и, не в силах устоять на ногах.
– Бегите, – я помог встать Сержу, который, казалось, подвернул ногу.
До убежища оставались считанные метры, но нам нужно было еще время, чтобы я мог ввести код. Датчик связи с убежищем до сих пор не работал. Я кричал каждую секунду, нажимая передачу, но в ухе была полная тишина. Сейчас бы нам очень нужна была помощь Кэтрин, у которой остался ключ.
Еще один толчок повалил нас всех на землю. Поднимаясь с земли, наши глаза зацепились за место, где стояла машина. Ее там не было! Вместо этого вот эта вся песчаная масса просто окутала грузовик и нещадно его поедала. Как эти самые чудовища из фильмов. Песок, как термит деревяшку, в считанные минуты уничтожал наше единственное подготовленное средство передвижения.
– Господи…, – нам точно не выжить, если этот песок хотя бы на секунду коснется нас.
– Скорее, – вся эта дрянь просто уже дышала нам в затылок. Практически впечатавшись в дверь убежища, я дрожащими пальцами стал вводить код.
– Какого черта…
– Марвик, скорее…
– Чего ты возишься?
Код не подходил. Это точно тот код, я оставлял Кэтрин. Она не могла его изменить. Только не она. Я судорожно раз за разом вводил эти проклятые цифры, которые только выдавали противный писк.
– Мы здесь сдохнем, – Герд говорил правду. От машины уже не осталось ничего. Ни горки, ни кусочка металла.
Глядя на невысокую волну, которая через несколько секунд уничтожит нас, я думал только о том, насколько больно это будет. Закрыв глаза и смирившись с происходящим, я почувствовал сильный толчок назад и болезненный удар в затылок. Он еще ныл после того, как нас неплохо приложили внутри павшего убежища.
Пока тьма не рассеялась перед глазами, уши ловили ужасающий крик Майкла. Он кричал так, будто его разрывало на мелкие части, одновременно с этим обжигая огнем. Крик был настолько жуткий, который можно услышать только от тех, кто жарится на адской сковородке.
– Боже… Майкл, держитесь, – мама? Это точно была она! Почему она не в камере?
Тьма начала рассеиваться, позволяя рассмотреть стены родного убежища. Да, теперь о Новой Мечте я мог говорить именно так. Родное убежище. Место, которое нам придется защищать всеми силами, чтобы эта гребная операция «После» во главе с Олдманом провалилась ниже девятого уровня царства Сатаны.
– Джейдан, смотри на меня! – мама пыталась навести мои глаза на себя.
В это же время два солдата помогли встать Герду и Сержу, которые еще находились в шоковом состоянии, глядя на то, что стало с Майклом.
Песок успел добраться до его ботинка в тот момент, когда нас затащили внутрь. Он передвигался вверх по обуви сжирая ее вместе плотью. Майкл кричал от дикой боли, в то время, как его держали трое солдат.
– Руби, – мама крикнула кому-то назад.
Рубить? Что именно? Перед глазами мелькнул огромный тесак, который в одну секунду отделил часть ноги инженера с песком от его тела. Крик Майкла стал еще громче, оглушая и пробирая страхом до самых костей. После чего наступила тишина. Валескес, который следовал приказам мамы, отбросил тесак и быстро пережал ногу мужчины, пока тот не истек кровью.
– Не дотрагивайтесь до песка, – мама вскочила от меня, отгоняя одного из любопытных солдат, который пытался дотронуться до отрубленной конечности. – Если не хочешь остаться без руки, лучше отойди.
Я смотрел на это все и понимал одно. Миссия провалена. А за два дня, что нас не было, судя по всему, нечто важное произошло и здесь…
Глава 35
– Что здесь произошло? – мы стояли с мамой над кроватью Майкла. Тот до сих пор находился в бессознательном состоянии после операции. Валескес вместе с хирургом устранили последствия ампутации в виде массивного кровотечения, но вот ногу вернуть мужчине в этих условиях было невозможно.
– А что у вас случилось? – ответила мама вопросом на вопрос.
– Не хочу пока об этом говорить, – сейчас я был рад одному – мы были в Новой Мечте.
– База пала, – это был не вопрос. Мама все прекрасно понимала.
– Хуже… Даже после того, как они уничтожили людей одним из самых мерзких способов… Они не остановились. А мы закончили их дело, – перед глазами снова появилась картина гибели оставшихся в живых людей.
– Информация?
– У меня. Но ее не так много, как хотелось бы. Но одно могу сказать. Шавка корпорации не смогла зачистить все так, как хотелось ей. Остались файлы передачи данных, какие-то странные номера… Возможно, Серж сможет восстановить чуть больше.
– И у меня есть координаты основного убежища, – напомнила мама.
– Так что случилось здесь? Где Кэтрин? – я развернулся, чтобы пройти в командный пункт. Сейчас Герд и Серж просматривают записи двух последних дней. Остались только два человека, который я мог доверять без единого колебания.
– Кэтрин, – мама ухмыльнулась. – Она – отличная актриса. Понятия не имею, где она.
– Что. Здесь. Случилось? – я остановился, резко повернувшись в сторону женщины. – Почему ты вне камеры? Где Кэтрин? Какого хрена здесь вообще происходит? – я сорвался. Сорвался на крик, который вымещал не злость, а дикую боль, скопившуюся внутри.
– Кэтрин просто исчезла. А вместе с ней исчезли все ключи доступа, что весьма интересно, да? – мама говорила тихо и спокойно.
– Как это исчезла? Куда она могла деться? Снаружи творится какая-то хрень, корпорация точно следит за нами, не давая шанса хоть что-то сделать. Это вообще чудо, что мы смогли добраться обратно. И как ты вообще открыла тогда базу, если ключей у вас нет? Их знала только Кэтрин. Я лично выдал их ей.
– Джейдан…
– Что? Что ты хочешь сказать? Ответь на мои вопросы, пожалуйста. А потом уже сможешь поиграть в маму, договорились? – хотелось кого-нибудь придушить. Чтобы хоть немного успокоиться, я протер ладонью по ноющей шее.
– Я правда не знаю, где Кэтрин. Солдаты осмотрели все на базе, нам помогали гражданские добровольцы. Ее здесь нет. При этом на камерах тоже ничего нет.
– Ключи?
– Я их не знаю. Один из дежурных заметил вас на подходе к базе. Почему-то не удавалось связаться с вами…
– Мы тоже пытались к вам подключиться, связи не было, – я снова пошел в сторону командного пункта, радуясь, что разговор пошел в нужном направлении. – И мой ключ доступа не работал.
– Не работает не только ключ доступа, Джейдан. Как только вы ушли, начались проблемы с энергией. Все то включалось, то выключалось. Скважина несколько раз переставала качать воду. Боюсь, что корпорация добралась и до нас.
– Так как ты открыла дверь? – сейчас я хотел знать только это.
– Я не открывала, – мама опустила глаза. – Мы стояли рядом со входом, видя вас в камеры. Даже смотровое окно было заблокировано. Этот песок… Он почти добрался до тебя… Судорожно перебирая комбинации цифр, я пыталась открыть эту чертову дверь. Солдаты в это время ломами хотели хоть немного раздвинуть ворота. Но все это было бесполезно…. Абсолютно все…
– Так кто тогда их открыл? – я уже затылком чувствовал, что ответ мне точно не понравится.
– Не знаю. Ворота просто открылись. В эту же секунду мы бросились к вам. До Майкла песок успел добраться… К сожалению.
– Твоя разработка? – мы подошли к командному пункту, где не отдохнувшие Герд и Серж просматривали записи минуту за минутой, секунду за секундой.
– Моя…
– Тогда почему эта дрянь не смогла растворить под собой нашу базу? С машиной она справилась на раз, как и с ногой Майкла, – Серж вскочил со своего места, желая найти виновного.
– Особая разработка, – как-то уж слишком спокойно ответила мама. Фрэнсин также пожимала плечами и спокойно говорила об ужасных вещах. Корпорация выжигает все живое из каждого, кто попадает в ее лапы.
– Особая разработка? – Серж схватил маму за горло. – Особая разработка? – мама захрипела.
– Серж, – мы с Гердом бросились разнимать их. – Отпусти ее, это не самый правильный выход. Думаю, пока достаточно жертв.
Мужчина отшвырнул маму, которая еле удержалась на ногах. Та не пыталась давить на жалость или как-то привлечь к себе дополнительное внимание. И за это я ее уважал. Мы, каждый из нас приложил руку к тому, что здесь случилось. Разработка, доставка необходимых деталей… Мы все ответственны за Ад, царящий за стенами убежища.
– Какие теперь планы? – Серж часто дышал, приводя себя в порядок. – Ни машины, ни костюмов у нас нет.
– Но у вас есть я, – мама уже ровно дышала, лишь изредка потирала шею.
– И что? – уже не выдерживал Герд.
– Я – ученый. И мне известно многое, – мама не сводила с меня глаз.
– То есть, все ты нам так и не рассказала, – меня это вообще не удивляло.
– Не рассказала, но помогу создать то, что действительно устоит перед разработками корпорации.
– А смысл? – я уже не верил ни во что.
– Бунт, – опять это раздражающее пожатие плечами.
– Бунт? – мы уставились на женщину.
– Ваши солдаты не против, – мама села на свободный стул. – Я смогла убедить их в том, что вы принесете важные данные, а вместе с моими знаниями все это поможет защитить себя и людей.
– Каким образом? Если уже мы не можем быть уверенным, что двери не распахнутся сами по себе. Кто-то управляет ими. И это точно не мы, – в голове судорожно анализировались имеющиеся факты, которые помогли бы удержать центральный вход.
– Но это тот, кто хотел бы спасти вас, – маму совершенно не волновал данный факт. И это странно.
– Или просто лично прийти за расправой, – больше верю в эту версию, нежели во что-то другое.
– И почему мы должны ей вообще верить? – Серж так и не смог успокоиться. – Фрэнсин тоже сладко пела на той базе. Только вот в итоге эта тварь оказалась кровожадной сиреной, которая утащила за собой всех.
– Потому что у вас просто нет выбора, – мама повернулась в сторону компьютера, начав что-то вводить на клавиатуре.
– Мы можем просто пристрелить тебя, – Серж потянулся к пистолету.
– И тогда потеряете последний шанс спасти это убежище и добраться до Олдмана. К тому же у нас с вами общая цель. Мне нужно попасть в главное убежище, – на мониторе появились какие-то таблицы.