УРОВЕНЬ ДОПУСКА: «X»
СМЕРТЬ ПРИ ИСПОЛНЕНИИ СЛУЖЕБНЫХ ОБЯЗАННОСТЕЙ
ИСХ.: ЩИТ, ДЕЛО № 121А415
ОТВЕТСТВЕННЫЙ АГЕНТ (ОА): ФИЛЛИП КОУЛСОН
ПО ДЕЛУ: АГЕНТ НАТАША РОМАНОФФ, ОНА ЖЕ ЧЕРНАЯ ВДОВА, ОНА ЖЕ НАТАША РОМАНОВА
РАСШИФРОВКА СТЕНОГРАММЫ: МИНИСТЕРСТВО ОБОРОНЫ, СЛУШАНИЕ ПО ДЕЛУ О СМЕРТИ ПРИ ИСПОЛНЕНИИ СЛУЖЕБНЫХ ОБЯЗАННОСТЕЙ.
МО: Так, значит, мы все-таки вели наблюдения за мальчиком?
КОУЛСОН: Нет, сэр. Насколько мне известно.
МО: То есть ЩИТ не вел за ним наблюдений, так, агент Коулсон?
КОУЛСОН: Позвольте выразиться иначе. Все, что происходило с Алексом Мэнором, или как вам угодно его называть, было вне моей компетенции.
МО: А в чьей компетенции это было?
КОУЛСОН: Не в моей. Это все, что я знаю.
МО: А что насчет девочки? Авы Орловой? Когда она впервые попала в поле вашего зрения?
КОУЛСОН: Думаю, сразу после того, как Иван Сомодоров попытался поджарить ее в Одессе. Остальное вы знаете. Взятие в заложники когда она была еще ребенком. А затем Филадельфия.
МО: А. Так мы переходим к событиям в Филадельфии.
КОУЛСОН: В которых она совершенно не виновата.
МО: Потому что она была обычным подростком? Я с трудом в это верю.
КОУЛСОН: Ава Орлова никогда не была обычным подростком. С другой стороны, если бы она им была, то мы с вами не вели бы сейчас эту беседу, вы не находите?
МО: Еще бы, агент.
ГЛАВА 7: АВА
– Проспись, Ава! Не спи!
Удар фехтовальной шпаги в грудь вернул Аву к реальности. Как только она открыла глаза, ее сон наяву испарился.
Парень с тату прощается с матерью, женщиной с отчего-то жестким взглядом. Но там было что-то еще. Вернее, кто-то. Кто-то наблюдал с другого конца улицы.
Кто-то вооруженный.
Последовал еще один удар, Ава рефлекторно пнула атакующую прямо под вытянутую ногу – и девушка повалилась на пол. Сердце Авы бешено колотилось.
Это что-то новенькое.
Ава тупо смотрела на свою подругу Оксану, которая лежала на спине на деревянной дорожке.
– Прости. Не знаю, зачем я это сделала.
– Неважно зачем, ты лучше скажи, где ты такому научилась? – Оксана Дэвис рассмеялась. За сеткой маски Ава могла разглядеть ее темные глаза и такую же темную кожу. Но она все-таки была удивлена.
– Нигде. Наверное, случайно получилось. – Ава сняла маску. Она знала, что такое объяснение никуда не годится, но так и было на самом деле; в последнее время с Авой происходило много случайностей, которые она не могла объяснить.
– Черт. Эти твои занятия действительно начинают приносить результат. – Оксана села.
Два года назад в «Ассоциации» начали давать базовые уроки фехтования, и Ава с Оксаной старались никогда их не пропускать. Им было позволено использовать инвентарь в любое время, поэтому они частенько бывали в «Ассоциации» – как правило, днем, когда в зале не было дошколят и пенсионеров.
Обеим девочкам нравилось заниматься спортом. Они обе не находили для себя места в этом мире, и постепенно у них вошло в привычку держаться друг друга, чтобы не находить места в этом мире вдвоем. Когда они впервые встретились, Ава плохо говорила по-английски – но Оксана знала русский. Ее покойная мать была балериной. Отец работал таксистом. Каждая беседа Авы и Оксаны была для них обеих способом на секунду вернуться на родину. Пусть даже Оксана ни разу не была в России, но русский язык был для нее родным.
Это постепенно привело их на занятия фехтованием, которым Ава начала заниматься еще в шестилетнем возрасте на Украине, когда училась в начальной школе. Оксана позволила Аве затащить себя в «Ассоциацию» на первое занятие со шпагами, но с тех пор Оксана всегда имела преимущество благодаря своим бесконечно длинным рукам и ногам. Несмотря на то что Ава была быстрой, сильной и порой совершенно бесстрашной, она на добрых пару дюймов уступала в росте своей стройной и гибкой подруге.
И как я победила в сегодняшнем поединке? – размышляла Ава. Она даже не помнила, чтобы отрабатывала такую атаку. Кроме того, этот сон наяву так сбил ее с толку, что она была абсолютно не готова защищаться.
– Тебе просто повезло, – губы Оксаны растянулись в улыбке. – К тому же ты опять задумалась о своем парне из сна. Парень с тату вдохновляет тебя. – Она стянула маску. Несколько каштановых локонов выпали из-под пестрого платка, который Оксана, как обычно, повязала на голову.
– Ничего я не задумалась, – Ава почувствовала, что краснеет. – Вернее, никто меня не вдохновляет. – Она села, прислонилась к стене и расстегнула фехтовальную куртку, которую позаимствовала у кого-то: на куртке виднелись выцветшие буквы чужого имени.
– Ты же знаешь, что не умеешь врать. Это одно из лучших твоих качеств. – Оксана села рядом с Авой. – Ну, рассказывай. Как дела у парня с тату?
Ава опустила голову. Эти сны были чем-то вроде их общей шутки, словно парень с тату был их выдуманным другом.
– Что-то не так. Сны меняются. – Ава посмотрела на подругу. – Превращаются в кошмары.
– Продолжай.
Ава отвернулась.
– Не знаю. Да и неважно. Это все не по-настоящему.
Оксана рассмеялась
– Это Америка, Ава. Тут некоторые люди летают по воздуху в железных костюмах. Другие карабкаются по стенам зданий, словно пауки. А кое-какие крушат целые города огромными зелеными кулаками или молотами. Как тут вообще разберешь, что реально, а что нет, а, Мышка?
Ава знала, что проще всего – фантазировать о том, как тебя спасает супергерой, особенно когда ты окружен серой унылой действительностью. Она лишь пожала плечами.
– Ксюш, ты что, действительно считаешь их героями?
– Конечно. А ты нет?
Ава не ответила. Ей хотелось рассказать Оксане о Черной Вдове ничуть не меньше, чем раскрыть все тайны о своих снах и показать все свои рисунки. Но у каждого есть такие вещи, которыми нельзя делиться даже с единственным другом, потому что даже тебе самой они кажутся бессмысленными.
Даже в мире, в котором люди летают в железных костюмах.
Алексей реален?
Может быть.
Не исключено.
Возможно, Ава просто придумала его. Но она знала, что Черная Вдова реальна – женщина в черном, так Ава называла ее про себя; она тоже появлялась в ее снах. Правда, с Черной Вдовой они и в самом деле встречались, хотя и всего один раз, так что все это могло быть какой-то шуткой подсознания. Травмирующие воспоминания, облеченные в безопасную оболочку сна, или что-то вроде этого.
Но только не Алексей.
Его не было той ночью в Одессе, ведь так?
Будто по сигналу в ее голове вновь возникли слова, те самые, которые были с ней на протяжении восьми последних лет.
Когда Аве было десять, она залезла в ноутбук наставника и попыталась найти хоть что-то об О.П.УС.е, но нашла лишь упоминания о классической музыкальной композиции и о мультяшном герое. ЛЮКСПОРТ оказался названием большой украинской экспортной компании, это показалось Аве скорее скучным, нежели криминальным. А вот что такое КРАСНЫЙ ОТДЕЛ, она не понимала совсем.
Красный отдел.
Но что это? Что за красный отдел и какое отношение он имеет к Аве и ее матери? Красный, как советский флаг? Красный, как русская кровь, текущая в ее жилах?
Или красный, как огонь, вспыхнувший после взрыва склада. Может быть, Ава подсознательно помнит ту ночь и пытается придать этому какой-то смысл. Может быть, отдел – это лишь воспоминание.
И почему красный?
Оксана тронула ее клинком.
– Кстати говоря, завтра нам нужно выезжать очень рано. Где-то в шесть утра.
Ава не сразу сообразила, о чем идет речь.
– В шесть? Первый автобус отправляется в шесть? А где мы возьмем деньги на билет до Филли?
Оксана улыбнулась.
– А кто сказал, что мы едем на автобусе? – Она отсоединила шнур, позволив шпаге со звоном упасть на пол. – Мы едем на такси.
Ава явно удивилась.
– Твой папа довезет нас до Филли?
Оксана пожала плечами.
– Раз уж сама Нана сказала, что нам пора начинать соревноваться, папа не стал спорить. Он не хотел рушить наши мечты. – Она улыбнулась. – Ну ладно, мои мечты. О твоих мечтах мы уже в курсе.
– По крайней мере, о Нане я не мечтаю. – Нана была их тренером-любителем: вспыльчивая армянка, которая бесплатно тренировала их по четвергам. Благодаря им троим члены их команды через одного научились ругаться по-русски. – Ты же знаешь, на турнирах нужно регистрироваться. – Это первое, что пришло Аве на ум. Турнир по фехтованию был последним, о чем она думала в этот момент. Весь день ей было не по себе, и теперь ее начало подташнивать.
Это все из-за пистолета во сне. Не могу выкинуть его из головы.
– А если я скажу, что зарегистрироваться можно прямо в день соревнований? И что Нана хотела, чтобы мы поехали? – Оксана улыбалась.
– Думаю, на это я бы ответила, что у нас нет нужного снаряжения, – отозвалась Ава. Она все еще думала о другом.
Может быть, это знак, – думала она. – Случится что-то плохое.
Оксана огляделась по сторонам.
– Тогда я бы сказала, что мы можем взять что-то из этого.
– А я тогда ответила бы: вот и отлично. Ведь эти перчатки хотя бы не пахнут так, словно в них кто-то умер. – Ава стащила свои перчатки и бросила их на пол.
Оксана улыбалась.
– Боже мой, Ава. Ты что, струсила? Ты трусишь? Такое вообще возможно?
– Нет, не струсила. – Ава скинула куртку, которая была ей велика на три размера.
– Ты? Ава Орлова, которая ничего не боится? – Оксана была потрясена.