Снова загрохотал пулемёт с красной звездой на ящике с лентой. Вик неуместно вспомнил, что Дед ласково называл оружие "Utes" и зачастую вытаскивал из хранилища, чтобы пострелять в мишени. А ещё — что пули крупного калибра рвали в клочья даже современную индивидуальную броню, предназначенную для защиты от лазеров.
Громыхнули древние гранаты, которые Дед с хохотом метнул через баррикады. Казалось, старый Стюарт просто веселится от происходящего.
Вскоре Виктор увидел, как алые лучи лазеров прошили насквозь и импровизированную баррикаду, и самого Деда. Барт Стюарт зарычал от боли, но не прекращал стрельбу, начав выкрикивать оскорбления в адрес наступающих.
Наконец, с невидимой для Виктора стороны прилетел сгусток синего пламени, на мгновение заполнившего экран. Очевидно, корпоранты решили задействовать плазменное оружие, не столь требовательное к точности попадания.
Экран погас, когда миниатюрное солнце расплавило всё в зоне попадания.
- Сбой связи, - сообщила система, - Желаете повторить звонок?
На экран вернулся вид с камеры.
Повисшее молчание первым нарушил Шад.
— Мои соболезнования, Виктор. Он ушёл достойно, и пусть его путь будет лёгок. Виру тебе заплатят головами.
— Что?
— В договоре, который мы в своё время заключили с Генеральной Ассамблеей, было обговорено — те, кого забираем мы, исключаются из всякого преследования. Эта процедура получила свой номер с допусками и была внесена в стандартные протоколы ГСБ, а я, используя свой допуск, под фиксацию, известил их спецназ об этом. С этого момента охота на причастных должна была быть прекращена. Похоже, они либо не обратили на это внимания, либо уже забыли как мистер Эм стал главой корпорации и пора напоминать... либо содержимое кейса ещё важнее, чем мы думали, и они пошли ва-банк. В любом случае БРТО в скором времени понадобится новый глава.
— Это не вернёт Деда. — глухо проговорил Виктор. — А я... меня, получается и вовсе нет. Как и Лиры. Мамочка будет довольна — я наконец-то взялся за ум, завёл себе хорошую девочку по её выбору. — он невесело усмехнулся. — И забыл про дурацких лошадок.
Лира молча прижалась к нему. То же самое, со своей стороны, сделала и Серафима.
— Кстати, насчёт "забыл". — Шад внимательно взглянул на Виктора. — Мара, ты можешь сравнить лицо нашего гостя и лицо на записи?
— Уже. Это не грим. Совпадение полное, мышечный и сосудистый рисунки одни и те же.
— Та-ак. То есть...
— Да. Синтет, с заранее снятой матрицей сознания, вероятность две девятки.
— Та-ак. Виктор, это важно. Постарайся вспомнить — ты мог как-то пересекаться с БРТО до всех этих событий? Любые персональные контакты, деловые, личные — что угодно, что как-то выбивалось из общего ряда.
Виктор потёр виски, честно попытался вспомнить, и помотал головой.
— Нет.
— То есть широкий охват, как минимум в Шпилях... — вздохнула Мара в динамике. — Интересно.
— И не говори. — согласился Шад. — Cольешь аналитикам?
— Уже.
— И добавь от меня высший приоритет. Чуйка подсказывает, что что-то такое тут... — Шад покрутил рукой в воздухе. — ...особенно смердящее.
— Уже. Ты ведь был бы не против?
— Ты умница и просто красавица. — улыбнулся Шад.
— Шад... — Виса и Лира начали на два голоса, переглянулись, после чего продолжила только Лира. — О чём вы? И что теперь будет с нами... с Виктором?
— Ни вам всем, ни самому Виктору, как обещал, ничего не грозит. А вот на Земле происходит... что-то крупное и грязное, похоже. Деда Виктора убрали, а вот самого Виктора, судя по этой записи, заменили на синтета со слегка подправленным разумом. Но если вырастить тело можно достаточно быстро, хоть это и дорого, то матрицу разума и воспоминаний надо брать с оригинала, чтобы эта копия могла худо-бедно устроить родственников. И если Виктор раньше не имел дела с БРТО, то значит, такие матрицы снимаются регулярно, если не со всех жителей Шпилей оптом, то как минимум с тех, кто влиятелен и состоятелен выше среднего. И от этого отчётливо тянет какой-то дрянью. М-да... — Шад потёр подбородок. — Сдаётся мне, что когда пакет данных расковыряют, нам не придётся пачкать руки. Корпораты сами справятся.
— Ххха. — хрипло рассмеялась позабытая на время всеми Рэйнбоу. — Ну и как, чистый мальчик, каково это — увидеть свою копию, недо-Виктора? Слу-ушай, а может вообще копия — это ты? И тебе просто загнали в чистенькие мозги воспоминания про жизнь в Шпилях, а? Отличная парочка получилась, пони с воспоминаниями про Эквестрию, и человек с памятью о Шпилях. Хххаа... Добро пожаловать в наш клуб, синтетик. Не хочешь попросить принцессу Селестию, чтобы она, х-хха, вернула тебя обратно?
Дэш помотала головой в ответ на продемонстрированный Шадом инжектор, и уткнулась мордочкой в носилки, продолжая содрогаться от злого смеха. В конце концов она успокоилась, и Шад, спокойно и внимательно разглядывая её, поинтересовался:
— Миссис Дэш, вас в последнее время часто так заносит?
— А если да, то тебе какое дело?
— Ваше здоровье, в том числе и душевное, мне небезразлично. Я поручился за вас, приняв под защиту Соглашения и вы, все вы, сейчас находитесь под моей ответственностью.
— Твои проблемы. — фыркнула Дэш. — Мне-то что?
— Как вы сказали, с каждого выхода наши... наивные щенята подбирают кого-то и тащат домой. Ин совьёт раша щенок подбирает тебя, как могли бы пошутить когда-то. А тут, дома у нас, на десять планет нас всего-то считай тридцать миллионов, так что места и дела хватает всем. Если вы захотите этого — вы можете остаться у нас. Все вы. — он оглядел гостей, остановившись на Дэш. — И если да, то вы нужны нам со здравым рассудком.
В кают-компании повисла тишина. Взгляд алых глаз пегаски неотрывно упирался в невозмутимое лицо Шада.
— К этому ты всё и вёл? Идите к нам, детишки, у нас хорошо. Чем мне платить, добрячок? У меня одежды и той нет, вы забрали, голой задницей расплачиваться?
— Насчёт "добрячка" вы очень интересно заблуждаетесь. — спокойно ответил Шад, и что-то такое мелькнуло у него в голосе, что заставило пегаску на миг отвести взгляд. — Что же до платы — вы слушали меня невнимательно. Нас мало. Нас тридцать миллионов. На десять планет. На столичной планете около двадцати миллионов, остальные — на оставшихся девяти. Здесь, на Тайге, и вовсе где-то едва тысяч триста, на всю планету. Нам нужны люди, и у нас их ценят куда больше, чем на Земле. Это и есть наша плата.
— При чём тут мы, синтеты?
— У нас не делят разумных на хомо и сотворённых. Все мы — люди. Решите остаться — вас примут. Приставят адаптаторов... — Шад коротко взглянул на Виктора с Серафимой, и пояснил. — Те, кто будет сопровождать вас, объяснять что здесь и как, и вообще учить как здесь живут. Тут не Гигаполисы, многое может быть непривычным, и даже опасным, сплошной фронтир всё-таки... Язык изучите, пройдёте адаптацию — осмотритесь, подберёте занятие по душе. Вы, могу заверить, вовсе не первые, кому предлагают остаться, и кого мы принимаем к себе, процедура уже отработана.
— У нас в школе в начальных классах Твайлайт преподаёт уже года три. — вставила Виса. — Малышня неизменно в восторге, едва что не дерутся за то, кто будет помогать Тёте Твай...
— И не малышня тоже, глядя как ты в Лиру вцепилась, верно? — усмехнулся Шад. — Итак. — он поднялся, на ходу превращаясь в Шада-командующего — Я предложил. Думайте. Нам предстоит ещё три дня в карантине, пока мы и корабль проходим наносептику, так что время на раздумья у вас есть. Пока прервёмся, вас я загрузил и теперь надо слегка придти в себя, а нашим ребятам надо позавтракать, хотя скорее уже пообедать. Та-ак, теперь вы, хе-хе... щенята, обедаем, потом, как я закончу, бегаем к Маре осматриваться, а заодно думаем — о чём я не сказал, где в моих выкладках натяжки, и о чём меня стоит спросить. Ужин будет общий, здесь же. Виктор, Сима, — думаю, вам сейчас стоит поговорить наедине, в своей каюте. Остальное же ваше, хм, семейство, я пока забираю в лазарет — Мара настаивает на осмотре, а с врачами не спорят. Верну в целости. Идём? — махнул он рукой Скуталу и Лире, одновременно подтягивая к себе носилки.
* * *
До медотсека маленькая процессия добралась без происшествий. Хотя рыжая пегаска и старалась всё время держаться так, чтобы между ней и носилками был их проводник — Дэш не пыталась ни цепляться к ней, ни спорить с Шадом. После пары вспышек в кают-компании у неё, казалось, закончились запасы злости, и радужная пегаска лежала на носилках, подобрав под себя ноги, вытянув шею и лишь иногда шевелила ушами, да бросала настороженные взгляды из-под полуприкрытых век.
В медблоке за время её отсутствия ничего не изменилось. Так же неподвижно лежали под шевелящимся мехом фигуры в двух капсулах, и даже Мара стояла на том же месте.
И работала очаровательная докторша точно так же, как и раньше. Внимательный взгляд, видящий словно насквозь, уверенные команды, лёгкие и выверенные прикосновения, и очередной пациент из "здорового" становится "достаточно хорошо обследованным". Шад, ожидавший здесь же, ухмыляясь, рассказал им эту шутку, и заработал демонстративно тяжёлый вздох от Мары.
Впрочем, реальной работы ей досталось не так много. Джерри ненадолго отправился в капсулу, подлечить найденную пару мелких трещин в рёбрах, Лире и Гайке дали выпить чего-то, по словам доктора "тонизирующего и общеукрепляющего", а мелкой пегаске, несмотря на протесты, достался укол в шею и прицепленный на переднюю ногу дозатор.
— Витаминные таблетки, комплекс составлен специально для тебя. Джерри, присмотри, чтобы не забывала добавлять в еду. Три раза в день, по одной штуке за раз, здесь запас на месяц, а потом будет нужна коррекция состава.
Ответ Джерри из-под мехового одеяла не услышал никто, кроме Мары, врач же благосклонно кивнула.
— Пожалуйста. В крайнем случае, попросишь Шада или кого-нибудь из ребят помочь. Они с удовольствием подержат.
— Вот ещё... — возмущённо воскликнула Скуталу. — ...таблетки всякие...