Только тут Тимофеев разглядел, что на 49-й странице осталась только картинка со свечой, а две остальные куда-то исчезли. Вместо них появилось что-то вроде сильно сокращенной клавиатуры компьютера — четыре маленьких квадратика со стрелками и прямоугольничек побольше с надписью «SHIFT». Вообще-то Андрюшка еще не успел забыть, как после нажатия клавиши «ESC» угодил в черное ущелье, где ему пришлось от потока лавы удирать, а потому несколько помедлил. Но ангел успокоил:
Жми-жми, не бойся!
Андрюшка нажал на стрелку, направленную острием от экрана, и изображение свечи и всех прочих предметов, лежащих в ящике, стало плавно удаляться, будто некий оператор с телекамерой отошел на один шаг назад. А затем изображение ящика со всей начинкой вовсе исчезло. Вместо него на экране появилась дверь стенного шкафа, в котором, как видно, и лежал ящик со свечой.
— Теперь нажми на стрелку «вправо» и не отпускай, пока снова не увидишь шкаф, — проинструктировал ангел.
Тимофеев послушался, приложил палец к квадратику, на котором стрелка смотрела вправо, и увидел сперва застекленную дверь, за которой просматривалась кухня, потом две двери рядышком, оклеенные пленкой «поддерево» — не иначе, туалета и ванной, — далее полированную вешалку с пальто, куртками и шапками, затем угол еще одной двери, обитой черным дерматином, и, наконец, вновь увидел дверь стенного шкафа.
Осмотрелся? — спросил ангел. — Теперь выходи из этой квартиры. Работай стрелками, как будто в «ходилку» играешь.
— Понял, — кивнул Андрюшка, и хотя, как уже говорилось, не любил играть в «ходилки», нажал на стрелку, направленную острием влево, потом на ту, что указывала прямо, дальше — направо. Так он очутился перед входной дверью, обитой дерматином.
А как ее открыть? — недоуменно пробормотал Тимофеев.
Никак, — с усмешкой ответил ангел, — просто нажми стрелку «вперед» — и все. Ты же здесь сидишь, а не в той квартире находишься.
Действительно, когда Андрюшка нажал стрелку «прямо», то черная дверь стала быстро на него наплывать. На секунду весь экран зачернило, но затем Андрюшка оказался в коридорчике, куда выходили четыре двери квартир. В этом коридоре, отделенном от площадки с лифтами полупрозрачной дверью из стекла, армированного сеткой из стальной проволоки, стояли несколько картонных ящиков, детские санки, облупленные старые лыжи и старый, видимо испорченный, холодильник «ЗИЛ». Над дверями квартир красовались пластмассовые номерки. Прямо перед Тимофеевым была 31-я, а левее, в стороне, — 30-я.
Запомни номер той, из которой вышел, — подсказал ангел.
Андрюшка с помощью стрелки «вправо» повернулся на 180 градусов и обнаружил, что «побывал» в квартире № 28. В дальнем конце коридора, по правую руку — если стоять лицом к двери 28-й квартиры, — просматривалась еще одна прозрачная дверь, ведущая на пожарную лестницу.
Выходи к лифтам, — посоветовал ангел, когда Тимофеев потянулся пальцем к правой стрелке. — И постарайся запомнить дорогу.
Андрюшка повернул налево, «прошел» сквозь дверь из армированного стекла и направился к дверям лифтов. Их было две. Тимофеев знал, что за одной из них маленькая кабина, в которой только людей перевозить можно, а другая — большая, с помощью которой поднимают наверх шкафы, кровати и другие громоздкие вещи. На светло-зеленой стене между лифтами бурой краской значилось: «4-й эт.» То есть 28-я квартира, в которой хранилась несгораемая свеча, располагалась на 4-м этаже пока еще неизвестного дома.
Перед лифтами Андрюшка замешкался. Через двери не видно, есть ли за ними кабины. По-нормальному надо кнопку вызова нажать, а тут как поступить? Он, конечно, понимал, что, сидя перед книгой-ноутбуком, не сможет провалиться в шахту, но все же жутковато как-то. После того как с помощью этой книжули в ущелье оказался и чуть-чуть не разбился в пропасти, поневоле задумаешься…
Пока Тимофеев думал, дверь пассажирского лифта раздвинулась, и из кабины появилась девчонка. Ба! Да это же Светка Сусликова! Наверно, самая толстая, некрасивая и ворчливая во всем их классе. Узкоглазая, щекастая, с картошкообраз-ным носом, да еще и стрижена коротко, потому что причесываться лень. А голос у нее совсем противный — скрипит похуже отца Помпилиуса. Кроме того, она еще и ворчунья известная. Не успеет в класс войти — уже нахамит кому-нибудь. А чуть что — может и треснуть! Они, девчонки, такие здоровенные стали в этом году, что ого-го! Почти как настоящие тетки. А пацаны что-то подзадержались в росте. Ну, ничего, папа говорил, что со временем они этих «теток» все же догонят и перегонят. Скорей бы!
Светка тащила увесистую хозяйственную сумку и пластиковый пакет — не иначе, в магазин ходила или на рынок.
Посмотри, куда она пойдет, — посоветовал ангел.
Андрюшка повернул картинку с помощью стрелок и увидел, как Сусликова отпирает ключом стеклянную дверь. Потом он сумел разглядеть, как эта толстуха поворачивает к двери 28-й квартиры. Выходит, что свечка у нее хранится! Вот это да! А Тимофеев и не догадывался… Конечно, ничего удивительного: хотя Сусликова и училась с ним в одном классе, Андрюшка даже не знал толком, где она живет. К другим ребятам и даже девчонкам он ходил в гости, на дни рождения, на елки и просто так, а к Сусликовой — никогда. С ней вообще никто не дружил, потому что она, как уже говорилось, постоянно на всех ворчала и даже по-настоящему ударить могла.
После того как Светка скрылась за дверью квартиры, Андрюшка снова «повернулся» к лифту.
Иди через дверь спокойно! — подбодрил ангел. — Хотя кабина уже ушла, ничего страшного не случится.
Действительно, ничего страшного не случилось. Когда Тимофеев «прошел» сквозь дверь и очутился в шахте, то картинка осталась ровной, будто невидимый «оператор», который эту картинку показывал, не висел над шахтой, а стоял на ровном полу.
— Теперь нажми «SHIFT» пальцем левой руки, — проинструктировал ангел. — Теперь стрелка «вперед» будет означать «вверх», а стрелка «назад» — «вниз». Не убирая пальца от «SHIFT», пальцем правой руки нажми «вниз». Уловил?
Ага, — кивнул Андрюшка и, послушно выполнив все эти указания, увидел, что плавно «опускается» вниз по шахте. В самом низу, на первом этаже, находилась кабина. Кто-то в нее вошел, и она стала подниматься вверх. Но изображение продолжало двигаться вниз даже тогда, когда невидимый «оператор» очутился на крыше лифта. На несколько секунд появилось изображение внутренней части кабины, где ехала какая-то бабка, а затем «оператор» снова очутился в шахте. Так Андрюшка «доехал» до первого этажа, отпустил левый указательный от «шифта», «прошел» через дверь и, ловко орудуя стрелками, добрался до выхода из подъезда. Когда же он и через эту дверь «просочился», то оказалось, что вышел на хорошо знакомую улицу, находившуюся всего в двух сотнях метров от его школы. Чуть-чуть пройти — и будет остановка троллейбуса, того самого, на котором Андрюшке до дому три остановки ехать.
Можно выключать, — сказал Тимофеев ангелу, — дальше я дорогу знаю.
Очень хорошо, — одобрил тот и уже хотел что-то посоветовать, но в это время в прихожей щелкнул замок, забрякали ключи и послышались знакомые шаги.
Это мама! — досадливо прошептал Андрюшка. — Наверно, нельзя, чтоб она тебя видела?
Почему? — возразил ангел. — Конечно, если она увидит, как я по комнате летаю, с ней плохо будет, но если она увидит не живого ангела, а елочную игрушку, ничего ужасного не случится. Гораздо хуже, если она увидит «Великую книгу времен». Тут не избежать лишних вопросов. Надо ее замаскировать.
Может, просто в стол спрятать? — предложил Андрюшка, прислушиваясь к тому, как мама в прихожей сапоги снимает.
Нет. — Ангел отрицательно покачал головой. — Лучше, если она останется на виду, но превратится во что-нибудь другое. Как насчет коробки «Лего»? По-моему, ты о ней мечтал, а?
Вообще-то да, — признался Тимофеев, — только папа говорит, будто я уже слишком большой, чтоб в такие игрушки играть… Кроме того, коробка «Лего» размером с эту книгу 140 рублей стоит. Мама обязательно спросит, откуда у меня такие деньги взялись.
Это ерунда, — успокоил ангел, — ты можешь сказать, что выиграл их в лотерею…
В этот момент послышались приближающиеся шаги мамы, которая уже сменила сапоги на шлепанцы и переоделась в домашний халат.
Мне пора! — испуганно пискнул ангел, приземлился на переплет «Великой книги времен», молитвенно сложил ладони перед грудью и… превратился в неподвижную пластмассовую фигурку. А книга в ту же секунду преобразовалась в пеструю и цветастую коробку «Лего». Как раз в тот момент, когда мама переступила порог комнаты.
Привет! — сказала она. — Ты уже пообедал?
Ага, — кивнул Андрюшка.
Суп ел?
Конечно. И второе тоже.
Молодец, — похвалила мама. — А как уроки? Русский сделал?
Да. И математику тоже.
Ну-ка, покажи тетрадки!
Мама подошла к столу и увидела коробку с «Лего», поверх которой стояла фигурка ангела.
Та-ак… — протянула она удивленно. — А это откуда?
Это… — Андрюшка замялся. — Это я выиграл…
В карты?! — грозно спросила мама. — Ты что, играл в карты на вещи?!
Нет! — испуганно пробормотал Тимофеев. — Ни в какие карты я не играл. Я это в лотерею выиграл!
В какую лотерею? — еще строже насупилась мама. — Что-то я не видела, чтоб в лотерею «Лего» разыгрывали. По-моему, сейчас в лотереи только деньги разыгрывают!
Так я и выиграл деньги! — нашелся Андрюшка. — А на деньги купил «Лего» и этого ангелочка.
И сколько же ты выиграл? — продолжила допрос мама.
Двести рублей, — наскоро соврал Тимофеев. — Коробка сто сорок стоила, а игрушка — шестьдесят…
Сколько-сколько?! — спросила мама голосом Жванецкого.
Шестьдесят… — пробормотал Тимофеев, чувствуя, что заврался. Такой пластмассовый ангелочек вряд ли мог больше двадцати рублей стоить.
— Не ври! — сурово сузив глаза, произнесла мама. — Терпеть не могу, когда врут. Это ж елочная игрушка, а Рождество и Новый год давно прошли. Неходовой товар! Если этот ангел под Новый год мог за пятнадцать рублей пойти, то сейчас он максимум десятку стоит. И вообще, скажи на милость, где это ты в лотерею играл?