Глава 15Страхи
Чеснок не принес мне газет. Сказал, что газет он сегодня не купил, а купил журнал про рыбалку.
–Может, тебе про рыбалку понравится?– Он сунул мне журнал с изображением огромной зубастой щуки.
Я не любил рыбалку. Но делать мне было нечего, и я стал читать то, что принесли. Это хорошо, когда есть что прочитать. Как-то раз я слышал историю про человека, которого посадили в тюрьму на сколько-то там лет, чуть ли не на пожизненно. А в его камере оказалась книжка арабских сказок. «Тысяча и одна ночь». И он ее стал читать. Прочитал бессчетное количество раз и даже выучил наизусть. И в конце концов он так в эту книжку погрузился, что совсем сошел с ума. И стал жить в этой книжке, избавившись таким образом от своего заключения.
Я подумал, можно ли так погрузиться в журнал про рыбалку? Вряд ли. А книжку мне никто не принесет. А если Чеснок и принесет какую-нибудь, то скорее всего это окажется роман про убийц, а мне в книжку про убийц погружаться совсем неохота.
–А с чего ты так читать-то любишь?– спросил вдруг сторож.– Чего просвещаешься? Все равно тебя кокнут. Отдыхал бы лучше. Я бы на твоем месте отдыхал…
Мне всегда было очень жалко, что я не умею говорить. Что все, что происходит у меня в голове, так в этой голове и остается, никакого выхода не находит. А так иногда хочется сказать всем окружающим. Ну, какие они кретины. Можно, конечно, написать, но я не хочу вступать с ними в контакт. Это мне совсем не нужно. Если я по-настоящему покажу свой разум, то меня и в самом деле начнут изучать. А я этого не хочу, я уже говорил.
–Как мне здесь надоело,– говорит сторож.– Скука. А по ночам тишина, как в гробу. Во всем этом здании. Ты что-нибудь слышишь?
Я качаю головой. Здесь ничего не слышно ночью. И в самом деле, как в гробу.
Как в гробу. В ту ночь я услышал ушами. В тот день приехала Ли. Ма и Па устроили небольшой праздник, с тортом и мороженым, и с просмотром фильмов про Рождество, и засиделись почти за полночь, и мы с Айком тоже. Разбрелись по спальням, а я остался в гостиной.
Я услышал ушами. Дверь на втором этаже скрипнула и медленно отворилась. И все.
Я вскочил на ноги, насторожился.
Услышал Па, услышал Ма, они спали в своей комнате. Услышал Селедку. Эта храпела у себя, перед тем как уснуть, она съела миску тертой моркови с чесноком и с сыром. Ужас.
Снова послушал ушами. Ли не нашел, сегодня она спала тихо.
Шаг. Кто-то ступил на пол в коридоре. Я стал подниматься по левому краю лестницы на второй этаж.
Еще шаг. Шаг был сделан по направлению к комнате Ли. Половицы прогнулись и скрипнули уже громче.
Я подобрал дыхание и осторожно выглянул из-за верхней ступеньки.
Роза стояла на четвереньках посреди коридора. Сейчас она снова напоминала лягушку. Рядом с ней на полу стояла плетеная корзина с какими-то тряпками. Не знаю, зачем ей понадобилась эта корзина… Роза сделала шаг. Она продвигалась медленно, очень медленно, один шаг в минуту. Я наблюдал.
Еще шаг. Еще. До двери в спальню Ли она добралась минут за пять. И так и не поднялась на ноги. Протянула руку и повернула ручку.
И я сразу же услышал. Запах Розы мгновенно изменился. Вернее, не изменился, а появился. По коридору потянуло ненавистной мне мертвечиной и любимыми мною яблоками с корицей. Яблоками и корицей из комнаты Ли. Роза вошла. Я выпрыгнул с лестницы и рванул по коридору.
Она склонилась над кроватью Ли. Замерла.
Я остановился в дверях и залаял. Ли проснулась. Роза отскочила от ее кровати. Запах сразу же исчез.
–Бакс, ты чего гавкаешь?– спросила Ли.– Сон тебе, что ли, плохой приснился?
Я снова попал в дурацкую ситуацию. Если я кинусь на Розу сейчас, все скажут, что я рехнулся. А если…
ПрибежалПа. Я не прекращал лаять. И приближался к Розе. Она вжалась в угол и закрылась руками.
–Что тут происходит?– спросил Па.
Он был опухший со сна, в руке сжимал кочергу от камина, видимо, захватил, когда поднимался наверх.
–Бакс что-то лает.– Ли вылезла из постели и теперь искала под кроватью тапки.
Я лаял не останавливаясь. И постепенно пододвигался к Розе.
–Я услышала лай,– жалобно сказала Роза.– И прибежала посмотреть… А он на меня…
–Он просто ревнует.– Па посмотрел на меня настороженно.– А это что?
Возле кровати валялся на полу клок черной шерсти.
–Из тебя, Бакс, шерсть уже сыпется,– усмехнулся Па.– Старик, а все бегаешь. Пора уже отдыхать, а ты все воюешь…
Я решил. Прыгну сейчас. Тогда они увидят, что она не человек. Вот прямо сейчас… Я стал готовиться к броску. Роза заметила это и напряглась.
–Ты чего?!– Ли подбежала ко мне и обняла за шею.– Ты чего хулиганишь?
–Лиз, осторожнее…– сказал Па.
НоЛи его не послушала. Она заскочила мне на спину и стала дергать за уши.
–Лиз…– повторил Па.
Я замолчал. Подумал, что нападать сейчас нельзя. Бессмысленно, да и опасно. Она прикончит меня, а затем уберет свидетелей. То есть Ли и Па. А потом свалит все на Айка. Скажет, что он рехнулся и всех перебил. И ей поверят. Всегда поверят худенькой девочке с голубыми глазами.
Я сделал «хорошую собаку». Напустил на себя глупый вид, сел на пол и принялся лизать Ли в лицо.
–Ладно, девочки,– сказал Па.– Идите-ка спать. А я Бакса вниз отведу.
Ли щелкнула меня по носу и запрыгнула в постель. Роза отправилась к себе. Мы с Па вышли вслед за ней. Па проследил, чтобы девочки закрыли двери.
–А это еще что такое?– Он увидел корзину с одеждой напротив двери Ли.– Селедка, наверное, забыла. Ладно, сам в кухню отнесу…
Па поднял корзину и, размахивая ею, как Красная Шапочка, поспешил в кухню, там загрузил белье в стиральную машину. Уселся на перевернутый таз и позвал меня к себе. Вдруг я с ужасом догадался, зачем ей нужна была корзина с одеждой. И я понял, зачем ей надо было выдергивать шерсть из Айка. Она расправилась бы с Ли, и вся ее одежда перепачкалась бы в красном. АРозе требовалось оставаться чистой. Чтобы никто не подумал, что это сделала она. А шерсть нужна была для того, чтобы навести на меня. Она бы разбросала ее вокруг, все бы решили, что Ли сопротивлялась и выдрала всю эту шерсть из моей шкуры.
–Иди сюда,– снова позвал Па.
Я приблизился.
–Что происходит?– спросил меня Па.– Что с тобой?
Как мне надоели эти вопросы. Зачем люди задают вопросы, если знают, что собаки на них все равно не смогут ответить?
–Все же было так хорошо…– сказал Па.– Мы же все так хорошо жили… Помнишь, как у нас появилась Лиз?
Я прекрасно помнил тот день. Ма приехала, и мы с Айком, еще щенки, побежали их встречать. Ма тогда наклонилась и показала мне маленький сверток, из которого выглядывало личико Ли. Тоже маленькое и сморщенное. Она мне сразу понравилась. И я был все время с ней, все время, пока она росла.
И сейчас я ее не оставлю.
–Я не знаю, что теперь делать…– Па смотрел в вертящийся барабан стиральной машинки.– Ты не знаешь?
Я не знал.
–Ладно.– Па поднялся с таза.– Я пойду спать. И ты спи. А то и в самом деле вид у тебя безумный какой-то…
Па вернулся в спальню. Я посидел еще какое-то время на кухне и выбежал в сад.
Роза сидела возле окна. В руках у нее было что-то длинное и черное. Сначала я никак не мог понять, что это. Потом догадался, что это кочерга. Па забыл ее в комнате Ли. Роза держала кочергу. А я стоял под яблоней. Роза видела меня и слышала, я в этом не сомневался. Просто не подавала виду. Мы смотрели друг на друга. Лицо у нее было абсолютно пустым. Она точно уснула. Отключилась от мира и теперь лишь ждала какого-то своего внутреннего сигнала для пробуждения. Для того, чтобы снова отправиться убивать.
Потом крикнула сова, и Роза очнулась. Она посмотрела сквозь меня и сломала кочергу. Обломки выкинула в сад, они упали недалеко, я подошел посмотреть.
Чугунная палка толщиной в два больших человеческих пальца была переломана, как простой карандаш, легким движением рук.
И мне стало ясно, что мне ее не одолеть. Одному не одолеть. Пусть скорость реакции у меня выше, я это уже заметил, но она сильнее. Гораздо сильнее. Как там сказал Куцый – оно прыгает на спину лосю и разрывает его на части.
Роза была способна разорвать на части лося, и я верил в это.
Глава 16Черный Пес
Они повели меня к Колянчину. С утра я услышал в своей миске какой-то странный запах. Какая-то медицинская химия. Я вопросительно посмотрел на Ли.
–Кушай, Бакси,– улыбнулась она.– Кушай. Там лекарство. Мама сказала, это чтобы ты не нервничал и чтобы у тебя голова не болела.
А у меня и так голова совсем не болит, хотел сказать я. Я и так здоров.
–Давай кушай.– Ли присела рядом с миской и достала кусок руками.
Пришлось есть. Отказаться невозможно, с рук едят даже самые капризные собаки. Я знавал одного пуделька, так тот только с рук и питался. Из миски ему не елось. А у пуделька была язва желудка, и питаться ему дозволялось только манной кашкой, и его хозяйке приходилось обмакивать в кастрюлю с кашей руки, а он их потом облизывал. Омерзительное зрелище.
–Молодец, Бакс,– похвалила меня Ли.– Молодец, хорошая собака.
В еде и в самом деле присутствовали какие-то лекарственные препараты, скорее всего успокаивающее. Я почувствовал их действие почти сразу – накатилась усталость и лень, захотелось спать. Я зевнул и собрался свернуться калачиком, но тут в кухню заглянула Ма.
–Как вы тут?– спросила она.– Бакс еще не готов?
–Может, не надо?– осторожно попросила Ли.
–Нет,– строго сказала Ма.– Это необходимо.
И меня пристегнули к поводку. АМа надела на меня намордник. Намордник был совсем новенький и сильно пах кожзаменителем. Это был мой первый намордник, какая мерзость…
–Ну, не обижайся,– сказала Ли.– Он тебе очень идет.
Я мог бы скинуть эту пакость одним движением лапы, но не стал этого делать.
–АРоза что, с нами не пойдет?– спросила Ма.
–Она плохо себя чувствует,