Я тогда сорвался с места, чувствуя, как ноги наливаются невиданной ранее силой, а сердце мощными ударами прокачивает перенасыщенную адреналином кровь по сосудам. Я бежал по проспекту, уворачиваясь от проезжающих машин, потом по тротуару, стараясь не столкнуться с прохожими. Свалил на землю стеллаж с товаром уличного торговца, забежал в подворотню и понял, что свернул совсем не туда.
Переулок тот пересекали высокие ворота, увитые сверху колючей проволокой. Хозяин склада, магазина или забегаловки пытался, видимо, так защитить свое имущество от местных отморозков.
Их было шестеро – теперь к ним присоединился разгневанный торговец. В тот момент я начал понимать, что чувствовал волк из рассказов Джека Лондона, которые в детстве меня заставлял читать отец, всю жизнь надеявшийся, что я не свяжусь с уличными бандами, а поступлю в колледж. Все силы куда-то исчезли, мне казалось, что я умер еще до того, как бой начался.
В таких ситуациях это – самый важный момент. Нельзя дать себе умереть, будучи живым. Я взял себя в руки, прикинул, кто из противников самый опасный, а кто, наоборот, пошел на дело только потому, что боялся показаться трусом.
Я нащупал в кармане кастет, почувствовал теплый свинец, пару раз сжал его, наполняясь уверенностью.
Потом я сделал вид, что сдаюсь, подпустил к себе лидера и разбил ему лицо одним ударом. Парень схватился за сломанный нос, из которого хлынула кровь, и упал, не понимая, как такое вообще могло произойти.
А я в это время резким ударом уложил и второго. Больше они не полезли, предпочли ретироваться.
Такие истории в Комптоне не редкость. Но, к сожалению, на этот раз меня и моих спутников преследовали вовсе не парни из враждебной банды, а злобные кровожадные мутанты. И тварей этих было далеко не шестеро.
Монстры бросились в атаку, и нам не оставалось ничего другого, кроме как встать спиной к воротам и принять бой. Автоматы синхронно застучали, гильзы со звоном посыпались на асфальт.
Троих мутантов мы скосили первым же залпом, но остальные твари будто бы и не заметили этого. Не обращая внимания ни на трупы своих сородичей, ни на пальбу, монстры рвались вперед. Инстинкт самосохранения у них то ли отсутствовал, то ли пасовал перед затмевающим все другие чувства голодом.
Мы с Виктором стреляли короткими очередями, Дэнни, как обычно, – веером, от пуза, но мутантов меньше не становилось.
Каждый из нас тащил в разгрузке по шесть магазинов, и если мои предположения были верны…
Закончить размышления мне не дали. Одна из тварей, воспользовавшись заминкой со стороны в очередной раз перезаряжающего оружие Дэнни, бросилась вперед и преодолела невидимую черту, обозначенную трупами павших от нашего огня товарок.
Я, с трудом поймав ее размытый силуэт на мушку, выстрелил. Мутант споткнулся и завалился на землю.
Но в это время прорваться успели еще два монстра. Одного из них я практически сразу же срезал очередью, зато второй успел кинуться к Виктору.
«Бизнесмен» не спасовал: он тут же перенес огонь на приближающуюся к нему зигзагами тварь.
– Пустой! – заорал сбоку Дэнни.
Я выпустил длинной очередью остатки патронов, наплевав на экономию, выбросил пустой магазин на землю, вбил в винтовку следующий, расстрелял и его, не понимая, почему Дэнни тормозит.
На секунду повернув голову, я увидел, как он склонился над рюкзаком. Я с ужасом понял, что у парня закончился боезапас.
Вскоре и моя винтовка щелкнула и замолчала.
Я потянулся к карману разгрузки и взвыл, осознавая, что только что израсходовал последний снаряженный магазин.
Виктор продолжал стрелять, но в одиночку он не мог ничего сделать против напора тварей. Мне оставалось только бросить винтовку и выхватить из кобуры пистолет в отчаянной попытке выиграть себе хоть несколько лишних минут жизни.
– Да что ты копаешься? – заорал я Даниэлю.
– Ложитесь! – послышался вместо ответа голос, усиленный нещадно фонящим мегафоном.
И я рефлекторно упал, приложившись всем телом об асфальт. Вспыхнули, разгоняя темень, два прожектора, застрочили пулеметы.
– Где ж вы раньше были, сволочи? – крикнул я, обращаясь к нашим неожиданно появившимся спасителям.
Глава 6
Я медленно поднялся. Вокруг лежали штабелями трупы мутантов. Настроение, хоть мне и спасли только что жизнь, было паршивое. Я привык к тому, что просто так ничего не бывает – даже очень вовремя подоспевшая помощь.
Незнакомец в странном костюме потянул створку ворот, приоткрыв ее ровно настолько, чтобы в проем мог протиснуться взрослый человек. Мужчина этот выкрикнул какие-то слова на португальском языке и махнул стволом автомата в сторону двора, приглашая нас пройти внутрь.
Я подобрал с земли винтовку, поправил рюкзак и медленно пошел в указанном направлении. Дэнни и Вик последовали за мной – комментировать тут пока было нечего.
Едва мы со спутниками миновали ворота, наш спаситель тут же вернул створку на место. Он развернулся, кивнул мне и показал пальцем, куда идти дальше. И мы двинулись все вместе прямо туда, где светили слепящие прожекторы.
Стоит признаться, что, когда ворота закрылись за моей спиной, щелкнув магнитным замком, и отгородили нас от того, что творилось на остальной территории Рио, одному ниггеру стало гораздо спокойнее.
– Стоять! – крикнул кто-то из-за прожектора на местном наречии.
Я решил не заставлять его зря тратить силы и время, поднял вверх руки и громко сказал:
– Мы не говорим по-португальски. – Сделав паузу, я добавил: – Não falo portugalian. Fala ingles?[16]
Наши спасители, видимо, не ожидали, что мы так быстро пойдем на контакт. Молчание с их стороны длилось почти минуту, после чего один из них вышел, встав перед прожектором.
– Пулемет сейчас смотрит прямо на вас, – произнес он по-английски почти без акцента. – Сложите ваше оружие и сделайте пять шагов вперед. Все оружие – пистолеты, винтовки, ножи.
– Как-то это невежливо, – ответил ему Виктор, но ремень автомата с себя стащил. – Вы специально ждали, пока у нас патроны закончатся?
– Что за фигня, парни? – поддержал его Дэнни. Он разоружаться явно не хотел, и, вспомнив, что этот придурок устроил бразильцам в ангаре, я всерьез забеспокоился о дальнейшей судьбе наших спасителей. Но больше всего в тот момент я переживал за сохранность моей ниггерской туши.
«Сейчас как заорет свое коронное “в Вальгаллу”, бросится вперед, начнет бить их прикладом вместо потерянной арматуры, – нервно подумал я, косясь на Дэнни. – Тут-то нас пулемет и разрежет напополам».
– Все нормально, приятель. Если бы нас хотели ограбить, то просто дождались бы, пока твари сожрут нас и свалят, – попытался я шепотом успокоить парня. – Патроны и пушки же твари не жрут.
Для меня это было достаточно резонным аргументом, но на душе все же было тревожно, а особенно, когда я снимал с шеи ремень винтовки, избавлялся от пистолета и ножа. Неприятно мне было без оружия – будто без штанов на улицу вышел.
Я аккуратно сложил весь свой арсенал на асфальт и сделал пару шагов в сторону прожектора.
– Мой старик всю жизнь говорил мне, что бояться нужно только трех вещей, homies, – произнес я, повернувшись к своим товарищам. – Первая из них – это люди, которые заставляют тебя бросать оружие. Второе – моя мама.
– А третья? – спросил Дэнни.
– Несвежая курочка из KFC.
Прожектор погас, и постепенно размытые тени сложились в силуэты людей, продолжающих целиться в нас. Но я отметил с облегчением, что оружие они держали расслабленно, вроде как на всякий случай, то есть стрелять в нас, по крайней мере сразу, они не собирались.
Один из незнакомцев вышел немного вперед, и я наконец смог его разглядеть. Это был высокий мужчина, одетый в форму спасателей и вооруженный точно такой же, как у меня, винтовкой.
Он постоял немного, словно оценивая нас, потом подошел к нам почти вплотную. Внимательно вгляделся в наши лица своими красными от недосыпа глазами, потер ладонью жесткую щетину на щеке.
– Кто такие? – поинтересовался он, прервав затянувшуюся паузу. При этом он неодобрительно посмотрел на давящегося смехом Дэнни.
– Американские туристы, – ответил я и пожал плечами.
Спасатель посмотрел на меня каким-то замутненным, как у рыбы, взглядом. Ему определенно не помешало бы поспать несколько часов.
– Ладно хоть не русские, – пробормотал он, покачал головой и снова с ожесточением потер лицо ладонью.
– Я – русский, – с вызовом произнес Виктор. – А чего не так с моими соотечественниками?
– Мне вообще без разницы, кто вы и откуда, – холодно сказал мужчина. – Короче, здесь, в маяке, – спасатели и полиция. Днем выезжаем в город и пытаемся найти выживших. Размещаем их здесь. Но такого, чтобы люди приходили ночью своим ходом, да еще и с таким грохотом, пока не было.
– Ну так американские туристы же, – усмехнулся Дэнни.
– И что в этом такого? – поинтересовался я у мужика, не поддержав желания нашего парня повеселиться.
– А то, что хрень какая-то творится, – резко сказал незнакомец. – Две недели назад по городу бегали какие-то ублюдки в черной форме. Палили во все, что движется. Причем серьезные это были люди, на бронетранспортерах, по жилым кварталам из РСЗО долбили, сволочи отмороженные.
– «Новый рассвет», что ли? – спросил я.
– Встречались уже? – заинтересованно посмотрел он на меня.
– Да. Только вот вчера их главную базу отряд сталкеров штурмом взял, – я пожевал губами, думая, стоит ли открывать всю правду, и решился: – Я тем отрядом командовал.
– Ладно тебе заливать-то. – Спасатель недоверчиво посмотрел на меня. – Отрядом командовал, вчера они базу брали. Две недели прошло с тех пор. Какие-то уроды снесли до фундамента один из небоскребов на площади Синеландия.[17] Там у «Рассвета» база и была.