Казалось, мальчишка точно знает, что Наташа собирается сделать, чувствует, как она будет действовать. В точности как она знала, что сделает он.
Наконец, он схватил ее кулак. Они переглянулись, оба были в равной степени удивлены.
Наташа высвободила руку.
А он хорош. Весьма хорош. Очень интересно.
Алекс выпустил ее кулак и попытался с разворота ударить ее ногой. Она без усилий уклонилась, предвидев этот ход.
– Ты сума сошла, – пробормотала она себе под нос по-русски. Сошла с ума.
– На каком языке ты там бормочешь, я не понимаю, – сказал Алекс. Похоже, он совсем ее не боялся, и это тоже заинтриговало Наташу.
И взбесило.
Наташа опустила кулаки.
– У меня нет времени на игры с тобой, маленький Алексей.
Ава перебила ее:
– Что, правда? А у меня нет времени на все это. – Теперь в ее голосе явно звучало раздражение.
– Оставь Аву в покое, – сказал Алексей Наташе. – Я знаю, что ты преследовала меня.
Наташа рассмеялась. Ава – нет.
– Серьезно? Тебя? Зачем ты ей нужен? – казалось, Аву это оскорбило.
– Зачем вообще ЦРУ преследует кого бы то ни было? – Алекс разглядывал Наташу. – Я видел тебя. Сегодня утром. И ты следила за мной.
– Не льсти себе. Мне была нужна она, – сказала Наташа, жестом указав на Аву.
– Я тебе не верю, – повторил Алекс. – Еще раз тебе говорю. Оставь ее в покое.
– Ох, прошу тебя. Я не из ЦРУ. Не говори так, это меня оскорбляет. – Наташа приподняла одну бровь. – Кроме того, я не веду переговоров с детьми, так что шел бы ты отсюда, мальчик, пока не сделал себе хуже.
– Грубо, – вставила вдруг Ава. – Боже, неужели непонятно?
– Ты это мне? – Алекс, похоже, удивился.
– Правильно, скажи ему, – сказала Наташа.
Ава посмотрела на нее в упор.
– Вообще-то я обращалась к вам обоим. Не нужно меня спасать. Я не какая-то отчаявшаяся девочка с нарисованной на лбу жирной мишенью. Я могу сама о себе позаботиться.
Ты даже представить себе не можешь, – подумала Наташа, – какая огромная это мишень.
– Я этого и не говорил, – возразил Алекс.
Но вдруг словно сама вселенная решила продемонстрировать всем, как обстоят дела: через долю секунды после того, как Ава замолкла, с противоположной крыши раздался выстрел.
Пуля пролетела менее чем в сантиметре от правого виска Авы.
Вторая пуля сбила рюкзак с ее плеча.
Третья просвистела возле головы Алекса Мэнора, срезав прядь темных вьющихся волос. Прядь очень медленно, как в кино, опустилась на землю, словно опавший лист на ветру.
Все остальное произошло в мгновение ока.
Наташа Романофф развернулась в сторону, откуда стреляли, ее глаза сузились: она рассчитывала траекторию...
На один час.
Верхний этаж.
Через перекресток.
Под углом где-то градусов сорок.
... и нырнула вперед, подмяв под себя Аву и прижав со всей силы к асфальтированной крыше.
Алекс в ту же секунду упал рядом с ними.
– Какого...
Ответом ему были еще три выстрела.
– Снайпер, – прошипела Наташа, хватая сумку, которую успела достать за минуту до того, как засвистели пули. Ее мозг работал в ускоренном режиме. – Судя по звуку, он снял глушитель, чтобы точнее прицелиться, значит, он как минимум в паре зданий от нас. – Она посмотрела вверх, в голове замелькали цифры. – Сколько это, метров четыреста? И он промахивается на полдюйма? Это где-то 0.5 угловых минут? Или 0.3? – она покачала головой.
– Это плохо? – спросил Алекс.
Вид у Наташи был мрачный.
– Плохо для нас. Стреляет он метко. Значит, это хорошо обученный пехотный снайпер. Не из дешевых
я бы сказала, высший класс. Русский, стреляет, судя по звуку, из «ОРСИС Т-5000».
– Нас кто-то хочет подстрелить? На турнире по фехтованию?
– Не нас, – тихо ответила Ава. – Меня.
Она поймала Наташин взгляд.
– Он здесь, да? – судя по голосу, Ава едва могла дышать.
Наташа покачала головой:
– Не думаю. Лично он – нет. – Она посмотрела через плечо на небо над крышами. – Но это, должно быть, один из его парней. Вполне похоже.
Теперь ты веришь мне, девочка? Это достаточно реально для тебя?
Иван Сомодоров не забыл ни о тебе, ни обо мне.
Иван не прощает, Иван не забывает.
Наташа сняла солнечные очки и подбросила их вверх. Серия быстрых выстрелов разрезала воздух, и очки разлетелись вдребезги.
Она вздохнула.
– Поправочка. Его парни, а не «один из». Похоже, их здесь минимум трое.
– Чьи парни? Кого – его? – Глаза Алекса сузились от злости.
Не обращая на него внимания, Наташа изучала след от пули на потрескавшейся поверхности шлакобетонной стены.
– Смотри-ка. Поздравляю, Ава. Они приготовили большие пушки: это, например, «лапуа магнум» 338 калибра.
– И что это значит? – спросила Ава.
– Такое оружие применяют только для самых крупных мишеней. На тебя большой спрос. Эти пули недешевые, «лапуа» пробивает пять слоев бронежилета, так что не высовывай руки, девочка.
– Может, кто-то объяснит мне, что здесь происходит? Снайперы? Крупные мишени? Вы о чем вообще? – Прогремел очередной выстрел, и Алекс припал еще ближе к асфальту и прижался к нему лицом.
– Сейчас не время объяснять. Я уже сказала, шел бы ты отсюда, мальчик. Это дело тебя не касается и не должно касаться. – Наташа внимательно осмотрела ряд окон в здании банка дальше по улице. Она достала из сумки оружие – небольшой компактный боевой пистолет и пистолет-пулемет – и поползла к низкой перегородке на краю крыши. – Не вставать.
Ава кивнула и прижалась к крыше. Наташа змеей проползла мимо нее.
Отлично. Если девочка и напугана, то она этого не показывает.
Краем глаза Наташа заметила, что кулаки Алекса самопроизвольно сжались, хотя атаковать было некого.
Я тебя понимаю, приятель.
Она представляла, какое бессилие он чувствует; именно поэтому она сама почти никогда не ходила без пушки. Вернее, без трех пушек: штурмовой винтовки, желательно «С2-805», для реальных перестрелок; пистолета-пулемета «ПП-2000» для более скрытого ведения огня; и «НК-РЗО» – на любой случай. Чехия, Россия, Германия. Пистолеты у Наташи были только немецкие, даже свой «глок» она обменяла на «НК». Как учил Иван.
И поэтому она воспользуется именно им, когда найдет Ивана.
Она рывком достала из-за спины пистолет-пулемет и одним быстрым движением перекатилась к краю крыши.
Спокойной ночи, луна.
Не произнеся ни слова, Наташа Романофф принялась палить в небо.
УРОВЕНЬ ДОПУСКА: «X»
СМЕРТЬ ПРИ ИСПОЛНЕНИИ СЛУЖЕБНЫХ ОБЯЗАННОСТЕЙ
ИСХ.: ЩИТ, ДЕЛО № 121А415
ОТВЕТСТВЕННЫЙ АГЕНТ (ОА): ФИЛЛИП КОУЛСОН
ПО ДЕЛУ: АГЕНТ НАТАША РОМАНОФФ, ОНА ЖЕ ЧЕРНАЯ ВДОВА, ОНА ЖЕ НАТАША РОМАНОВА
РАСШИФРОВКА СТЕНОГРАММЫ: МИНИСТЕРСТВО ОБОРОНЫ, СЛУШАНИЕ ПО ДЕЛУ О СМЕРТИ ПРИ ИСПОЛНЕНИИ СЛУЖЕБНЫХ ОБЯЗАННОСТЕЙ.
МО: Если верить этому генеалогическому древу, вы являетесь потомком последнего русского царя.
РОМАНОФФ: У всякой семьи богатая родословная. Иначе за что платят деньги специалистам по генеалогии?
МО: И у каждой зарыт клад стоимостью в несколько миллиардов?
РОМАНОФФ: У многих. Считайте это былиной, сэр.
МО: Так это «да» или «нет», Романофф?
РОМАНОФФ: Мне считать это шуткой, сэр?
МО: Это к вопросу мотивации, агент. Некоторые члены нашей оперативной группы полагают, что интерес Ивана Сомодорова к вам был обусловлен не только «Красным отделом» – и не только физикой.
РОМАНОФФ: Он хотел заполучить остатки царского золота? Это лучшее, до чего вы смогли додуматься?
МО: Золото многое значит, агент.
РОМАНОФФ: Разве что для капиталистов, сэр. Но для физиков – не особо.
МО: У Тони Старка, похоже, с этим проблем нет.
РОМАНОФФ: Если бы мне давали царскую золотую монету за все, с чем у Тони Старка нет проблем...
МО: Мы бы все сейчас были на Бока [Бока-Ратон – курорт на восточном побережье Флориды], агент.
ГЛАВА 13: АВА
Перестрелка не прекращалась. Пули изрешетили крышу, пролетая в считаных миллиметрах от целей.
Иван задействовал большие пушки. Ивану нужна я, – подумала Ава, и ее ладони покрылись холодным потом. Ее тошнило от одного его имени.
Никто не придет за тобой, маленький птенчик. Никому ты не нужна. Ава потрясла головой, пытаясь прогнать этот голос.
– Вот дерьмо, – пробормотала Черная Вдова и покачала головой. – Они с нами играют. Слишком часто мажут.
– Ты же говорила, что стреляют они метко, – сказала Ава, понизив голос.
– Недостаточно метко для таких парней. Пока они просто заставляют нас суетиться, а значит, тут замешан кто-то еще. Они не хотят убивать нас, они хотят взять нас живыми. Похоже, мы слишком ценная добыча. – Она кивнула в сторону Авы. – По крайней мере, некоторые из нас.
– Почему ты так уверена? – спросил Алекс.
– Потому что мы до сих пор живы, – будничным тоном произнесла Наташа. – Но нам нужно пошевеливаться.
– Ты серьезно? – спросил Алекс.
– Серьезнее некуда. – Наташа подтолкнула Аву к двери. – Давай, бегом внутрь.
Ава пулей бросилась к двери и спряталась за бетонной стеной; сердце ее бешено колотилось. Алекс тут же последовал за ней. Он не собирался никуда уходить, как бы ни хотела Наташа от него отделаться.
Уйдет, – подумала Ава. – Обязательно уйдет. Все они уходят. И мама, и папа, и даже Наташа Романофф.
Это единственное, что в моем мире постоянно.
Все уходят, а я не могу ничего сделать, чтобы остановить их.