Савимби держит пленных в Уамбо, вытащить их оттуда нет никакой возможности, а вот обменять можно. Для Савимби они не являются источником информации, потрошить он их толком не будет. Для него пленные товар, он их и продаст в Кейптаун разведке ЮАР, а там и ЦРУ подключится. После этого обмен может затянуться надолго. ООН, Красный Крест… А на местном уровне сделка может осуществиться быстро. У Савимби есть близкий родственник, Жуан Нето. Но дело не в родстве – они вместе воспитывались с раннего детства, вместе в песочек играли. Отношения у них до сих пор очень теплые. Нето возглавляет бригаду, которая базируется в предместьях Лобиту на бывшей португальской базе. Там у него лежбище. Живут в коттеджах. Все удобства за время войны были уничтожены, но электричество имеется. По местным меркам бригада находится в привилегированном положении. Нето ведет себя независимо, кроме участия в боевых операциях занимается откровенным грабежом, работает наскоками – хапанул, и в лежбище. Но ему все сходит с рук, ибо он предан вождю и в критический момент всегда поддержит его в любом деле. По нашим прогнозам, Савимби – если захватить в плен Нето, – не задумываясь, обменяет наших людей на своего любимого родственника. Но надо спешить, пока пленных не переправили в Кейптаун. Подробности узнаете у нашего агента – он торгует овощами на базе и имеет доступ на ее территорию. Зовут его Антонио Мануэль. Живет в деревушке неподалеку от базы. Дом с флюгером – он один там такой.
– У нас есть опыт проведения подобных операций, – встрял в монолог Маркин. – Но хотелось бы узнать особенности характера этого Дон Жуана. Может помочь делу.
– Это можно. – Шлыков задумчиво почесал подбородок. – По характеристике, выданной нашим агентом, смелый, порывистый, горячий, порой действует спонтанно, выказывает себя героем и личный состав воспитывает в том же духе. Людей не жалеет, но сам в пекло не лезет – предпочитает руководить по радио или с помощью посыльных. Любит комфорт – под европейца подделывается. Еще вопросы?
– Нужен глушитель для снайперской винтовки. – Чувствовалось, что Маркин начал в уме прокручивать возможные комбинации.
– Возьмешь у Гонсалеса. У него есть. – Шлыков демонстративно посмотрел на две пустые чайные чашки, стоящие на столе, и Маркин молча отправился греть воду для чая.
В порт их доставил все тот же Суарез, указав на нужный корабль, сказал, мол, там вас ждут, и отбыл восвояси. На мачте болтался флаг государства Замбия, не имеющего выхода к морю. Капитан судна в черных брюках и белом кителе представился Максимом Костроминым без указания звания, но, судя по выправке, относился к военному сословию. На баке Мартыш сразу же распознал 30-миллиметровую пушку, укрытую брезентом, а на корме крупнокалиберный пулемет. Было чем отбиваться от врагов.
Их поселили в трюме, который действительно был предназначен для перевозки специфических пассажиров: за кучей тюков и ящиков, ближе к корме, имелось свободное пространство с двухэтажными нарами на восемь человек, столом и табуретками. Стоило команде усесться за стол, как появился негр с подносом, уставленным чашками с кофе и тарелками с местными кондитерскими изделиями. Больше половины команда состояла из негров.
– А вот если бы появился волшебник и одним махом прекратил все войны, – задумчиво проговорил Чича, отхлебнув из чашки. – Тогда что? – Его иногда одолевали романтические фантазии.
– Тогда бы люди превратились черт знает во что, – с усмешкой сказал Дельфи. – А так все при деле. К войне привыкают и не могут жить без нее. Вот в Анголе войне конца и края не видно, но люди живут, едят, пьют, женятся, детей рожают. Все познается в сравнении, да только с чем сравнивать-то?
– Фейерверк будем делать? Как в Мали? – спросил Мартыш, глядя на Маркина и не обращая внимания на болтовню товарищей.
Фейерверком на их жаргоне называлась имитация нападения с взрывами и стрельбой для отвлечения внимания противника от основной операции.
– Скорее всего будем, – согласился Маркин. – Уточним на месте.
Их высадили в сумерках, и шлюпка отправилась назад к кораблю. Команда миновала прибрежную песчаную полосу и углубилась в прибрежные заросли. Дока, как лучше всех владеющего португальским, Маркин отправил в деревню, к агенту Антонио. Дом с флюгером хорошо был виден на фоне звездного неба. Он стоял почти на самом краю деревушки. Док постучал в окно, и дверь вскоре открылась. Появился негр с фонарем – электричество в деревне отсутствовало. Он направил луч света сначала в лицо Доку, а потом осветил себя. Они вошли внутрь неказистого домика. Разговор длился недолго.
– Жуан на месте?
– На месте. Сегодня я туда ходил.
– Где он обосновался? Начерти.
Антонио быстро набросал карандашом на листке бумаги план базы.
– Двухэтажный кирпичный дом. Вот здесь, в центральной части, – он указал пальцем место на схеме.
– Охрана?
– Два человека снаружи, два внутри.
– Количество личного состава?
– На базе человек сто, остальные «петухи» в рефужиях, в километре восточнее.
– Почему «петухи»?
– Радиостанция у них есть, «Черный петух», что ли.
– Понятно. Ты в деле не участвуешь. Мы сами справимся.
Они распрощались, и Док исчез в темноте.
Чича разместился на плоской вершине холма, устроил себе лежку, набросав веток и травы, и затаился. База освещалась уличными фонарями, и дом Жуана хорошо просматривался. В поле зрения регулярно появлялись охранники, патрулирующие территорию: то один, то второй. Некоторое время он через оптический прицел понаблюдал за чердачным окном Нето – нет ли там пулеметчика или снайпера.
«Не наблюдается. Хорошо живет на свете Винни-Пух. Ничего не боится, – подумал Чича. Зудели комары, но не кусали. – Лишь бы не малярийные. Как там Мартыш? Ждем».
Мартыш в это время установил два фугаса в паре десятков метров от крайнего коттеджа. Поставив несколько растяжек, он залег за кустами, устроившись за пулеметом в сотне метров от предполагаемого взрыва.
«Хорошо, что собак нет, – подумал он и взглянул на часы. – Пять минут до фейерверка. Тишина. Спят, что ли, все? Даже караульных не видно. Тут у них логово, не ждут нападения, и это хорошо. Три минуты. Ребята уже готовы к броску. Все идет по плану».
Над входом в дом Жуана горел фонарь. На крыше был установлен прожектор, который периодически включался и шарил лучом по окрестностям. Группа захвата залегла возле пролома в заборе. Чувствовалось, что после ухода португальцев забор ни разу не ремонтировали.
– Мы с Дельфи внутрь, Док на входе, – скомандовал Маркин.
Раздался оглушительный взрыв. База загудела, как потревоженный улей. Второй взрыв и длинные пулеметные очереди. Из коттеджей выскакивали бойцы и бежали отбивать атаку неизвестного противника.
Оба внешних охранника подбежали к крыльцу.
«Удачный расклад. Сразу оба здесь», – подумал Чича и двумя выстрелами срезал обоих. Потом еще двумя выстрелами погасил фонарь над входом и разбил прожектор. Кроме звезд по небу гуляла полная луна, поэтому видимость была приемлемой. Через несколько секунд группа захвата уже находилась возле входа в дом. Дверь оказалась незапертой. Дельфи распахнул ее и отскочил. Изнутри застрочили из автомата. В дом полетела граната, раздался истошный вопль, и стрельба прекратилась.
Маркин помнил рассказ Антонио о том, что апартаменты у Жуана на втором этаже, значит, и охранник наверняка там.
– Дельфи! – позвал он.
Дельфи прополз на животе по деревянной лестнице и открыл дверь.
Маркин швырнул очередную гранату.
– Дальше без гранат, а то еще Жуана взорвем.
Док в это время закрыл на массивную щеколду входную дверь, выбил стекло в ближайшем окне и, удобно устроив автомат на подоконнике, приготовился к обороне. Вдалеке раздавалась интенсивная беспорядочная стрельба. К дому бежали трое, и Док их срезал длинной очередью…
«Ушел ли Мартыш? – мелькнула в голове Дока мысль. – Скорее всего ушел».
Мартыш после показательной стрельбы должен был переместиться к Чиче для обеспечения прикрытия при отходе группы.
Маркин и Док вбежали в гостиную. Там кроме обычной мебели стоял рояль.
«Пижон», – подумал Валерий. Из гостиной вели две двери. За одной из них раздался грохот, видимо, что-то упало. «Здесь!»
Казалось, время замедлилось, сжалось, тормозя события. В любой момент могло подоспеть подкрепление. Дельфи врезал ногой по двери, раз, два, не разбираясь, заперта она или нет, и отскочил. Дверь распахнулась. Маркин рыбкой нырнул в комнату, пропустив над головой автоматную очередь, и расстрелял высунувшегося из-за кресла охранника.
Нето сидел скрючившись за письменным столом и не пытался оказать сопротивления. Вот и весь героизм. На столе стояла работающая радиостанция. Настойчиво мигал вызов. Дельфи запрыгнул на стол и ударом кулака вырубил Жуана. Внизу раздалась автоматная очередь.
– Это Док, – сказал Маркин. – Зови его сюда. Будем уходить через окно. Через дверь чревато непредсказуемыми последствиями. Здесь всего метров пять.
Дельфи подбежал к лестнице и крикнул:
– Док, давай к нам. Уходим через окно! – Потом он вернулся в кабинет Жуана, вылез через окно и вскоре оказался на земле. – Принимаю!
Маркин подтянул тело оглушенного пленника к подоконнику. Вбежал Док и начал ему помогать. Вскоре группа захвата устремилась прочь, волоча за собой тело Жуана.
– Надо будет ему препарат вколоть, чтобы спал и не дергался, – сказал Док.
Маркин достал фонарь и, направив луч в сторону высотки, где засели свои, подал условленный сигнал. Вскоре команда воссоединилась.
– Все, уходим, – скомандовал Маркин. – Дельфи прикрывает.
Тело Жуана водрузили Мартышу на плечи, нацепили наручники, и команда устремилась по направлению к морю.
Стрельба на территории базы стихла. Раздавались лишь отдельные выстрелы. В кого уж они там стреляли, было непонятно. Раздавались многочисленные крики.
– Всю бригаду подтянули, – предположил Док. – Нас вроде не засекли. Сейчас организуют преследование по всем направлениям.