— Ну, открыл и открыл, — во время работы успел проанализировать ситуацию и прийти к выводу, что целительная магия Алии дала побочный эффект. Чудесным образом мое средоточие ухватило основные принципы заклинания, построенного на ускорении регенерации, и запустило процесс. А еще бесследно испарились остатки скверны, которые мне все никак не удавалось выгнать из организма очистительной медитацией. И Мастер Башни незначительно подрос. От изучения внутренних интерьеров искандеровой недвижимости, не иначе. Как говорится, нет худа без добра.
— Хрен с тобой, золотая рыбка. Держи пока «Благосвет». На другое сил уже нет сегодня.
Петрович передал мне модифицированную версию заклинания «Светоч», полезного против роев скверны и идеально подходящую для создания магических ламп. К слову, подобный артефакт очень бы пригодился в карантине. А так Сергею лично приходится регулярно кастовать это заклинание в бараке.
Глава 26
По дальнейшему сотрудничеству договорились, что Петрович замолвит Искандеру и остальным господам из Совета за меня слово. А по факту озвучит реальное положение дел, что к Бобовичу в подмастерья мне еще рано. Все равно, первые дни мне предстоит заниматься примерно тем же самым — создавать сферы-болванки для артефактов, да заряжать магические фонари, зажигалки и упокойные дубинки. Лучше уж здесь и с выгодой для себя. Удовлетворенный моей работой, Петрович пообещал передать крайне полезный навык Концентрации. Аналог открывшегося у меня во время бойни на кладбище «Боевого режима», только для магических способностей. Если Искандер отложит свое решение и наше сотрудничество приобретет постоянный характер.
Да, бежать из общины я передумал окончательно. Не смог бросить Айну и Бойца, Машу с Владом, подвести Эрика. Нет, Петрович прав, нужно вцепиться зубами и выгрызть из ублюдков все, что у меня забрали. И компенсацию сверху.
Вопрос с крышей над головой мог решиться слишком просто. Баталеру принадлежала половина дома уже знакомого торговца амулетами. Но, помня о списке навыков для Искандера, его щедрое предложение оставил про запас. А сам попытал счастья в поселковом общежитии. На рыночной площади меня перехватил не нашедший чем занять сегодняшний вечер Владислав.
— Ох, ни хрена разукрасили! За что хоть?
Синяки уже вызрели, ссадины покрылись коркой, подбитый глаз видел нормально. Повреждения болели вполне терпимо, но жутко чесались. Хоть на стену лезь.
— Серебришко лишь предлог. Банальный грабеж и беспредел. Забрали весь песок подчистую, кинжал и «Хламиду Жреца», — отчитался приятелю, чтобы хоть маленько разгрузить совесть. Двадцать грамм — наследство Коры, еще полсотни предназначалась для прокачки и нужд нашей группы. Как у меня отняли крайне ценный осколок души — он видел.
— Ну, здесь и порядки! Да-а, — дежурно посочувствовал Влад, — Дальше, что думаешь?
— Меня отправляют в Новую башню, вроде как учеником артефактора. Но это не точно.
— Амулеты будешь делать?
Если бы только амулеты. Талант Артефактора в комбинации с навыками и заклинаниями дает необыкновенно широкие возможности. Со временем можно разобраться в устройстве пограничного стража или грузовых големов, например. Или создать устройство для очистки воды и превращения ее в «Живую». Перспективы, аж дух захватывает, хех.
— Лучше скажи, вы с Машей хату сняли или угол какой?
— Да выделили нам по спальному месту в общинном доме. Но тут такие новости… Эрик сказал, наш отряд не утвердили. Вот, жду распределения.
— Поясни.
— Да сказали, что пока буду разнорабочим. А как боевые навыки дорастут до проходного значения, зачислят в ополчение. А там все то же самое, что и с Эриком.
Выдержав паузу, Владислав добавил:
— Он общими деньгами пообещал заплатить Баталеру за уроки для всех нас. Не зажал, в общем.
— Ясно. Ты ел? — в процессе разговора подошли к уличной едальне. К обеду мы сильно припозднились, но без пропитания не остались. Купили по тарелке домашней лапши с острым бульоном и половинкой куриного яйца. Добавили к заказу по лепешке c мешаниной обжаренных бобов и овощей внутри. Влад взял себе веганский шашлык из трех плодов туки в соусе, а я решил не нагружать сегодня желудок. Мой обед обошелся в шесть медных монет — терпимо. Народ тратил больше и не жаловался на дороговизну. Да и голодающих поблизости не наблюдалось. Артур вовсе не приукрашивал ситуацию с продовольствием в Оазисе. Даже с невеликих трофеев молодого дозорного жить можно вполне. А здешние профи по рассказам бомбят округу со страшной силой. Добытыми в одном рейде дюжиной жемчужин, сотней граммов песка, золотом, серебром, оружием — здесь никого не удивишь.
Ели обстоятельно, не торопясь. За соседними столами все только и обсуждали, что с приходом каравана снизились цены на муку, бобы и кукурузную крупу. Еще караван привез доспехи, оружие, инструменты. В трех днях пути на юг Орден Возрождения организовал форпост-факторию. Представители местного теократического государства оказались не против взаимовыгодной торговли с поселениями землян. Но дорога опасна, охране пришлось постоянно сражаться с упырями и демонами. А на одной из стоянок выдержали полноценную осаду. Это первая экспедиция, увенчавшаяся успехом. До этого две вернулись с половины пути с потерями. Но в этот раз Совет собрал все силы трех башен в кулак, что позволило пробиться туда и вернуться с грузом обратно. Чтобы рейсы торговых караванов стали регулярными, Совету требуется больше воинов.
Пошатались с Владом по оживающему после сиесты рынку, поглазели на товары.
На первый взгляд в поселке торговал буквально каждый. Во всех домах, выходивших фасадами на площадь и центральную улицу, на первом этаже обязательно размещался магазин. Словно этого мало, на площади развернулись рыночные ряды, а вдоль коротких тупиковых улиц теснились прилавки под навесами из тряпок и тростника. Получался такой себе торговый центр, совмещенный с жилым кварталом.
Ассортимент товаров не поражал воображение. Продавалось самое необходимое: продукты, дрова, одежда, обувь, посуда и другие предметы обихода. Только оружием и броней торговала специализированная лавка.
Просто пройти мимо разных боевых штуковин оказалось выше наших сил. Приценились к доспехам: новый стеганый халат стоил две тысячи монет, кожаная безрукавка — полторы, бамбуковая полукираса две с половиной, а конический шлем из дощечек тысячу семьсот. Но это все цены, указанные на листке. А в продажи присутствовали версии попроще и подешевле, вроде веревочного шлема, который мне выдавал на время Баталер, но в комплекте с плетеной шляпой. Эта импровизация на тему защиты головы от солнечных и прочих ударов обошлась бы в пятьсот монет. Вся выставленная на прилавки экипировка не имела никаких, даже самых простых чар. Как объяснил нам торговец, зачарованные предметы практически не попадают в продажу. И пусть цены обозначались в местной валюте, охотнее плату принимали магическим песком по курсу четыре медяка за грамм.
Да уж, как же не во время меня ограбили! Сейчас бы в уголке поработал с накопителями, затем занялся бы изучением заклинания, вложенного в Хламиду жреца. А так вынужден терять время. Хотя, нет. Пока светло, следовало прогуляться. Необходимо срочно восполнить запасы песка. Я же будущий великий артефактор и никак иначе.
Роль поселкового общежития выполнял большой двухэтажный домище, выстроенный из камня совсем недавно. У здания имелось две пристройки — капитальная баня и летняя кухня под навесом. В туалет приходилось ходить довольно далеко за пределы поселка и это хорошо, поскольку выгребные ямы рядом с жильем в наших условиях «благоухали» ли бы нестерпимо. Кабинки сортиров размещали в зарослях временно и регулярно переносили их с места на место.
Еще одна причина такого подхода — жители поселка брали воду из огромного подземного резервуара. За лимитом следил специальный человек с сорколином-стражником для солидности.
Влад показал мне, где они разместились, и я мог оставить лишние вещи под присмотром Маши. Обстановка внутри общежития выглядела по-спартански. На первом этаже, предназначенном для кандидатов в ополчение, на глиняном полу размещалось примерно двадцать лежанок из циновок и матрасов разной степени убитости. Кроме дюжины вбитых в стены деревянных гвоздей, предназначенных для просушки стеганок, из мебели имелась буквально одна скамейка и едва ли пара грубых табуреток.
Здесь следует забежать немного вперед. Второй этаж кардинально отличался от первого. Во-первых, он мог похвастаться более комфортной для жизни обстановкой. Здесь присутствовала бамбуковая мебель местного производства — кровати, стулья, сундуки и разные украшательства ручной работы. Во-вторых, здесь проживал устоявшийся очень непростой коллектив со всеми вытекающими. Помещение делила на две части перегородка из бамбука и ткани. В мужской половине обитали чуть менее заслуженные ополченцы. Им не хватило места в казарме, и они еще не присоединились ни к одной из ватаг, обычно квартирующих в своих отдельных домах. Все как один — участники боевых действий, считающие, что им позволено больше других. Ведь они рискуют жизнью, защищая остальных. А значит, имеют право шумно и с размахом отмечать, когда у нормальных людей принято спать.
По соседству с этой группой лиц проживал еще более проблемный контингент, который обычно именуют «прекрасным полом». Днем девицы отсыпались, занимались шитьем, приготовлением пищи и уходом за ранеными, а ночью принимали всех желающих с серебром в кошельке.
На плоской и огражденной крыше общаги каждый вечер случались посиделки с выпивкой и амурными делами. Даже имелся огороженный легкими ширмами угол с парой набитых соломой матрасов, который иначе как Траходром никто не называл.
Частично общага выполняла функцию лазарета. Здесь постоянно лечились попавшие в передряги патрульные и моя разбитая рожа никого не шокировала. В обязанности живущих наверху девиц по умолчанию входил уход за ранеными, поэтому на разгул страстей в общаге власти до времени закрывали глаза.