Он просто молча ехал, почти не приходя в сознание и даже ничего не ел. Только пил и все.
Наверно, что торопился увидеться с женой и своими сыновьями, погибшими во время Беды, как давно мечтал.
Его тело вынесли отдельно, как нашего главного героя, отдавшего жизнь в последней схватке:
— Охотник Гильдии Ятош отвлек на себя внимание седьмого Мага, умело забрасывая его боевыми ножами, дал нам время приготовиться к отражению удара и в итоге внес основной вклад в нашу победу! Спи спокойно, наш Герой! Город Астор тебя не забудет!
Теперь я позабочусь, чтобы старику поставили первый памятник в истории Черноземья, тут с этим делом совсем все печально, придется взять в аренду у города кусок дорогой земли недалеко от стен и начать хоронить за хорошую монету самых богатых и достойных людей. Пора после первого агентства недвижимости изобрести и первую ритуальную контору, которую можно так и назвать — Первая Ритуальная компания на паях.
Здесь хоронят сами родственники и знакомые, дело вообще не развито в хорошем смысле этого слова. Пора вступать во владение своей старой мастерской и строить там шикарные катафалки.
Так и будет называться кладбищем Ятоша, с настоящим обелиском из песчаника.
Народ поснимал головные уборы, провожая минутой молчания героического старика, спасшего целый отряд гвардейцев и Охотников от коварного Проклятого Мага.
Все было, конечно, совсем не так, но это уже не важно. Я хочу отдать Ятошу все возможные почести напоследок, пусть он и подвел меня. Я рассчитывал на его весомую поддержку с полным основанием, авторитета у патологически честного старого Охотника среди жителей города было выше крыши.
Каторжников и пленных увели, начинают спускать прислугу, часть уже тоже в веревках.
Самое время еще одно обстоятельство доложить Совету Капитанов, какой он ни на есть теперь:
— С нашей стороны погибло двенадцать гвардейцев, — и Генс по бумажке громко зачитывает их имена.
— Еще погибло два Охотника, — и уже Драгер называет своих.
— Вечная слава героям, погибшим за свободу города Астора и всего Черноземья!!! — громко подхватываю я, устраивая целое зрелищное выступление перед Советом и жителями.
Да, лучше вот так прямо перечислить наши минимальнейшие потери против ста шестидесяти Крыс, пятнадцати каторжников, семерых Магов и трех недоМагов.
Чтобы про такие цифры узнали все жители города до единого и передали всем остальным черноземельцам.
Что поход на Север под руководством Мага Ольга Прота, помощника-советника начальника Гвардии Генса и Старшего Мастера Гильдии Драгера завершился полной победой при невозможно маленьких потерях в личном составе.
Если бы еще не глупая инициатива Генса, приведшая к гибели шести воинов, вообще бы обошлись восемью покойниками, а если бы беспрекословно слушались меня, хватило бы и тех трех погибших в первом бою.
Но результаты все равно чересчур фантастические, что четырнадцать, что восемь убитых с нашей стороны.
Раньше город обливался кровью безо всяких успехов, а теперь всех радует такая яркая и запоминающаяся победа.
Доложившись Совету, мы остаемся стоять перед ним и только смотрим, как покидают корабли гвардейцы, как сводят прислугу и выгружают всякое трофейное добро с кораблей.
Гвардейцы переходят под командование своих начальников, больше я за них не отвечаю.
Мой сундук сносит моя охрана, приставленная именно к нему, и хорошо, что никто из начальства Гвардии и всего Совета не обращает на него внимания. Это потому, что я приказал завернуть его в тряпки, чтобы не выделяться шикарной кованой окантовкой и дорогим видом вощеного дерева.
Если потом возникнут вопросы, то я всем спокойно отвечу про мои трофеи и то, куда я их потрачу. Но в связи с такой эпической победой не думаю, что они возникнут.
Грита с сыном встречает меня прямо около трибуны и с размаху вешается мне на шею, она счастлива, что я принес городу победу и что вернулся домой. Треплю парня по голове, он сильно доволен почетом, который оказывает родному отцу весь город. Ее окружают четверо приставленных охранников, все как я и задумал.
Да и я сам очень этому рад.
Прощаюсь с Генсом, Драгером и Кросом, с ними я договорился встретиться у Мортенса завтра и обсудить наши дела.
На самом деле теперь начальство Гвардии будет еще долго усваивать сведения о таком победном походе, Гильдии в этом разбирательстве нет никакого смысла, и так все произошло у них на глазах.
Еще придется подробно поговорить с Советом о походе и следующих планах, о месте и времени встречи меня известят заранее — вот что я услышал от нового Секретаря Ратуши, занявшего место недавно скончавшегося Первого Секретаря Бромса. Тот был по жизни очень хитрой лисой, поэтому я даже не знаю, радоваться его отсутствию или нет.
Охрана относит сундук к Клое, а я отпускаю парней домой с наказом завтра явиться на службу.
Они первые из всех участников похода получают от меня плату за месяц и еще премию в сумме трех тайлеров.
— Остальную премию получите завтра, когда я посчитаю монету и будут составлены списки между гвардейцами и Охотниками.
Четверым охранниками моей семьи я тоже выдаю плату за месяц сразу, они пока остаются сидеть по двое во дворе дома. Всякие внезапные сюрпризы мне пока совсем не нужны, пусть охраняют наш с Гритой сон и не только.
Глава 13
Наконец-то я дома!
Грита уже пристроила сына к Орнии, сундук весом килограммов на пятьдесят стоит в нашей комнате, сумка с украшениями уже спрятана под магическим скрытом в старом тайнике и можно заняться такой желаемой и сладкой личной жизнью.
Охранники в полном составе сидят во дворе, а Клоя готовит им обед.
Быстро моюсь в теплой воде, жалея, что пока не могу по этическим причинам посетить свой бывший и теперь будущий хамам.
Если прийти туда помыться — это будет как признание хозяевами заведения именно сыновей Капитана Кройнца.
А я собираюсь на днях посетить сам хамам с целью возвращения собственности истинному и единственно достойному владельцу.
И поэтому пока прикидываю план ловкого поворота, чтобы явными нарушителями порядка и законности выступали именно здоровенные сынки покойного Капитана. Кое-какие наметки для такого у меня есть, особенно зная неукротимую свирепость ничего и ни во что не ставящих всех остальных горожан великовозрастных оболтусов.
Если они кого-то в пылу и своем раже убьют, то окажется гораздо проще от них избавиться.
Или хотя бы забьют до полусмерти, чтобы жертва являлась живым свидетелем. Потом можно и вылечить пострадавшего, тем более, что это окажется один из моих людей.
А вот просто выкинуть их из хамама с побоями — это явно недостаточно для полного завершения процесса. Балбесы должны или погибнуть, или присесть на какой-то срок, а учитывая влияние покойного папаши — дело это очень нелегкое.
Проще всего мне самому их спровоцировать и просто зарубить, но мне лично лучше пока вообще никого в городе не убивать до смерти. Так, только немного защитить себя и свое здоровье, потом подлечить пострадавших — все мое участие в захвате.
А пока я заваливаюсь на свою старую кровать, которая сделана на века и никогда не скрипит, как бы азартно мы с Гритой на ней сражались.
Второй приступ, третий — я все не могу насытиться своей подругой, которая лет на двадцать моложе меня и сама сильно соскучилась по ласке.
Ну и она требует умелой процедуры введения в оргазм, хотя все уже происходит гораздо быстрее, чем девять лет назад. Как говорится — девочка созрела.
— Приглашают снова к Мортенсу петь, — говорит она первым делом, едва отдышавшись.
Видно, что это самое важное для нее сейчас — снова вернуться на большую сцену, соскучилась подруга моя по выступлениям перед благодарной публикой.
— Сходи, теперь у тебя четыре охранника есть, враз всех наглых купцов и всяких лесорубов успокоят, — отвечаю я, разглядывая хорошо знакомый потолок.
— Ну, эти-то тебя знают. И лесорубы помнят, как им лещей отвешивал, и купцы понимают, кто мой мужчина. Из Астрии много всякой швали понаехало, вот там такие плохо понимающие уроды часто попадаются.
— А что, их к Мортенсу пускают разве? — удивляюсь я странным делам, творящимся в городе. — Там же приличное место.
— Да они такие сплоченные, толпой ходят и его уже припугнули похоже. Он двух охранников нанял, но они не справляются.
— А что же Стража? — опять я удивлен.
— Стража не лезет, кажется, что нашли общий язык уголовные рожи с ними, — снова удивляет меня подруга. — Рассказали мне знакомые, что на Мортенсе лица нет.
— Ага, а тебя срочно зовут туда, чтобы я всем рога посшибал? — догадываюсь я.
— Ну, я очень хорошо умею петь. Но и поэтому тоже, — смеется подруга.
Вот оно до чего довело — полное разложение правящей верхушки. Потому что они себе ни в чем не отказывают, все это видят, кому положено и сами начинают сдавать город бежавшим из Астрии уголовникам и прочим нехорошим людям.
Или просто намекают Мортенсу, все еще живому хозяину трактира, что нужно денег засылать за охрану хорошо приносящего бизнеса стабильно каждую осьмицу. Деньги будут собирать рядовые стражники, они уже передадут монету за охрану по цепочке наверх. Наверно и лихих людишек для этого сами подпрягли, чтобы хозяев трактиров и лавок запугивать и мзду получать со всех постоянно.
Наверно, что с самого верха вся эта гниль идет, еще десять лет назад я это почувствовал, что начальство Стражи те еще бандиты, только в форме, когда они нас с трофеями с Рыжих откровенно и безнадежно кинули.
И даже с Советником первой ступени при Ратуше разговаривать не стали, сплоченная такая банда.
Ну, я тогда был никто и звать никак, никаким влиянием не пользовался в городе, не смотря на свое высокое звание.
Тем более, что это было еще в совсем прошлой жизни.
Это даже лучше, что придется всю структуру со временем разогнать, на них у меня выходов нет, а в городе стражников не так много служит. Всего-то шестьдесят человек в двух сменах, сейчас основной приоритет отдавался пополнению Гвардии, раз она воюет постоянно и очень далеко от города.