Придется сначала произвести сотни подвод и выдать их покупателям, у которых накоплено много денег, а это сейчас почти все разбогатевшие крестьяне, потерявшие свой транспорт. Степняки укатили через восстановленный мост на моих глазах сотни подвод и понятно, что вернуть их своим хозяевам у меня не вышло, иначе степнякам не на чем вывозить добычу.
Это оказалось непреклонное требование степных вождей, как и мое насчет полного возвращения полона.
Пришлось договариваться прямо жестко, поэтому я выбрал спасение нашей молодежи от рабства, но движимое и недвижимое имущество считающие себя победителями степняки забрали с собой. Им тоже нужно что-то предъявить соплеменникам, раз они заявляют себя победителями.
Ничего, мои мастерские выдадут сотни телег и подвод за полгода, утолят спрос среди богатых крестьян. И еще принесут кучу денег своему хозяину. Придется выделять долю Крипу уже потом, он все равно деньги тратить не умеет и уже не научится. А у того же Водера я останусь в компаньонах навсегда, нам с ним придется очень плотно работать еще долгие годы. И так недавно полностью пролечил кузнеца, поясница и спина уже начали его сильно беспокоить, да и легкие здорово оказались забиты вредными продуктами от работы в супергорячем цеху.
Гонять караваны за рудой больше нет особого смысла, все же доставка руды кораблями обходится в разы дешевле, чем полторы осьмицы неспешного пути от рудников до города. Предложенный мной вариант доставлять ее за пять дней в порт и возвращаться налегке к рудникам за четыре дня делает все остальное движение с рудой не слишком выгодным.
А когда новые каторжники проложат прямую дорогу до порта, то всего три дня будет занимать дорога до него.
Тем более, что сейчас спрос на лошадей и те же телеги окажется просто невероятен. Желающие заказать встанут в огромную очередь и начнут платить вперед золотом. Степняки не зверствовали, почти никого зря не убивали и не жгли, хотя девок все же портили, но весь транспорт забрали с собой однозначно.
Все же это было самое настоящее нашествие суровых степных мужчин со всеми прилагающимися бедами, а не что-то такое игрушечное и шутейное.
Скоро они начнут гнать свой скот в город, раз мы договорили торговать без ограничений и всяких пошлин, так что цены упадут в разы, поэтому с продажей животных лучше не тянуть.
— Трон, оставь при мастерских пару самых хороших лошадей, подводы сами соберем за пару дней. Все остальное к барыжнику на продажу. Я в хамам, и в Ратушу, пора начинать великие дела в нашем городке.
— А разве все, что ты сделал до этого — разве это не великие дела? Ты сам договорился на невероятные, просто отличные условия при снятии осады! — удивляется Трон.
— Да, это получилось здорово. Но теперь у нас впереди будущее, в то время что это уже прошедшее прошлое, старина.
К конвоированию процесса перегонки подвод вместе с лошадьми я снова привлек Учителя, хватит ему к казарме прохлаждаться.
— Все равно ближайшие дни твои подопечные будут сильно заняты с утра до ночи! Только это между нами!
— Понятно! — кивает старый приятель. — А что они делать будут? Если между нами?
— Город чистить. Улицы оцепят и начнут все шушеру на свет вытаскивать. А потом уже я присоединюсь и начну жизни бандитам менять, кому — на рудники, а кому — дорогу строить под присмотром ордынцев. Про это только Генс с Торком знают и вот ты теперь.
— Так это без суда, что ли? — удивляется Учитель.
Это он прав, слабое это у меня место в замыслах, если все юридически оформлять, ведь на рудники отправляют по решению городского суда.
Было бы, то есть слабое, если без моей новой власти диктатора.
Но времени у меня, да и у всех приличных жителей города на то, чтобы всех жуликов ловить за руку и доказывать факты совершенных ими преступлений совсем нет. Стража вообще сильно сплоченных бандитов уже сама побаивается, только деньги и берет, прикрывая их грязные делишки, только те мзду скоро давать перестанут, когда всех вокруг запугают до смерти.
Уже вышли за эти полгода на такой уровень пришлые бандиты, что могут запугивать всех стражников страшной смертью и смертью всех их родных. Да и вообще всех уже могут прижать и нагнуть во всем городе при большом желании, кроме Гвардии и Совета Капитанов.
Очень они там суровую школу жизни прошли, в своей родной Астрии, им наши доморощенные жулики только на один зубок оказались. Вот они местных под себя и забрали, испугали и заставили тоже молчать, как и всех остальных жителей.
По закону и по суду эту заразу быстро не выведешь, но у меня совсем другие планы на них.
Ведь я сейчас самый Настоящий Диктатор, так что долго с правами и законами разбираться не стану. Тем более, что эти местные законы никак не могут учитывать мои магические умения, что я могу сразу определять, только ли истинную правду говорит мне опрашиваемый или нагло врет.
Мне необходимо почистить город от приносящих постоянную беду людей. В основном это не наши асторские жители, а пришлые, которые самые матерые и отбитые, поэтому с ними особых юридических проблем не возникнет.
Так как прав горожанина у них и так нет, как нет и большой бляхи на шнурке, висящей на шее. Когда в город пришло три-четыре тысячи астрийских горожан, было сразу понятно, что не самые лучшие люди из княжеской столицы и других городков к нам пришли. Но время с решением вопроса сильно поджимало, поэтому решила городская власть с ними уже потом разбираться, а пока всем разрешили жить в городе.
Ну и довольно быстро о своей доброте пожалела, однако поделать уже ничего не смогла с матерыми преступниками.
Так что этот вечер я провожу в штабе Гвардии, где мы с Генсом и его заместителями рассматриваем карту города, делим его на районы и считаем, сколько нужно воинов в каждом для полного оцепления.
— Почему такая спешка, Ольг? — недовольно спрашивает Генс, понимая, что будут затребованы все гвардейцы.
Почти некому на стенах стоять и прочее такое военное дело делать.
— Потому, что ополчение нужно вот-вот распускать. На стенах оно особо не пригодилось, но помочь в полной очистке города вполне способно.
— Да ты же хочешь все две тысячи ополченцев привлечь к этому?
— Так оно и есть, лишних людей не будет, Капитан Генс. Одни будет в оцеплении стоять, вторые дома, чердаки и подвалы обыскивать, третьи вязать жуликов, четвертые конвоировать задержанных, пятые охранять их в Сторожках. В камеры то они все не влезут. Все нужны до единого — гвардейцы, Охотники, стражники и ополченцы. Два дня жесткого розыска, и я сломаю хребет всем бандитам и жуликам в городе.
— Прямо всем? — не верит мне новый заместитель начальника Гвардии.
— Основным лидерам точно, люди в самом городе сразу же вздохнут с огромным облегчением. Мне рассказывают мои охранники, что вся власть, начиная с Четвертой улицы, уже принадлежит уличным бандам. Все торговцы и просто ремесленники им платят, они забирали последнее у умирающих с голода людей. У тех же матерей брали детей в заложники, чтобы тем им принесли пару тарелок бесплатного супа. Никакой жалости и пощады к убийцам и ворам, в городе им нет места, а вот на рудниках или в предгорьях Сиреневых гор они принесут большую пользу и почти ничего не будут стоить городу.
— Экономика должна быть экономной! — добавляю я откуда-то вылезший лозунг.
— Так что давайте дальше распределять гвардейцев и по десять ополченцев на каждого, чтобы и мышь через оцепление не проскочила. В отряды тех, кто будет обыскивать дома и сараи- самых боевых и сильных, в оцепление остальных. При попытке сопротивления или бегства убивать на месте, на небесах разберутся, кто там свой.
Еще одна фраза из моего уже почти забытого прошлого.
Глава 20
Планирование завершаем поздним вечером, и я снова почти без сил засыпаю рядом с подругой. Весь день на ногах и постоянное решение проблем, это морально очень выматывает, ведь хочется никуда не спешить и хотя бы днем сладко поспать.
Надоела эта гонка и превзнемогание постоянное, но деваться некуда, взялся продвигаться во власть — стони, но беги.
Правда, ночью все же проснулся и сделал свое сладкое дело, кажется мне, что Грита снова забеременеет, очень уж она загадочно поглядывает на меня. И о чем-то постоянно шушукается на кухне с Клоей, да и Орния что-то зачастила к нам. У них своя женская мафия и свой взгляд на жизнь.
Но как только я подхожу, сразу наступает молчание и у всех сразу загадочный вид.
Бывшая жена Охотника Понса мне уже намекнула, что под такой мощной крышей, как у меня, можно снова прибыльной скупкой недвижимости заняться.
— Только денег на это пока нет, а так-то я только за, — ответил ей. — Еще месяц подождать нужно, Орния.
Квартира в хорошем месте стоит уже не восемьдесят тайлеров, а минимум триста, дом на Четвертой улице не двести золотых, а восемьсот. Довольно сильно выросли цены из-за повышенного спроса, аренда приносит теперь очень хорошие деньги Грите, да и инфляция даже золотого тайлера зашкаливает тоже.
Ну а что, желание иметь еще одного ребенка, да еще от самого Верховного правителя Черноземья, да еще возможно с магическими способностями — это вполне понятное дело. Тут можно еще троих родить, когда уверена, что все они вырастут здоровенькими и умненькими.
Получается, что не в своем комфортабельном мире высоких технологий я завожу много детей, как собирался.
А таком типичном средневековье, которое сам теперь должен развивать и улучшать.
В современной России или на всей остальной Земле с такими способностями очень не долго погуляешь, быстро прихватят за шкирку и повесят сушиться на солнышке, чтобы обслуживал только то самое глубинное государство.
Здесь хоть и средневековье, но я уже сам олицетворяю реальную власть, на эти три месяца вообще без вопросов, а дальше придется искать компромисы и договориваться.
Тем более, что я торжественно обещаю подруге никуда не уходить в ближайшие десять лет.