Черепашки-ниндзя и Дерево Познания — страница 10 из 44

— Дон, запиши координаты! — скомандовал Лео.

Донателло схватил карандаш и стал быстро пи­сать.

— Ничего подобного на нашем пути еще не встречалось,— пробурчал Раф.

— Не приближайтесь пока к нему,— сказал До­нателло.— Это может оказаться что-нибудь забав­ное...

— В чем дело, Дон? Что забавное? — прокричал Лео.

Пульт управления вдруг загудел от напора ко­лоссальной энергии.

— Что это, Лео? — взволнованно спросил Микки.

— Ты, наверное, забыл: чтобы поддерживать прямую связь над этой планетой нужна масса энер­гии,— ответил Лео.

— Я открою люк и посмотрю, что там,— произ­нес Донателло и через мгновение исчез.

Лео встал, посмотрел вслед Донателло.

— Может, просто водоворот, вихрь, облако? — тихо прошептал Раф.— Как ты думаешь, Лео?

— Я вижу Цветные Шары,— спокойно сказал Лео.

— Какие шары? — изумился Раф.

— Посмотри в иллюминатор...

Черепахи посмотрели вниз. Клубящиеся пылью равнины планеты Ригель простирались до самого горизонта. Вдруг из темноты показались будто ярко-алые языки пламени. Они извивались, точно щупальца, принимая форму шаров различной расцветки.

— Что это? — прошептал Раф.

Лео вспомнил о Донателло, спустившемся в ниж­ний люк, только тогда, когда тот кашлянул у него за спиной.

— Я попробую объяснить то, что мне сейчас при­шло в голову,— сказал Донателло.

— Что? Что? — воскликнули в один голос друзья.

— Мне кажется, что эти Цветные Шары — уро­женцы планеты Ригель. Кроме того, я слышал от друидов, что такие шары первыми появились на их планете.

— Да, точно! — подхватил Микки.— Я вспом­нил, это написано в одном из древних пергаментов.

— Они, вероятно, жили здесь, когда первые люди пришли на эту планету...— предположил Лео.

— Но никто не знает их, и друиды их боятся, потому что неизвестно, на что они окажутся спо­собны,— сказал Микки.

— На что окажутся способны, если их растре­вожить,— добавил Донателло.

Микки махнул Дону рукой, чтобы тот молчал, и продолжил:

— Я, кажется, вспоминаю, что о таких шарах говорила волшебница Нара... Конечно же... Слу­шайте! Организм их представляет собой сгусток чистой энергии. Они черпают энергию солнца, как и мы, солнечные черепахи. Только мы получаем ее иным путем, а они — прямо от Солнца. Благодаря этому они сильнее нас. Вот и все, что я вспомнил...

— Ну что ж, друзья,— сказал Лео.— Тогда главный вопрос: как вы полагаете, это разумные существа? А? Дон?

— А почему бы и нет? — невозмутимо ответил Донателло.— Думаешь, если мы не знаем, как с ними общаться, так у них нет разума?

— А может быть, они просто не хотят общаться с нами? — предположил Раф.

— Если они не разговаривают, это не значит, что у них нет разума,— сказал Лео.

— Возможно, их мышление не имеет общей осно­вы с нашим? — показал свою ученость Дон.

— А может быть, они считают человека сущест­вом низшей породы и просто не желают тратить свое время...— размышлял Лео.

— Человек... А почему бы им не вступить в кон­такт с нами, ведь мы — солнечные черепашки,— перебил его Раф.

— Вы с ума сошли! — воскликнул Донателло.— Они наблюдают за нами давно. Они наверняка видели, что мы умеем. Видели у нас Огненный меч. Видели, как мы помогали друидам, как посы­лали им энергию солнца, как боролись с Пароном и с Колдуном...

— Верно,— согласился Лео.— Но неизвестно, какое это произвело на них впечатление. Как пола­гаете, друзья?

— Если они стоят на высшем уровне,— фырк­нул Микки,— где же те умные вещи, что они созда­ли? На планете Ригель таких нет.

— Да! — поддержал его Лео.— Я тоже ничего не слыхал об их городах, цивилизациях.

— Ив древних пергаментах об этом ни слова не говорится,— продолжил Микки.

— Так кто же они? Друзья или враги? — вос­кликнул Донателло.— Что нам с ними делать? Если они оружие или продукт чей-то цивилиза­ции,— значит, это просто механизмы. И нам сле­дует узнать, откуда они направлены к нам. От кого...

Лео перебил его:

— Выслушайте меня. Я думаю, что эти шары бессмертны.

— Но почему? — воскликнул изумленный Дон.

— По-моему, это несомненно,— спокойно про­должал Лео.— Убить можно плоть, тело, а у них нет тела, это просто сгустки энергии. Таким об­разом, они приспособились к окружению.

— Но если они так совершенны,— сказал Дон, разглядывая цветные оболочки шаров, несущихся навстречу,— то зачем бы им так кривляться? По­смотри-ка, Лео, не успеешь подумать о чем-нибудь, как готово — они изображают твою мысль. Настоя­щее мимы планеты Ригель...

— Верно,— подхватил Раф, выглянув в иллю­минатор.— И ничего-то у них толком не получает­ся, все вкривь и вкось. В чем же тут штука?

— Ну, в этом нет ничего удивительного, сказал Лео после недолгой паузы.— Цветные Шары под­хватывают наши мысли и тут же перевоплощают... Ведь, к слову говоря, мысли у нас никогда не рож­даются четко оформленными.— Он улыбнулся и несколько раз хлопнул себя лапой по лбу.

— И что же? — спросил Микки.

— Думая о чем-нибудь, мы не разрабатываем мысли детально, они у нас отрывочны,— продол­жал Лео.— Так что же вы хотите от шаров? Они подбирают то, что мы им даем, и заполняют про­белы на свой страх и риск.

— Что же получается: стоит нам теперь поду­мать о верблюдах — к нашим услугам будут вер­блюды с развевающимися гривами, верблюды с четырьмя и пятью горбами? Бесконечная верени­ца верблюдов? — спросил Раф, снова выглядывая в иллюминатор.

Черепахи засмеялись.

— Что это ты, Раф, все время думаешь о верблю­дах? — шутливо спросил Микки.

— Но не воображайте, друзья, что Цветные Ша­ры делают это для нашего развлечения,— делови­то сказал Лео.— Скорее всего, они думают, что это мы хотим их позабавить. И они забавляются.

— Может, они и терпят нас здесь только пото­му, что у нас такие забавные мысли,— предполо­жил Дон.

— А может, когда люди впервые явились на пла­нету Ригель, здешние обитатели выглядели просто как разноцветные шарики и катались себе по по­верхности планеты. Их так и назвали — Цветные Шары...— расфантазировался Микки.

— А потом они перебывали всем, о чем только думает живое существо,— закончил его мысль Лео.

Тем временем шары, устав, что ли, от плясок, лениво катались по равнине Ригеля. Время от вре­мени некоторые из них принимали форму какого-нибудь предмета, но делали это вяло, нерешитель­но и тотчас возвращались в прежнее состояние.

Кабина управления крылатой лодки черепашек ниндзя была полна пощелкивающих, потрескиваю­щих, звякающих, булькающих приборов. По ночам солнечные черепашки работали. Они направляли свободную солнечную энергию, неиссякаемую и неистощимую, на миллионы миль — во все точки Вселенной, в другие миры, где теплилась жизнь.

В кабине управления были и другие приборы. Атмосферная машина, к примеру, составляла дыхательную смесь, черпая жидкий кислород, азот и другие газы из цистерн, которые Дон привозил с Венеры. Были здесь холодильная установка, машина, регулирующая силу тяжести.

— Планета Ригель только что обогнула сол­нце,— сказал Раф, глядя на приборы.

Лео поднялся и, подойдя к иллюминатору, стал смотреть на пыльные равнины. На горизонте появи­лась точка — она быстро росла, приближалась...

Цветные Шары по-прежнему катались в пыли. Внезапно один из них превратился в чудовищную бутылку виски, она поднялась в воздухе, перевер­нулась, жидкость полилась на землю. Лео улыб­нулся: «Дон, конечно, мечтает выпить».

Спустился через нижний люк в помещение, где должна была стоять летучая машина Донателло. Изумился, когда не увидел ни Донателло, ни ма­шины.

— Так! Они исчезли! — воскликнул он.

Быстро подошел к баллонам с кислородом. За­мок стойки оказался в порядке. Лео вставил ключ. Крышка отскочила. Все баллоны были на месте. Значит, Донателло отправился в полет на своей машине без запаса кислорода... Несмотря на то, что опасности в этом пока не было никакой, Лео вздрогнул. На всякий случай взял в руки Огнен­ный меч.

«Спасать Дона! — мелькнуло у него в голове.— Он просто спятил... Вообразил, что поймает Цвет­ной Шар...»

Раздумывать было некогда.

— Я полетел на поиски Дона! — крикнул Лео друзьям и, сжимая в руках меч, вырвался в холод­ное предрассветное воздушное поле планеты Ри­гель.

Покинув звездолет, он летел все на тех же крыль­ях дракона, подаренных ему друидами. Оглянув­шись, заметил, что за ним как будто следует боль­шой синий Шар, но скоро забыл о нем.

На его пути оказалось облако. Оно излучало сла­бое мерцание, забилось — так бывает, когда смот­ришь в волнистое зеркало. Лео не мог понять, где оно начиналось, где кончалось. Но войти в облако оказалось нетрудно.

Лео вздрогнул, ощутив его прохладу, вспомнил о первых межпланетных полетах. Тогда каждый выход в открытый космос был связан с риском...

Пройдя сквозь облака, Лео опустился на равнину планеты Ригель. Следы, оставленные машиной, на которой, по-видимому, совершил здесь посадку Донателло, были видны очень отчетливо. Но самой машины не было... Неожиданно, едва успев поду­мать об этом, Лео увидел машину поодаль от себя.

Она легонько подскочила вверх, потом нырнула в небольшую впадину. В глубине впадины Лео не увидел ничего, кроме причудливой игры света и темноты.

Потом внимание Лео привлекла какая-то темная груда. Медленно, неохотно двинулся к ней, нако­нец остановился. Сомнений быть не могло: с земли на него смотрело мертвое зеленоватое лицо Дона.

Лео выпрямился, сжимая в руках Огненный меч, и огляделся вокруг. Цветные Шары исполняли свою пляску на холмах, кружась и толкаясь,— молчаливые свидетели его страшного откры­тия. Один из них, синий Шар, который был круп­нее остальных, явно направлялся в его сто­рону.

— Боже мой! — простонал Лео.— Дон! Дон!

Он произнес это, не веря собственным глазам. Снова огляделся.

«Не Шары ли повинны в смерти Донателло? — подумал он.— Но если это так, то почему они не трогают меня? Может, потому, что у меня в руках Огненный меч?»