Но дела Саны шли в гору. С тех пор как Ава стала учиться в Академии ЩИТа, ее подруга выглядела более устроенной. Ава знала, что она вернулась к своему отцу-таксисту и его новой семье, работает все дни и фехтует или учится все ночи напролет, чтобы сдать экзамены. Ава понимала, что следующая цель – колледж, неважно, признается себе в этом Сана или нет.
«Умница, Сана. Ты достойна нормальной жизни. Хотя бы одна из нас».
Ава шагнула к прилавку.
– Чего изволите? – сказала Сана, улыбаясь, несмотря на взаимное обещание не выдавать друг друга: Сане запрещалось болтать с друзьями во время смены, а Аве – покидать Академию в первый год учебы. Но статус любимицы Черной Вдовы с посттравматическим стрессовым расстройством имел преимущества. Мало друзей, еще меньше желающих задавать вопросы.
– Одно крутое варево, – ответила Ава, притворяясь, что изучает меню, вывешенное за спиной подруги. – Сделайте крутейшее.
– Это четыре порции эспрессо, – Сана подняла бровь. – Уверены, что осилите?
– Я крепче, чем кажусь, – Ава пожала плечами. – И у меня были трудные дни.
Сана оглядела ее, подметив каждую царапину на лице, все солнечные ожоги на коже и, конечно, запах.
– Да, как скажете. Размер? «Психоз», «электро» или «электрошок»?
– «Электрошок». Как я уже сказала, трудная выдалась неделька.
Сана подняла бровь.
– Они все это говорят, – менеджер Индия, вечно раздраженная женщина, подогревала молоко около Саны. Ее злил сам факт беседы. Индия не считала нужным нанимать девчонок, прежде живших в подвале центра бытового обслуживания. Она рявкнула: «Пошевеливайся, Сана!». И смерила Аву взглядом: «Ты воняешь».
Ава торопливо сунула доллар в банку для чаевых и отошла. Сана вытащит деньги позже, когда у нее будет время найти послание, которое Ава, как всегда, нацарапала на банкноте. Это их прошлогодний код.
Сейчас на рисунке были рыба, подчеркнутая одной линией, то есть, согласно их коду, палочкой, и цифра «7».
Рыбные палочки. Иначе говоря, встреча. Сегодня вечером. На их старом месте в «общественной столовой» Старка, где они провели много ночей, поедая рыбные палочки и строя планы на будущее, которое, как им казалось, никогда не наступит.
Ава не могла дождаться встречи. Было непросто ускользнуть, когда Наташа дома, но, зная Романофф, она задержится в Трискелионе допоздна. У Авы останется куча времени, чтобы вернуться домой и принять душ, перед тем как она появится.
По крайней мере, она на это надеялась.
Волосы Авы еще не высохли, когда она подошла к «общественной столовой» Старка в одежде, позаимствованной из квартиры Наташи. У нее не было времени на стирку, и ее южноамериканский наряд стал таким грязным, что ему оставалась одна дорога – в печь.
«Хорошо, что я знаю несколько подвалов...»
Взятая напрокат черная кожаная куртка итальянского бренда «Баленсиага», темные японские джинсы, видимо, винтажные, и простого кроя белая футболка из французского бутика, название которого она не могла произнести. Исключая рабочий гардероб, состоявший из маскировочных костюмов, брони, гидрокостюмов, и того, что Ава определила как специально разработанную ЩИТом форму Вдовы, в шкафу Наташи нашлась дюжина вещей. Сейчас Ава надела то, в чем не пустили бы в казино в Монте-Карло.
Стоя перед «общественной столовой», она думала о том, сколько раз заходила в эти двери в прошлом. В дождь и снег. Проголодавшаяся за весь день. Чувствуя себя одной во всем мире. И в другие, лучшие дни, когда рядом с ней была Сана.
С тех пор много воды утекло.
«Предоставьте это Тони», – подумала Ава: столовая совсем не походила на обычные бесплатные забегаловки, знакомые Аве и Оксане. Она была чистой и современной, с массой свежих продуктов и здоровой еды, даже консервов, пожертвованных для четвероногих бродяг. Место стало таким популярным, что предлагало не только бесплатные блюда для неимущих, но и платные. ОСС сделалось центром встреч в городе, который нуждался в общении, и Ава была благодарна, что Тони выполнил обещание и почтил память Алексея, пусть и в форме, значимой для нее одной.
Над входной дверью он поместил несколько слов, написанных кириллицей.
Не утрачен, не забыт.
Никогда.
Ава не хотела смотреть на буквы даже сейчас, хотя находила утешающим то, что они остаются на месте.
Предчувствие заставило ее оглядеться в поисках Алексея. Ава почти надеялась, что он ждет, когда она войдет внутрь. Он появлялся и исчезал без причины. Отсутствовал несколько часов или дней. Сейчас его не было, но это ничего не значило. Он всегда возвращался к ней.
«А я всегда буду здесь, когда ты придешь».
Ава вошла и села у окна. Ожидая Сану, вытащила айпад, изучая последний плей-лист, который составила для нее подруга. Теперь чаще всего они общались через тексты песен, особенно с тех пор как Ава не могла рассказать Сане о том, что действительно происходит в ее жизни. К тому же они не виделись уже несколько месяцев.
Например, когда Оксана прислала ей трек диджея Джеззи Джеффа и Фрэш Принсиз «Родители просто не врубаются», Аве стало ясно, что подруга вновь ссорится с отцом. Добравшись до песни Кинкс «Две сестры», она убедилась, что Сана понимает, что жить с Наташей тоже не просто. Это был первый плей-лист, который Ава получила, после того как удалила «Рио» «Дюран Дюран».
«Но я вернулась, Сана. В Нью-Йорк и к тебе, как я и обещала.
По крайней мере, сейчас».
Ава выбрала песню и, кивнув, нажала на «плей». «Правьте миром (девчонки)» призывала кумир Саны, Квин Бэй. Ее подруга действительно в полном порядке. – «Слава богу». – Сана не выбрала бы Бейонсе просто так. Может быть, она получила повышение или кого-то встретила. Ава решила задать ей вечером этот вопрос.
– Здесь свободно? – раздался позади нее голос парня.
«Конечно. Вот и ты...»
– Тупица. То, что я запретила тебе заходить в кофейню, – Ава улыбнулась, взяв сумку и поставив ее у ног, – не означает, что ты должен отсутствовать весь День.
– Подожди, что?
Она замерла. Это не Алексей.
Удивленная, Ава повернулась на стуле. Она смотрела на Мальчика-Который-Не-Был-Алексеем.
– Да, извини... Я думала, ты... мой друг...
Вместо Алексея она увидела загорелого парня с натянутой улыбкой и челкой, падающей на теплые, карие глаза. Он носил толстовку Монклерской академии фехтования и держал в руке поднос с картошкой фри. На плече у него висел фехтовальный чехол.
«Ты. Это ты».
Ава начала заикаться:
– Я... прости... мой французский...
– Пригорел? – спросил Данте Круз, улыбнувшись. – Ты всегда разговариваешь сама с собой?
Ее сердце дрогнуло. Данте был лучшим другом Алексея. Она его знала, но удивилась, увидев здесь.
«Не просто удивилась. Встревожилась. Испугалась. Была крайне подавлена. Скажи что-нибудь...»
– Данте Круз? Это правда ты? Что ты здесь делаешь? – спросила Ава. Она чувствовала, как ее лицо краснеет, и от этого смутилась еще больше.
– Что он здесь забыл? – прошептал Алексей ей на ухо, внезапно появившись с ней рядом. – Ты должна была с ним встретиться?
Она взглянула на Алексея и покачала головой. Нет.
– Эй, я чему-то помешал? – Данте одарил ее странным взглядом. – Может, панической атаке? Или нервному тику?
Алексей расхохотался. Ава покраснела еще сильней.
«Держи себя в руках».
– Нет. В смысле, ты ничему не мешаешь.
– Странно, – сказал Алексей.
Ава старалась не смотреть на него. Вместо этого она улыбалась Данте, но Алексей был прав: между ними было много странностей. Ава не знала, что спросить, не знала, о чем говорить с лучшим другом Алексея, теперь, когда они оказались лицом к лицу.
«И когда призрак Алексея смотрит на меня...»
– Прости, – начала Ава. – Порой я бываю очень странной. Я просто... ждала кое-кого другого.
– Кое-кого мертвого, – ухмыльнулся Алексей.
Ава не обращала на него внимания, сосредоточившись на Данте.
– Ты напугал мня. Честно говоря, я понятия не имела, что ты знаешь об этом месте.
– Эту столовую назвали в мою честь, а ты думаешь, что мой лучший друг не в курсе? Очень холодно, – сказал Алексей.
Данте пожал плечами, но, похоже, купился:
– Я получил такое же письмо, как и ты. Стандартное. От «Старк Индастриз». О бесплатной столовой имени Алекса или что-то в этом роде. Будто они его на самом деле знали.
– Холодно, – повторил Алексей. – Парень, я серьезно.
Ава вздохнула.
«То есть письма пришли только тебе и мне? От Пеппер и Тони? Кто на самом деле знал и любил Алексея?»
– Верно, – сказала она. Ава не хотела оттолкнуть Данте. Он накричал на нее на похоронах Алексея, и с тех самых пор она знала: он считает ее виноватой в смерти друга. Она и сама винила себя, поэтому не видела способа изменить его мнение. В итоге она и не пыталась.
Данте пожал плечами:
– Я прихожу иногда, сижу здесь. Этот парень ведь был моим лучшим другом.
– Старик, – сказал Алексей. – Я знаю. Это отстой.
– Даже если порой становился первостатейным засранцем, – Данте улыбнулся.
Алексей кашлянул. Ава рассмеялась.
Данте странно посмотрел на нее.
– Мне нравится русская надпись на фасаде, хотя я и не понимаю ее смысла. Знаешь, почему она здесь? – он сел напротив, поставив поднос на стол.
Алексей подозрительно оглядел друга.
«Да. Конечно».
– А ты что думаешь? – спросила Ава, аккуратно подбирая слова.
– Наверное, у него здесь была большая русская семья, о которой он понятия не имел. Я, кстати, тоже. А ты? – секунду казалось, что Данте действительно хочет знать, как будто ответ утешит его, так что Ава сказала правду.
– Если честно, я о ней ничего не знал, – заметил Алексей. – Скажи ему это.
– Если честно, – повторила Ава, – он о ней ничего не знал, до самого последнего момента...