вас.
— Вы полностью уверены, что он там? — интересуется Миффлин. — Меня же вышвырнут со службы, если я окажусь в доме этой леди без ордера…
— Прекратите терзаться сомнениями! Я сейчас предупрежу обеих дам, чтобы они были готовы к вашему приезду. Хорошо бы вам там оказаться минут через двадцать,
Вешаю трубку, не оставляя ему времени для протестов, и набираю телефон Паулы.
— Скоренько одевайтесь, — шепчу лишь только Паула сняла трубку. — Попросите и миссис Дедрик собраться. Миффлин заедет за вами через минут десять. Жду вас в “Оушн Энд”. Я нашел Дедрика.
Паула отчеканивает, что они будут готовы и даже ни о чем не спрашивает.
Вешаю трубку и закуриваю. Пот заливает мне глаза, настолько я взволнован.
Где–то неподалеку настенные часы монотонно отсчитывают минуты. Поднимаю ноги на диван и пытаюсь обрести спокойствие. Если мне повезет, то уже этой ночью я услышу разгадку всего дела. И Перелли окажется на свободе.
Прикрываю глаза. Мне кажется, что я не спал уже целую вечность. Столько событий с того момента, как Макси передал мне ключ! Но хоть есть надежда, что не более чем через час мне станет известна развязка всей драмы!..
И вдруг где–то на первом этаже оглушительно звучит одинокий выстрел.
Мгновенно вскакиваю и открываю двери.
Стою на пороге, вглядываюсь, вслушиваюсь. Где–то загорается свет. Кто–то бежит по первому этажу. Мелькает и тут же исчезает женский силуэт в накидке голубого шелка. Хлопает дверь и разносится пронзительный вопль, крик ужаса.
Бросаюсь вверх по лестнице, перепрыгиваю через четыре ступеньки кряду и едва лишь достигаю площадки этажа, как снова слышу крик. Он доносится из освещенной комнаты в глубине коридора.
Подбегаю и уже с порога узнаю: комната Дедрика.
Серена склонилась над кроватью, она неистово трясет за плечи мужчину. Но он не внемлет ей…
— Ли! — голосит она. — Что же ты наделал?! Ли, дорогой мой! Ну хоть слово скажи мне, молю тебя!
Я прохожу в комнату. Достаточно даже беглого взгляда, чтобы убедиться — мужчина мертв. Его висок пробит и кровь струится по щеке, напитывая белую сорочку.
Беру Серену за руку.
— Успокойтесь, пожалуйста. Ему уже никто не сможет помочь.
Она резко поворачивается, в лице у нее ни кровинки, глаза полны ужаса. Из ее горла вылетает глухой стон. Она простирает руки, как бы силясь оттолкнуть меня, но тут глаза ее закатываются и она валится мне на руки без сознания.
Кладу ее осторожно на пол и приближаюсь к трупу.
Рядом с рукой его “Кольт” 38–го калибра. Его ствол еще горячий. Жуткая улыбка застыла на губах покойника.
— Что здесь происходит?
Оборачиваюсь.
В дверях стоит Уодлок. На нем вылинявший красный халат, волосы взъерошены.
— Он покончил с собой, — коротко объясняю я. — Надо увести миссис Дедрик из этой комнаты.
Поднимаю ее, так и не пришедшую в себя, на руки и с этой ношей выхожу в коридор. Серое морщинистое лицо Уодлока подергивается тиком.
Схожу в холл и укладываю Серену на диван.
Уодлок включает свет.
— Откройте окна, чтобы впустить хоть немного свежего воздуха! — командую я.
Пока он возится с окнами, выходящими на террасу, я разбавляю содовой виски и возвращаюсь к Серене. Она приоткрывает глаза.
— Возьмите себя в руки, — говорю ей. — Выпейте, пожалуйста.
Она отталкивает мою руку и вскакивает с дивана:
— Ли!
— Послушайте, вы уже ему не поможете. Слишком поздно!.. Постарайтесь успокоиться.
Она опять падает на подушку и закрывает лицо руками.
— Ли, зачем ты это сделал? — стонет она. — Ну зачем ты это сделал, мой дорогой?!
Уодлок подходит ближе, глядя на нее растерянно.
— Вызовите полицию, — продолжаю распоряжаться. — Скажите, что здесь произошло. И не задавайте мне вопросов.
— Ничего не понимаю, — он ошеломлен. — А вы–то что здесь делаете?
— И не пытайтесь понять. Зовите полицию!
Он, видимо, хотел еще что–то сказать, но, похоже, передумал и медленно удалился из комнаты.
Слышу, как он тяжело взбирается по лестнице.
Наклоняюсь к Серене.
— Выпейте это, вам станет лучше… Полицейским не очень понравится, что вы его прятали здесь.
Она отпивает несколько глоточков виски и вздрагивает.
— Но почему же? Он взял у меня слово никому ничего не сообщать. Ему удалось вырваться. Он пришел сюда позавчера. Он объяснил мне, что если похитители его обнаружат, то убьют. Он просил меня ничего не говорить о нем даже Уодлоку.
— Он не называл имен похитителей?
— Назвал. Бэррэтт и Перелли, — выпалила она без заминки. — Он сказал, что Бэррэтт заплатил Перелли, чтобы он все это провернул, Бэррэтт мстил моему мужу за то, что он хотел порвать со своим прошлым.
Такая развязка меня явно не устраивала.
— Вы полностью уверены, что он назвал именно Перелли?
Она повернулась ко мне:
— А почему вы считаете, что я выдумываю?
Я подошел к застекленной двери: Миффлин, Паула и Мэри Джером поднимались на террасу. Знаками приглашаю Миффлина войти, а дам прошу немного подождать.
Миффлин входит с холл с осторожностью охотящейся кошки.
Серена резко оборачивается, глядя на него.
— Дедрик там, наверху, — говорю Миффлину. — Он мертв. Покончил жизнь самоубийством!
Миффлин что–то проворчал, быстро пересек комнату, направляясь к лестнице.
Прослеживаю его путь глазами через открытую дверь.
— Как… Откуда он здесь взялся, — спрашивает Серена, поднося руку к горлу.
— Я догадался, что Дедрик прячется здесь. Приехал, увидел Дедрика через окно и позвонил Миффлину.
— Вы… вы звонили отсюда?
Киваю в подтверждение ее догадки.
— Да… Вот оно что… Ли услыхал, как вы пробирались, в дом, подслушал ваш разговор, подключив свой аппарат к линии.
Я пристально посмотрел Серене в глаза:
— И из–за этого стреляться?
Она отвернулась.
— Полиция разыскивала его, кажется, по делу об убийстве? Разве не так?
— Это правда. Но все же не думаю, чтобы ваша гипотеза подтвердилась. Я осмотрел его комнату. Там нет телефона.
Она промолчала.
И вдруг меня снова озарило. Несомненно, что в эту ночь моя головушка потрудилась на славу, Спрашиваю эдак ненавязчиво:
— А вы знали, что у него уже есть одна жена, когда вступали с ним в брак?
Ее лицо буквально каменеет:
— Я не желаю говорить об этом!
— Мне показалось, что вам было бы любопытно познакомиться с ней. Она здесь, на террасе.
Серена вскакивает:
— Я не желаю ее видеть! Нога ее не ступит в этот дом!
Ее лицо стало пепельным, а огромные блестящие глаза словно ввалились в орбиты.
— Я любила его! — продолжала она, истерически крича. — Я не позволю этой женщине приблизиться!..
Прохожу в другой конец комнаты и приглашаю Мэри Джером:
— Входите! Я прошу вас опознать труп Дедрика. На нее не обращайте внимания. Я прослежу, чтобы…
И тут я осекся.
Серена бросилась в противоположный конец комнаты и выдернула ящик буфета. И, мгновенно обернувшись, наставила на меня дамский револьвер.
— Она не войдет сюда!
Мэри остановилась на пороге. Она сохраняет спокойствие и взирает на Серену с холодным презрением. Мягко ступая, направляюсь медленно к наследнице:
— Ну чего вы так испугались?
— Ни с места!
Заметив, как ее палец сгибается на курке, останавливаюсь:
— Не надо делать глупостей! — советую.
— Уведите отсюда эту женщину. Я запрещаю ей даже приближаться к нему.
И тут появляется Миффлин.
— Что здесь такое? — интересуется он.
Со двора доносятся скрежет тормозов и звук шагов по террасе. Инспектор Мак Гроу и еще двое агентов в форме врываются в комнату.
Вдруг Серена попятилась назад. Она поднимает свой револьвер, целя себе в сердце. Ужас и страх в ее глазах. Это то, чего я ожидал. Подскакиваю к ней и, резко толкнув, опрокидываю ее на пол. Вот тут и прозвучал выстрел.
Подбегает Миффлин и, падая на колени, вырывает револьвер из ее рук. Я отхожу в сторону. Она лежит на боку, сотрясаясь в рыданиях, лицо прикрыто рукой.
— Она ранена? — взволнованно спрашивает Миффлин.
Качаю головой, показываю на дыру от пули в полу.
— Что здесь, черт побери, творится! — взревел Мак Гроу.
— Покажите этой даме труп Дедрика, — попросил я, кивнув на Мэри Джером. — Она знает ответы на все ваши вопросы, хотя и сама еще об этом не догадывается.
— То есть… как это?! — вмешивается Миффлин.
— Пойдите с ней. Лучше чтобы вы от нее, а не от меня услышали.
Он пожал плечами и показал Мэри большим пальцем в сторону двери.
— Идите, — разрешил я. — Все будет в порядке. Вам бояться нечего.
Вслед за Миффлином она пошла к лестнице. А я снова укладываю Серену на диван.
Она сжалась в комок. Лицом уткнулась в подушки, а тело сотрясают рыдания.
Мак Гроу пялится на меня, свирепо улыбаясь:
— Ну ты, проныра, все никак не можешь не лезть в чужие дела?! — В его голосе звучит неприкрытая злоба. — И как это вы устраиваетесь, чтобы оказаться на месте происшествия именно под занавес, да еще объяснять нам, грешным, как это все происходило?!
— Но ведь хоть кто–то должен же заниматься делом! Подхожу к Пауле, стоящей в другом углу комнаты.
— Ну, Вик, что дальше?
— Держитесь, Паула. Думаю, что в этот раз мы добьемся реабилитации Перелли.
Терпеливо ждем.
Проходит несколько минут. И вот в сопровождении Миффлина появляется Мэри.
— Вы знаете, — голос Миффлина звучит глухо, — тот парень наверху не Дедрик! Она говорит, что это Лют Феррис. — Он поворачивается к Мак Гроу. — Вы же его знаете, этого Ферриса? Ну–ка, взгляните.
Мак Гроу уходит.
— А она утверждала, что это Дедрик? — спрашивает Миффлин, указывая подбородком на обессилевшую Серену.
Киваю.
Сверху кричит Мак Гроу:
— Это Феррис!
— Тогда где же, черт возьми, прячется Дедрик? — недоумевает Миффлин.
— Поинтересуйтесь у Серены. Вам она скажет. Но готов держать пари, что вы его сыщете в шахте: жалкая кучка костей и несколько лоскутов одежды.