— Ага! — киваю я. Не знаю, что сказать. Надо бы отодвинуться, но Аркадий держит крепко и уже склоняется, приближая свое лицо к моему. Будет совсем некрасиво, если я сброшу его руки?
— Послушай, меня сейчас декан вызвал, не смогу тебе сейчас уделить время, потом кое-какие дела… Часов в восемь вечера нормально будет? На кафедре сможем потренироваться, все разойдутся.
Вроде и намеков никаких и взгляд у него обычный, без двусмысленностей, но как-то…
— Так вот для чего нужны факультативы! — разрывает тишину знакомый голос. От неожиданности и, чего уж там, страха отпрыгиваю от Цырулева едва ли не на метр. — Готовить доклады с чужими девушками в интимной обстановке? А по-другому вам студенток к себе не привлечь?
Баев прожигает Аркадия таким взглядом, что боюсь, еще чуть-чуть — и набросится на него. Пальто нараспашку; мне кажется, я вижу в черных волосах тающие снежинки. Как он здесь очутился? Сердце, которое секунды назад сжималось от боязни сцены, теперь радостно трепещет. Вернулся!
— Баев, вы не умеете делать правильные выводы, — спокойно говорит Аркадий. Он если и смущен, то не показывает этого. — Завтра Мира выступает с докладом у меня на факультативе, у нее нет опыта публичных выступлений, я просто хотел помочь.
— Поздно вечером, на кафедре, где никого нет? — насмешливо щурится Баев. Меня будто вообще не замечает. — Я сам подготовлю Миру к выступлению. Обойдемся без вас.
— А может, у Мирославы спросим? — раздраженно интересуется Цырулев. — Вы много на себя берете, Баев!
— Если беру, то только свое! — жестко впечатывает Артем.
Подходит близко, не успеваю сориентироваться. Его руки по-хозяйски обнимают, потом разворачивает меня к себе. Я растеряна, хочу вырваться. Да что он позволяет! Где он был? С кем? С Юстиной? Да как он смеет?!
— Привет, Мира. — Он смотрит на меня так, будто никого рядом нет. Только я. — Я соскучился.
И целует. Жадно, ненасытно, заставляя меня таять в его объятиях, замереть, закрыть глаза и забыть обо всем.
Вдыхаю такой родной запах, зарываюсь руками в его волосы, страстно отвечаю на поцелуй. Но резко отшатываюсь, когда в груди заканчивается воздух.
Боже мой, что я натворила!
На лице Баева светится самодовольная улыбка, полная превосходства. Мне хочется стереть ее! Но еще больше хочется надавать себе пощечин за то, что повелась.
Как же стыдно перед Аркадием! Но Цырулева уже нет — вижу вдалеке его спину. Это конец! Он меня теперь точно перестанет уважать, я это заслужила.
— Что ты наделал? — Зло толкаю Баева в плечо. Он даже не двинулся с места. Снова толкаю. — Зачем ты это устроил? Зачем?!
— Потому что до него не дошло с первого раза. Я сказал ему, что ты моя. Еще вопросы?
— Ненавижу! — выдыхаю я. — Просто ненавижу! И я не твоя! Понял?!
На губах еще горит его поцелуй, когда в слезах я убегаю по коридору.
Глава 13
Прохладные струи резво бегут по телу, но совершенно не охлаждают его. Я уже подумываю о ледяном душе. Может, он хотя бы немного приведет меня в чувство. Не помню, чтобы я когда-нибудь была в такой ярости, как сегодня.
Никто и никогда не выводил меня из себя так, как Баев. До трясучки, до полной потери самоконтроля, до…
— А-а-а! — вскрикиваю я от ледяных брызг и тут же переключаю воду на горячую. Ненавижу холод!
К черту Баева! К черту стыд и возмущение! К черту Аркадия! Он, наверное, даже смотреть на меня не станет после того, что устроил сегодня Темный. Не представляю, как я завтра буду выступать перед всеми с докладом! Опозорюсь на всю академию!
Подлый кукловод! Манипулятор! Ненавижу его! Когда он уже оставит меня в покое?!
Душ не помогает. Я по-прежнему на взводе.
Остервенело тру влажное тело полотенцем, отжимаю волосы и набрасываю на себя банный халат. Юлька еще не скоро придет, успею привести себя в порядок. Наверное.
Выхожу из ванной разгоряченная, но в комнате хотя бы не так жарко.
— Ай! — взвизгиваю я и тут же испуганно хватаюсь за края халата на груди. — Баев! Какого?!. Ты… ты что…
Захлебываюсь от собственного крика, в горле мгновенно пересыхает. Я все горю. С ужасом беспомощно смотрю на Артема, который, развалившись на моей кровати, неторопливо разглядывает мои голые ноги, скользит взглядом выше, задерживается на моих руках у груди.
Надо выгнать его отсюда! Закричать! Устроить скандал! Пусть ему… да ни черта ему не будет! Ему плевать на огласку. К тому же вся академия и так уверена, что у нас что-то было.
Про мою репутацию он не думает, точнее… вот же сволочь!
Не сводя с меня глаз, Артем легко поднимается с кровати и стремительно пересекает комнату. Настолько быстро, что я даже не успеваю отступить назад.
— Ты что здесь забыл, Баев? — хрипло спрашиваю я.
— Тебя, разумеется, — серьезно, без капли стеба отвечает Артем. На нем та же одежда, что и сегодня в академии. Тонкий синий джемпер и темные брюки. Только пальто снял. А на левом запястье мой браслет, который я ему подарила на Новый год. Не дает мне забыть о той ночи…
— Видеть тебя не хочу! — злобно выдыхаю я и крепче вцепляюсь в ворот халата. Потому что охота влепить пару пощечин, стереть с губ надменную улыбку, до крови расцарапать эту красивую высокомерную морду! — После того, что ты сегодня сделал! Да тебя убить мало, Баев! Аркадий ни в чем не виноват!
— За то, как он на тебя смотрит, ему надо вырвать глаза, — негромко и обыденно произносит Артем. Ни угроз, ни бравады. — Считай, Цырулеву сегодня повезло. И я знаю, ты не любишь вид крови. А если он посмеет к тебе снова прикоснуться, то… то тебе не нужно знать, что я с ним сделаю. Я вообще пришел сюда не обсуждать этого пидораса.
— Артем!
— Эм? — выдыхает он совсем другим тоном. Мягким и приглушенным. — Как же вкусно от тебя пахнет, Мира. Моя строптивая, сладкая девочка. А когда ты в гневе, хочу тебя еще сильнее.
От голоса Баева у меня безвольно опускаются руки. Мне уже не хочется его убивать. Хочу обнять его, прижаться и забыть обо всем. Хотя бы ненадолго.
— Только попробуй! — Выставляю между нами руки и тут же осознаю свою ошибку. Ладони упираются в крепкую грудь. Тонкая ткань джемпера словно и не скрывает ничего. Ощущения — словно я касаюсь обнаженной, разгоряченной кожи. Пальцы покалывает от нетерпения, хочу провести ладонями по его телу, а еще лучше — стянуть с него одежду, чтобы уж точно, без всяких «словно».
Тихий самодовольный смешок, и я с бессильной злостью бью кулаками по его груди.
— Убирайся отсюда, Баев! — шиплю я. — Пошел вон!
Никогда себе не позволяла раньше выгонять Артема. Да еще и из его академии.
— Только если вместе с тобой, Мира. — Делает шаг вперед и прижимает меня к краю Юлькиного стола. Кладет ладони мне на бедра. Вздрагиваю всем телом, но даже не пытаюсь освободиться. Одно его движение — и полы халата разойдутся в стороны. А под ним на мне ничего! Совсем ничего!
— Нет! — цежу сквозь зубы. — Ты понимаешь слово «нет», Баев?
— Нет! — наклоняется и шепчет мне в губы. — Только «да», Мира. Да!
Нервно облизываю пересохшие губы и вижу, как его взгляд темнеет. Я знаю, что сейчас будет. Слишком хорошо знаю!
— Если поцелуешь, укушу! До крови!
— Кусай! — разрешает он и больно сдавливает мои бедра, резко приподнимает и усаживает на стол. А потом жадно впивается в мой рот, отбирает у меня дыхание, языком проводит по нёбу, всасывает меня в себя.
Пытаюсь оттолкнуть Артема, бью его по плечам, хочу слезть со стола, но оказываюсь в тисках сильных рук. Они гладят меня по спине, спускаются к бедрам. Его ладонь осторожно отодвигает полу халата и дотрагивается до обнаженного колена и плавно движется вверх.
Тело пронизывают сотни электрических разрядов, я дрожу от нестерпимого жара, который разливается внутри. Мне хочется сдвинуть ноги, дергаюсь, но Артем держит крепко. Терзает мои губы, вбивается в мой рот языком, заставляя меня тихо застонать.
Нет! Нет! Кусаю его за губу изо всей силы и тут же чувствую вкус его крови во рту. Артем разрывает наш мучительный поцелуй. Ошалело смотрит на меня, не отводя взгляда, проводит пальцем по кровоточащей губе.
— Я… я предупреждала, — едва перевожу дыхание. Сердце вот-вот выскочит из груди. — Только… не смей меня кусать в ответ!
Он медленно слизывает кровь с пальца, от чего я замираю и зачарованно наблюдаю за ним. Боже, как же я хочу, чтобы он меня так же…
— Есть идея получше, — глухо отвечает он. Берется за концы пояса моего халата и тянет их на себя.
— Артем… — умоляюще стону я. — Не надо.
Пытаюсь не дать ему развязать халат, но вот пояс уже падает на пол.
— Тш-ш, — мягко разводит мои руки в стороны и неспешно спускает ткань с плеч. — Тш-ш.
Я закусываю губу, чтобы не застонать, когда Артем накрывает ладонью мою грудь. Выгибаюсь, чтобы быть к нему ближе. Током бьет, едва он обводит пальцем сосок, в мгновение ставший до боли чувствительным. Стискиваю пальцы в кулаки, потому что хочу больше, хочу, чтобы он сжал руками мою грудь, чтобы жадно целовал ее. Но Артем дразнит, играет с сосками, заставляя меня нетерпеливо выгибаться.
— Что ты хочешь, а, Мира? — шепчет мне в ухо, а потом нежно прикусывает его. — Скажи.
— Уходи! — дергаюсь я, не в силах убрать его ладони с груди. — Убирайся!
— Неверный ответ. — Склоняется еще ниже и едва ощутимо касается губами шеи. От невесомых поцелуев по коже бегут мурашки… Не выдерживаю, льну к нему, вынуждая поднять голову, и уже сама алчно целую его.
Руки устремляются к его джемперу, тянут его вверх. Артем внезапно отстраняется от меня, он тяжело дышит, даже не скрывает, как распален. Перевожу взгляд на его пах, где уже выделяется внушительный бугор.
Стыдливо отворачиваюсь, но Артем стаскивает с себя джемпер и привлекает к себе. Его тело обжигает меня, отгоняю смущение, жадно вожу руками по его груди, оставляю поцелуи на плече, языком провожу по ключице. Артем порывисто стонет и одним резким движением полностью распахивает на мне халат.