — пробормотал он. — Сегодня мы примем горячую ванну.
Велиар с Магаризом тревожно переминались на месте, глядя, как по рву несется горячая вода. Она уже успела разрушить их хлипкий мост.
Джек хладнокровно смотрел на проплывавшие мимо обломки моста.
— Спокойно, джентльмены. Подождите немного.
— Чего теперь ждать? — проворчал Магариз. — Когда мне кто-нибудь подаст кусок мыла? Что нам теперь остается делать? Только мыться, если в Сигхолт уже не попасть.
Джек улыбнулся. Какие же нетерпеливые эти ахары.
— Подожди, Магариз. Пусть стены Сигхолта согреются. Потом увидишь.
Минуло еще полчаса. Велиар с Магаризом сильно занервничали. В воде мелькали рубиново-красные пятна. «Наверное, минералы, — думал Велиар. — Черт бы все это побрал!» Терпение его подходило к концу. «Чего они тут ждут?».
— Джек, — начал он и замолчал, взглянув в горевшие изумрудным светом глаза блюстителя.
— Ты разве не чувствуешь? — взволнованно сказал Джек. — Сигхолт просыпается. Посмотри на воду возле ворот.
Велиар вглядывался, пока не заметил… пленку… она повисла над поверхностью воды. Пленка эта становилась все заметнее, толще, пока не обратилась в переброшенный через ров крепкий мост из серого камня с яркими рубиновыми прожилками.
Он выпучил глаза.
— Что? Как? — других слов у него не было. Магариз был поражен не меньше. Мост выглядел надежным и широким: по нему могли проехать не только всадники, но и тяжело нагруженные телеги.
Джек махнул в сторону моста.
— Иди, Магариз, увидишь, что произойдет.
Магариз переглянулся с Велиаром. Идти? По волшебному мосту? А вдруг он растворится под ногами? Чтобы успокоиться, сделал глубокий вдох и подошел к мосту. Не успел он ступить на него, как мост заговорил.
— С правдой ты или с ложью? — спросил мост приятным мелодичным голосом.
Магариз в испуге попятился, глаза его расширились.
— Что?
— С правдой ты или с ложью? — терпеливо переспросил мост.
— Ответь, Магариз, — сказал Джек. — Он спросит только три раза, а после тебе по мосту пройти уже не позволят.
— Ответить ему? — переспросил Магариз, оторвав взгляд от моста и переведя его на Джека. — Что ответить?
— Ответь так, как подсказывает тебе твое сердце, Магариз, — сказал Джек, — только отвечай. Немедленно!
Магариз снова приблизился к мосту.
— С правдой ты или с ложью? — спросил мост в третий раз.
Магариз помедлил, а потом сказал:
— С правдой.
— Тогда переходи, лорд Магариз, а я посмотрю, правду ли ты говоришь.
Магариз ступил на мост и подождал, думая, что тот рухнет. Сделал шаг, а потом другой…
— Ты сказал мне правду, Магариз, — неожиданно промолвил мост. — Принимаю тебя в свое сердце. — И Магариз очутился на другой стороне.
Магариз заметил, что люди смотрят на него, и перешел к ним обратно уже уверенной поступью.
— Мост каждый раз будет задавать мне вопрос? — Спросил он.
— Нет, — ответил Джек. — Мост задает вопрос лишь в первый раз. Теперь он тебя знает, и сердце твое для него открыто. Смотри.
Джек подошел к мосту, поставил на него ногу, и мост заговорил.
— Приветствую тебя, Джек, — радушно сказал мост. — Давненько ты по мне не ходил.
— Приветствую тебя, родной, — тихо откликнулся Джек. — Сердце мое радуется текущей под тобой воде.
— Мне было очень грустно, — сказал мост, — но теперь я счастлив.
Вечером, после благополучного переправки всех солдат в крепость Сигхолта, Велиар спросил Джека:
— Ну? Так что с Зирой?
Джек печально покачал головой.
— Возможно, ждет, когда озеро наполнится водой. Тогда и вернется.
Через несколько дней озеро наполнилось, но пятый блюститель так и не появился. Джек спустился с крыши дозорной башни через шесть дней и заперся в своей комнате. Долгое время никто его не видел. Когда наконец появился, лицо его осунулось и постарело. Сделать он ничего не мог. Зира исчезла, и ему надо было выяснить, что за колдовство не дает ей выйти на свободу.
Глава двенадцатаяЯ ВЕРНУ ВАС В ТЕНСЕНДОР
Зал заседаний горы Великого Когтя поражал величием и красотой. Ярусы амфитеатра — беломраморные, с золотыми прожилками. По золотистому мрамору пола разбежались уже прожилки фиолетовые. На скамьях — подушки, бледно-золотые и синие. Нижние ряды зарезервированы для старейшин — чародеев и членов семьи Великого Когтя, и на этих рядах уже другие подушки: алые — для старейшин, изумрудные — для чародеев, фиолетовые — для семьи Парящего Солнца. На семнадцати верхних рядах, отведенных Ударным Силам, подушек не было вовсе: закаленным в боях воинам они ни к чему.
Сводчатый потолок поддерживали гигантские колонны. Они словно парили над ярусами. Выполнены они были в виде перемежавшихся мужских и женских фигур. Руки и крылья радостно раскинуты, глаза и рты открыты. Казалось, они поют песню, слышную только им. Фигуры позолочены, в глазницах натуральные драгоценные камни, на шеях золотые ожерелья. Каждый волосок на голове, каждое перо в крыле покрыты золотом и серебром, обнаженные мускулистые тела — цвета слоновой кости. Потолок составлен из ярко начищенных бронзовых зеркал. Волшебные заклинания, произнесенные когда-то чародеями-архитекторами, придали им способность освещать огромный зал мягким янтарным светом.
В зале сейчас никого не было. Зал ожидал икарийцев и упомянутого в пророчестве Звездного Человека, который должен был вернуть всех в легендарный Тенсендор.
Тем временем Мудрый Ворон Парящее Солнце принимал в гардеробной человека, заявившего свои права на престолонаследие.
Правитель расхаживал по комнате взад и вперед. В фиалковых глазах — ярость. Черные крылья и подкрылья в ярко-синюю крапину гневно шуршали.
— Я оставляю за собой право не объявлять наследника, — воскликнул он.
Аксису понятно было нежелание Мудрого Ворона: он все еще не смирился со смертью Отважного Сокола, единственного своего сына. Аксис же убеждал его смотреть на вещи реально: наследника необходимо объявить еще при жизни правителя. Времена нынче тревожные — ведь если законный наследник ушел из жизни преждевременно, такая же участь могла постигнуть и его отца, а для стабильности страны нет ничего опаснее, чем неуверенность в смене правителя.
В этот день Аксис намерен был обратиться к собранию, и ему требовалось подтверждение в том, что он престолонаследник. Необходимо объединить три народа — икарийцев, ахаров и аваров. Только объединив усилия, они одолеют войско Горгрила. От сегодняшнего дня зависело, сможет ли он повести за собой икарийский народ.
По такому случаю Аксис облачился в сшитую для него Азур золотую тунику с пылающим солнцем на груди. «Как же благодарен я ей за такой подарок и в особенности за эмблему», — подумал он и смело глянул в глаза Мудрому Ворону.
В отличие от взбешенного правителя он был совершенно спокоен.
— Твой сын умер. Других детей у тебя нет. А ты, Мудрый Ворон, отвечаешь перед своим народом… — Аксис сделал паузу и внушительно добавил: — И перед своей династией. Тебе остается назначить наследником меня, другого выбора у тебя нет. Я вправе этого потребовать. Повторяю, выбора у тебя нет.
Мудрый Ворон махнул рукой в сторону Повелителя Звезд.
— Мой брат — прямой наследник престола.
Аксис иронически скривил рот.
— Дядя, если ты немного подумаешь, то вспомнишь, что Повелителю Звезд должен наследовать его старший сын. — И снова помолчал, давая собеседнику время вникнуть в смысл его слов. — Уж не постучишься ли ты в дверь к Горгрилу, предлагая ему стать следующим престолонаследником? Так что, если выбирать из двух зол, лучше остановиться на мне.