Вскоре подъехала «скорая», и в закусочной стало полно народу. Один из врачей, проверив у Раджива пульс и давление, удивленно присвистнул:
— Этот парень в рубашке родился. Он потерял много крови, но, похоже, пули не задели жизненно важные органы.
Разумеется, ему и в голову не пришло, что пациент остался в живых только благодаря магии.
— Я сделал все, что мог, чтобы ослабить кровотечение, — объяснил я. — Мы оба учимся в медицинском колледже, студенты четвертого курса. А у него и отец хирург. Пожалуйста, позаботьтесь о моем друге.
Врач кивнул с несколько растерянным видом.
— Черт знает, как вам это удалось, но вы сделали правильно, коллега.
Что ж, мелочь, а приятно!
Радживу сделали укол и положили его на каталку. Он был в сознании и даже попытался усмехнуться:
— Проследи, чтобы мои предки не сходили с ума от горя, Чарли.
Пришлось похлопать его по руке:
— Я скажу им, что с тобой все будет в порядке.
Его бабка с дедом, вероятно, сразу помчатся в госпиталь. А родители — судья и хирург — прилетят из Далласа первым же рейсом. И слава богу, что у меня есть чем их обнадежить!
Когда Шарка, едва ли сознающего, что происходит вокруг, подняли на ноги, женщина-полицейский попросила нас с Мэгги:
— Подождите где-нибудь в сторонке, пока мы выводим преступников и пострадавшего. Вам придется еще дать показания.
Мы без возражений направились к дальней стене закусочной. Мэгги выглядела такой же обессиленной, как и я.
— Может быть, кофе? — предложил я.
— Так вы ко всему прочему еще и бармен? — устало улыбнулась она.
— Нет, просто иногда помогал Радживу, когда у него было много работы.
Я заварил две чашки своего любимого мокко латте с густым слоем сливок и шоколадного сиропа, хотя после всех событий этой ночи тонизирующее нам, пожалуй, не требовалось.
Мэгги взяла чашку, сделала глоток и медленно опустилась на пол, прислонившись спиной к шкафу.
— А вы держали себя молодцом, доктор Оуэне.
— Чарли, — поправил я, подлил в свою чашку сливок до краев и пристроился рядом, всего в нескольких сантиметрах от девушки. И хотя вокруг по-прежнему шумели и суетились — теперь еще и телерепортеры из службы новостей, — мы, кажется, выбрали подходящее местечко, чтобы спокойно поговорить.
Я стащил с прилавка несколько клюквенных лепешек и протянул одну девушке. Лепешки — это как раз то, что нам сейчас требовалось. Мэгги попыталась сохранить за едой хорошие манеры, но безуспешно. На два счета уничтожив свою порцию, она сказала:
— Напомни мне, чтобы я никогда больше не ходила в магазин в два часа ночи.
— Хорошо, — ответил я, разломив лепешку пополам и отправив одну половину в рот. — Но как тебе удалось приручить этих громил? Это было просто поразительно. Какие-то особенные заклинания?
Она удивленно посмотрела на меня. Красивые, длинные ресницы и золотисто-медовые глаза.
— Неужели ты до сих пор не понял?
— Так ты чародейка! — догадался я. — Вот я тугодум!
Чародейство — очень редкая разновидность магии, и владеют ею исключительно женщины. Создаваемые ими чары настолько мощны, что позволяют управлять сознанием мужчин. Механизм воздействия сейчас тщательно изучается и, по всей видимости, имеет много общего с феромонами. Чародейки способны быстро перебрасывать чары с одного объекта на другой, менять их интенсивность и направление. Мэгги Макри, если бы только захотела, смогла бы командовать одновременно всеми мужчинами Манхэттена или Квинса.
Она еще удивленнее вскинула брови:
— Я думала, что ты сразу определил. Я ведь в Нью-Йорке недавно, и моя защита немного ослабла из-за разницы во времени.
Я задумался, вспоминая, а потом покачал головой:
— Нет, барьер работал исправно. Если бы ты излучала свои флюиды, я бы потерял сознание, как только увидел тебя.
— Ты хочешь сказать, что я привлекла твое внимание и без чар? — спросила Мэгги, уже не с такой жадностью поедая вторую лепешку. Теперь, когда ее губы находились настолько близко, еще труднее было удержаться от поцелуя.
— Я уверен, что так и было.
Наверное, не стоит сразу признаваться, что на самом деле я подумал: «Это она! Та, о которой я мечтал». Мужчины в моем роду обычно влюблялись с первого взгляда и всю жизнь хранили верность избраннице. Как бы не спугнуть ее в самом начале знакомства.
— Прости, что я попросил тебя поделиться энергией, мы ведь совсем не знаем друг друга.
Она беззаботно махнула рукой:
— Так было нужно. Я внимательно следила за тем, что ты делаешь. Твой приятель не выжил бы, если бы ты не оказался таким хорошим целителем.
Только камень остался бы равнодушным к похвале такой девушки и не расплавился бы от ее восхищенного взгляда. Я камнем вовсе не был и поэтому смог лишь, пожав плечами, повторить ее слова:
— Так было нужно.
Мэгги прикрыла глаза, и сразу стало понятно, насколько она устала.
— Чародейство не всегда срабатывает так, как нужно. Спасибо тебе за своевременное и точное метание консервов.
— Шарк был настолько накачан наркотиками, что в его отравленный мозг уже ничто не могло пробиться, даже такие первоклассные чары, как твои. — Я вздохнул, вспомнив о том, что мне предстоит выполнить еще одно дело. — У тебя хватит сил помочь мне еще раз? Нужно обновить защитные заклинания этого магазинчика. Я наложил их, когда поступил в колледж, и до сих пор они действовали исправно — ни драк, ни краж. Но теперь понадобится что-то посильнее. Такое не должно повториться.
— Отличная мысль. У меня и в самом деле хорошо получается ставить барьеры, так что командовать парадом буду я.
Она подняла бровь, вероятно ожидая, что я сейчас превращусь в гориллу и начну бить кулаками в грудь, доказывая, что никто в мире лучше меня не разбирается в барьерах.
— Как скажешь. Я просто знаю парочку неплохих охранных заклинаний.
Мэгги кивнула, одобряя мою уступчивость.
— К тому же после исцеления ты выжат как лимон.
Она взяла меня за руку, и ее длинные холодные пальцы переплелись с моими.
Я судорожно вздохнул, когда энергия Мэгги, словно удар молнии, прошла сквозь меня. Было непросто, но мне удалось расслабиться и позволить силе войти в меня. Чародейка не обманывала, когда назвалась мастером барьеров. Защита, которую она установила, была настоящим произведением искусства, подобно зданию, созданному хорошим архитектором. Ни один вооруженный бандит не проникнет в эту закусочную и через десяток лет.
Однако она не позволила себе поинтересоваться содержимым моей головы. Я не слишком силен в защите и наверняка не удержал бы в себе кое-какие свои чувства. Но мы лишь обменялись настороженными взглядами, когда закончили работу и разжали руки. Я не хотел ее отпускать, но потом представил, что будет, если она примет меня за потерявшего разум навязчивого ухажера.
Прежде чем я догадался спросить номер ее телефона, подошли полицейские и развели нас в разные стороны, чтобы взять свидетельские показания.
Да, офицер, грабителей было трое. В Раджива стрелял тот, которого звали Шарк. Да, они позволили мне оказать помощь раненому. Да, я вывел Шарка из строя, метнув в него консервную банку.
Когда вопросы кончились, я едва держался на ногах. Затем меня великодушно отпустили в обмен на обещание зайти завтра днем в участок и подписать протокол.
Отделавшись от них, я оглянулся в поисках Мэгги. Чародейки нигде не было видно. Мое сердце забилось как сумасшедшее, и я кинулся с расспросами к ближайшему полицейскому:
— Девушка. Мэгги Макри. Где она?
Он с отсутствующим видом пожал плечами:
— Должно быть, дала показания и ушла.
Мне хотелось взреветь от огорчения. Она не могла уйти, мы же еще не закончили разговор.
И этот момент в дверях появился мой брат Дэвид, одетый более неряшливо, чем я. Он считался лучшим детективом в управлении полиции Нью-Йорка, служил в патруле Защитников, где ему тоже не было равных.
— Господи, Чарли! — Он сжал меня в объятиях так, что чуть ребра не затрещали. — Я услышал про ограбление по радио, и у меня сразу появилось предчувствие, что ты попал в переделку. — Зная Дэвида, можно с уверенностью сказать, что это было нечто большее, чем просто предчувствие. — Это твоя кровь на одежде?
Я посмотрел на свой несчастный спортивный костюм.
— Нет, Раджива ранили. Но с ним все будет в порядке.
— Потому что рядом оказался ты?
Я кивнул. Дэвид знал достаточно, чтобы сделать правильный вывод. Я не раз демонстрировал на нем свой дар целителя — мой брат обладал удивительной способностью нарываться на неприятности.
— Извини, мне пора, — устало проговорил я. — Здесь была девушка. Мэгги Макри. Я должен ее найти.
— Макри?
Он, конечно, опознал известную среди Защитников фамилию.
Я снова кивнул:
— Она уговорила двух подонков бросить оружие. А теперь, если ты не возражаешь…
Дэвид прочитал меня как открытую книгу и преградил дорогу.
— Она тебе нравится?
— Мне кажется, именно из-за таких женщин мужчины дерутся на дуэлях, — нетерпеливо ответил я. — Позволь мне пройти.
Он взял меня за руку:
— Братишка, ты же валишься с ног от усталости, а завтра у тебя экзамен. Иди домой, поспи, сдай экзамен и приведи себя в порядок. А потом будешь ее искать.
— Я должен найти ее прямо сейчас, — не сдавался я. — Может, ты все-таки уберешь руку, прежде чем я ее сломаю?
Он с удивлением посмотрел на меня — таким упертым брат меня видел крайне редко — и отошел в сторону.
— А если я найду ее для тебя?
Ему бы это ничего не стоило, все патрульные — отличные сыщики.
— Черт возьми, нет! — рявкнул я. — Я сам ее найду. Женщины обожают все загадочное и необъяснимое.
— Если бы так, братишка, если бы так, — криво усмехнулся Дэвид. — Иди налево и через квартал поверни налево еще раз. Удачи тебе!
Он действительно был первоклассным сыщиком и, указав направление, сэкономил мне массу времени. Я быстро зашагал по длинной тихой улице вдоль жилого квартала. Потом опять свернул налево. В голове было пусто, я мечтал лишь о том, чтобы где-нибудь прилечь. Лучше