«А ведь твари, скорее всего, уже появились, — подумал Страд, вместе с Ари и мастером Ведлумом проходя в арсенал — просторное и ярко освещенное помещение, представлявшее собой настоящую оружейную сокровищницу. Повсюду взгляд натыкался на арбалеты, копья, сабли, мечи, глефы… — Какие они? И насколько опасны?»
С каждым разом порождения Червоточины преподносили все больше сюрпризов. Переселение в тело человека, оживление погибших, красные сферы с разъедающей плоть дрянью… Что ждет людей сейчас?
Страд не знал, и от этого становилось очень страшно. Однако он был готов биться.
«Вот это мне подойдет», — подумал он, выбирая алебарду.
— Хороший выбор, — оценил Ари. — Позволит не подпускать врагов слишком близко, к тому же, ты сможешь наносить и колющие, и рубящие удары. А я, пожалуй, возьму вот это, — силой мысли хигнаур поднял с полки набор из трех металлических дисков с крупными зазубринами. — Оружие специально для моего народа. Стоит заставить их вращаться с бешеной скоростью, как монстры моментально расстаются с лапами, головами и всевозможными отростками.
— Тебе часто приходилось сражаться? — спросил Страд, вслед за Ари направляясь к выходу из арсенала.
— Не очень. Пока что я принял участие только в четырех битвах. И самой сложной оказалась последняя — в Хлопковой деревне.
Вспомнив тварей с «деревцами» на спинах и изъеденного непонятной отравой старосту Гармадта, находящегося на последнем издыхании, Страд помрачнел. Покрепче сжав алебарду, он следом за Ари влился в поток тех, кто собирался дать отпор порождениям Червоточины, и вскоре, оказавшись на улице, увидел чудовищ.
Те представляли собой нечто среднее между слизнями и огромными пузатыми пауками на шести лапах. Зеленая, в темных разводах, шкура сочилась дымящейся слизью. На массивных покрытых шипами головах светились фиолетовым десятки круглых глаз. Пасти скрывались за длинными бородами щупалец.
В поле зрения Страда попало пока что лишь три чудовища. Все они уже сражались с магами и стражниками. В огромные туши вонзались арбалетные болты. На лапах и туловищах оставались раны от невидимых клинков и солнечных копий, ожоги от огненных заклинаний. Монстры пронзительно визжали. Мотали головами. Пытались достать противника лапами — каждая заканчивалась зазубренным костяным лезвием.
На первый взгляд порождения Червоточины не казались слишком уж опасными. Однако Страд понимал, что выводы делать очень рано.
«Все станет ясно только в бою, — подумал он, с напряжением оглядывая сражающихся. Присоединяться к ним было страшно, и Страд глубоко дышал, пытаясь таким образом набраться решимости. — Так что — вперед…»
— Страд, Ари, вы отправитесь с нами.
Услышав голос мастера Ведлума, Страд обернулся. Библиотекарь, еще более бледный, чем обычно, стоял в сопровождении двоих стражников. Первым был бритый наголо здоровяк с жутким рубцом на месте носа, вооруженный, как и Страд, алебардой. Второй — седоволосый усач-арбалетчик, уже в годах, — щурился, глядя на разлившееся над Баумарой облако черного дыма.
— Как скажете, мастер Ведлум, — важно ответил Ари, кланяясь стражникам.
— Держимся все время вместе, — добавил полумаг и первым начал спускаться с крыльца.
Битва набирала обороты. Бурлила, словно горная река, закованная в каменные берега домов. Отовсюду доносился мерзкий визг тварей. Перед глазами мелькали фигуры стражников, магов и просто жителей столицы, решивших не отсиживаться в убежище. Монстры перебирали длинными лапами, тесня людей или наоборот — отступая. Ежесекундно срабатывали десятки заклинаний, наполняя все вокруг хлопками, жужжанием, воем…
А огромное пятно черного дыма, возникшее в небе, продолжало исторгать комья плоти.
Вслед за мастером Ведлумом и Ари, Страд с головой окунулся в водоворот битвы. Первую тварь, уже искалеченную магией и оружием настолько, что та могла лишь ползти, работая всего двумя лапами, он сразил колющим ударом, вогнав в многоглазую башку копейное острие на всю длину.
Вторую, тоже раненую, но едва ли начавшую терять силы, обездвижил и поджег. Стражники, сопровождавшие его, хигнаура и библиотекаря, тут же подскочили к чудовищу. Бритоголовый принялся рубить лапы. Пожилой арбалетчик в упор расстреливал уродливую голову болтами, метя в фиолетовые сферы глаз. От каждого попадания тварь вздрагивала. Каждая новая рана сопровождалась мерзким чавканьем. Кровь у монстра оказалась розовой, мутной и источающей резкий кислый запах.
Мастер Ведлум и Ари в это время расправлялись с другим порождением Червоточины. Выбранные хигнауром зазубренные диски уже были в воздухе и вращались с дикой скоростью. Время от времени то один, то второй, то третий устремлялись к подожженной библиотекарем твари и на полном ходу вгрызались в зеленую тушу.
— Признаться, я не думал, что наши враги окажутся столь прочны, — с нотками обиды произнес малорослик, не переставая управлять оружием. — Видимо, придется попробовать другой вариант…
С этими словами он заставил диски опуститься у своих ног. После чего протянул к монстру все четыре руки. Пару мгновений ничего не происходило, лишь на лице Ари проступило напряженное выражение. Однако затем тварь затряслась, словно все ее конечности и туловище разом сковало судорогами. Страд услышал хруст ломающихся костей.
Хигнаур справлялся, однако ему все равно требовалась помощь. Поэтому Страд обездвижил чудовище и нанес несколько ударом невидимыми клинками. Шкура у противника и впрямь была прочна. Заклинание не нанесло ожидаемого урона. Тогда Страд решил рискнуть — поразить тварь солнечным копьем.
Воспоминания о том, какими муками совсем недавно сопровождалось использование этого заклинания, были еще очень свежи. Страду вовсе не хотелось испытывать нечто подобное снова. Однако перед ним возвышалось многолапое и очень опасное нечто, поэтому…
Заклинание буквально снесло тварь, заставив ту врезаться в стену. А Страд, глядя на противника, замер в ожидании боли и спустя несколько секунд вынужден был признать: все хорошо. Разумеется, появилась одышка и сердце застучало куда быстрее. Но это — обычное дело.
Лишь успокоившись, он понял, что его солнечное копье вышло куда сильнее, чем всегда.
«Выходит, прав был мастер Селлер. Я пережил магическую блокаду и стал сильнее», — мысль не могла не радовать, однако сейчас по улицам Баумары стремительным потоком неслась смертельная опасность, и Страд не мог отвлекаться на раздумья.
Тем не менее, благодаря его заклинанию одним противником уже стало меньше — сраженное солнечным копьем порождение Червоточины так и не встало.
— Прекрасно сработано, — мастер Ведлум, изрядно запыхавшийся, подошел к Страду, похлопал по плечу. — Идемте дальше.
За четверть часа отряду полумага-библиотекаря удалось одолеть три десятка тварей. С каждой новой победой Страд все больше чувствовал, что действительно стал сильнее. Он обездвиживал чудовищ, поджигал, рассекал невидимыми клинками темно-зеленую плоть, сочащуюся слизью… Солнечное копье Страд использовал лишь четырежды — все же после этого заклинания требовалась хотя бы полуминутная передышка, а порождения Червоточины не желали ждать. Они появлялись и появлялись, с мерзким визгом перли в атаку.
И убивали: Страд не раз и не два видел погибших магов и стражников. Раздавленных или разорванных, в лужах собственной крови. Рядом с некоторыми хлопотали целители.
«Мастер Селлер тоже наверняка где-то сражается и помогает раненым», — подумал Страд, вспоминая грузного прирожденного.
Было бы здорово встретиться, все-таки рядом с ним Страд чувствовал себя спокойнее и увереннее. Поняв, что мысли увели от реальности, наполненной смертельно опасными тварями, он тряхнул головой.
В ту же секунду потемнело в глазах. Ноги подкосились. Звуки битвы мгновенно стали тише в несколько раз. Страду показалось, что он окунулся в воду. Однако едва он подумал об этом, как перед глазами вновь возникла улица Баумары.
Но не та, на которой он сейчас сражался, а узкая и грязная, стиснутая убогими двухэтажными домами.
«Это видение, — тут же догадался Страд, несмотря на испуг. — Какие-то трущобы, вроде восточной окраины. Но почему я это вижу?..»
Не прошло и пары секунд, как он понял. На улочке показались люди в серых засаленных балахонах. Страд тут же вспомнил фанатиков, уверяющих, что людям не надо сражаться с тварями из Червоточины, что монстры — дар небес. Скорее всего, это были как раз те ненормальные, только вот…
Шествие возглавлял очень странный человек. Худая фигура была окутана полупрозрачным слоем черного дыма. Янтарные радужки светились настолько ярко, что Страду казалось, будто в глазницы прирожденного поместили два крошечных солнца. Маг шел очень уверенно, а на скуластом лице играла торжествующая улыбка, от которой Страд похолодел.
Даже несмотря на то, что ведущий фанатиков прирожденный был далеко, даже несмотря на то, что Страд видел его не вживую, а благодаря дару прозревателя, маг внушал самый настоящий страх. От него исходила такая же угроза, как и от тварей, появляющихся из облака черного дыма.
«Он очень опасен, — проговорил про себя Страд, не отрывая мысленного взора фигур в балахонах. — И связан с Червоточиной».
Понимание этого просто возникло в сознании — словно вспомнился давно известный и неоспоримый факт. И тут же перед глазами вновь потемнело, но ненадолго. Страд увидел степь и сдерживающий Струпья дымный купол, за которым следили маги. Он прекрасно помнил, что находится под огромной черной полусферой, однако сейчас чувствовал: что-то поменялось. Проклятая земля… словно бы стала живым существом — и ждала.
«Его», — подумал Страд, вспоминая прирожденного, ведущего фанатиков.
Он понял: если тот дойдет, случится нечто непоправимое. Нечто куда более страшное, чем Червоточина.
«Этого мага надо остановить», — Страд затряс головой, пытаясь как можно скорее прийти в себя.
Получилось. Однако первым, что он увидел, избавившись от видения, была тварь из Червоточины. И неслась она прямо на Страда.