Тишина. Говорить об этом не хотел никто.
— Я всё видела, — сглотнула Мария. — Сидела там, внутри себя и всё видела. Как в пучину безумия погружается любимый человек. Как дочь бьется в оковах чужой воли, выныривая на несколько минут лишь для того, чтобы повеселить этих тварей. Отчаянья не было. Была лишь злая решимость не то чтобы выбросить из тела чужую волю, а поглотить, уничтожить. Каждый день злость росла, пока внезапно я не поняла, что меня больше. Сложно описать это словами, но в один прекрасный момент каждая крупица моей души, каждый закоулок моего тела, открылись передо мной, как на ладони. И я увидела эти мерзкие черные отростки, что расходились от сгустка в моей груди. И как только это случилось у демона больше не осталось власти. Мне удалось вернуть контроль над телом, и вместе с этим я поняла, что изменилась. Стала сильней, выносливей, а внутри словно разожглось пламя.
— Мамин голос для меня и стал огнем, — тепло улыбнулась Ника. — Путеводной звездой, которая разгоняла мрак. Этой искры хватило, чтобы разжечь уже свой огонь и благодаря нему избавиться от демона.
— Еще несколько дней я не верил, что они это они, — тяжело вздохнул Виктор. — Ждал подвоха и каждую секунду жил в страхе, что кошмар вернется.
Вновь мой кабинет погрузился в тишину, а я даже отдаленно не смог представить, через что все они прошли. Действительно персональный ад, чего уж греха таить.
— Как только он ответит на мои вопросы, — нарушил я тишину, чем приковал к себе взгляды, — то дам вам посмотреть на его смерть.
— Разве таких, как он можно убить? — нахмурилась мама Ники. — Я думала, что изгнание в ад это единственный вариант.
— И боги смертны, — пожал я плечами.
Пожалуй, последнее было сказано зря. Во взглядах, брошенных на меня, смешалось слишком много всякого. Пришлось переводить стрелки на тему долить коньяк, на что никто, естественно, не сказал нет. Ну и как только я начал сие священное действо, в дверь кабинета постучали, а после моего «войдите», одна из девушек разносчиц занесла внутрь два подноса с различными, пока еще холодными закусками. Выглядела она слегка бледновато, но держалась молодцом. Оставила подносы на столе, и даже не стала лишний раз задерживать взгляд на пострадавших.
— Кстати, вам незнакомы эти таблетки? — спросил я, скинув каждому мыслеобраз увиденных препаратов.
Хм, забавно, но, кажется, подобным на Земле никто не промышлял. Непонимание и безумное удивление от осознания того факта, что эта картинка перед глазами не плод собственного воображения.
— Ты бы хоть предупреждал, — пробурчала Ника, потирая виски.
— Занятно, — бросила её мать.
— Что-то знакомее крутится, — задумчиво произнес Виктор, — но никак не могу понять что. Вроде и где-то видел что подобное, но нить ускользает.
— Жаль, — разочарованно бросил я. — Ладно, придется поговорить с вашим другом.
Оставлять семью без своей компании было немного невежливо, но с другой стороны я всеми фибрами души ощущал, что им нужно побыть наедине друг с другом. А поэтому вместе с коконом из цепей направился в сторону подвала. По пути наказал охране забрать из моего кабинета пострадавших и так же разместить их по гостевым комнатам. По пути и сам заглянул в каждую, проверив других моих невольных гостей. Проблем, в общем-то, не было. Исцеление второго круга пусть и не носит ультимативного характера, но вместе с прямым воздействием магии жизни способно творить настоящие чудеса. Вот и практически запеченный мужчина стал выглядеть немногим лучше, нежели кусок мяса, запеченный в духовке. Кожный покров начал выравниваться, а резкие хрипы при дыхании пропали вовсе. Единственное, что пока напрягало, это обилие рубцовой ткани на обожженных легких, но ей я займусь позже. Сначала пусть остановится чуть более основательно. Итак организм работает на износ, да еще и при поддержке целых трех магических накопителей. Энергии на подобное исцеление уходит уйма.
Первые родительские ласточки объявились спустя минут сорок. Очень хорошо, что к этому времени приехал Вольнов с усилением в виде трех десятков бравых вояк, которые взяли здание клуба под полный контроль. Да и Виктор Андреевич не остался в стороне, благодаря чему первые яростные порывы удалось погасить чуть ли не в зародыше. Еще бы, три десятка людей в полном военном обмундировании, генерал-майор, определенно известный в узких кругах, ну и сам Крылов. Все эти факторы определенно не настраивали приезжающих на громкие скандалы, хоть и были попытки.
Где-то часа через два я выходил из подвального помещения и неприятно удивился, когда увидел у входа Нику. Девушка явно меня ждала, но увидев, слегка изменилась в лице. Ну, оно и понятно. Белоснежная когда-то рубашка сейчас оказалась вся в крови. Волосы сбиты в нелепый веник, тоже напрочь пропитались этой алой субстанцией. Да у меня даже нижнее белье и то промокло насквозь! Чего уж говорить о верхней одежде.
— Ты в порядке? — сглотнула она, невольно отводя взгляд.
— Сойдет, — сделал я вид, что не заметил её ступора. — Много приехать успело?
— Двенадцать человек, — хмыкнула девушка, взяв себя в руки, но всё еще не смотря мне в глаза. — И знаешь, там есть настоящие зубры. Пока не рвут, но уже мечут.
— Чууудно, — протянул я, с довольной улыбкой. — ФСМБ уже тут? Сомневаюсь, что они могли пропустить подобное.
— Кстати, — удивление девушки не было поддельным, — а их-то и нет! Я-то думаю, кого не хватает, а вокруг клуба ни полиции, ни каких других представителей власти.
— Интересненько, — задумался я. — Ладно, не это сейчас важно. Приму душ, переоденусь, да выйду к нашим баранам. Надеюсь там действительно ВСЕ на месте.
Слово «все» я не зря выделил особо, да и Ника смогла уловить этот момент. И даже попыталась что-то спросить, но взгляд её вновь упал на мои залитые кровью руки, и она снова промолчала. Какая впечатлительная особа, однако. А еще и даэва.
— Всем доброй ночи! — с этими словами я зашел в малый гостевой зал, на что ожидаемо получил в ответ мало приятных слов.
— Да он, блять, издевается! — пыхнул яростью мужчина лет сорока, с крупной залысиной и сухим хриплым голосом.
— Эту ночь сложно назвать «доброй», — хмуро, но более сдержано произнес другой мужчина. — Моя дочь, где она и что с ней?
— Если из-за этой бешеной суки с моим сыном что-то случилось, — начал было другой, но я не дал ему продолжить.
— Хватит, — слегка повысил я голос, выпуская наружу уже свое раздражение. — Сегодняшняя ночь на самом деле добрая, хотя бы потому что сегодня никто не погиб.
О, как это была забавно давить меня авторитетом. Я прекрасно знал каждого из собравшихся, ведь половина из них присутствовала в списке Forbes. Еще несколько человек представляли собой авторитетных лидеров из теневого слоя общества. Ну и пара депутатов, куда уж без них. И пусть непосредственных родственников тех, кто пострадал, было меньше половины, но каждый из присутствующих представлял собой весьма влиятельную личность. Так что да, давить меня авторитетом они попытались, но, боже, как же им всем вместе взятым далеко до того же Волиареса. И это даже с учетом того, что каждый из них не был простым человеком. Маги, даэвы, вампиры и даже пара оборотней. Причем, насколько я мог судить по их аурам, довольно внушительной силы.
Вообще мир Земли довольно уникален в своем аспекте сильных оборотней и вампиров. На том же Араоне, чтобы блохастый обрел мощь, должно пройти не одно десятилетие. Как, впрочем, и любой из кровососов. Первые осознают своего внутреннего зверя, знакомятся с ним, постигают, а после либо подчиняют, либо принимают. Бесконечные тренировки и контроль, контроль, контроль. Со вторыми всё немного по-другому, но суть та же. Набраться сил, путем изучения магии и поглощения крови более сильных созданий, аккумулирование энергии и развитие своего энергетического потенциал. И уже после, если повезет, что первые, что вторые, могут совершить качественный рывок, переходя на новую ступень силы.
Здесь же всё пошло немного иначе. Вампиры и оборотни не появились из неоткуда, ведь чтобы появился тот же кровосос, его кто-то да должен был обратить. Тоже самое и с оборотнями: чистокровные не появятся просто «потому что», их должен был кто-то родить.
В случае же Земли всё пошло по линии генов. В какой-то момент в мире стало достаточно энергии, чтобы в некоторых людях пробудилось наследие их предков. Вампиризм, ликантропия или же магический талант. Вот так, просто по щелчку вчерашний бомж из подворотни получает в свои руки силу обращения с огнем. Хотя это я, конечно, утрирую. Как правило, у людей, обладающих действительно мощным наследием и сила воли на довольно высоком уровне, не позволяющим сдаться и оказаться на краю жизни. Именно поэтому среди богатых и влиятельных так много тех, кто обрел силу. Именно поэтому мало что, по сути, изменилось, а у верхушки так и остались те, кто кормился за счет простого люда.
— То есть, в твоем заведении творится черт знает что, — голос с легкой насмешкой от единственной женщины здесь, — а ты стоишь тут весь из себя такой и еще на что-то рассчитываешь!?
Кайманак Ирина Викторовна — седьмая в списке Forbes. И да, не нашего, а мирового. По совместительству маг крови, да такой, что большинство вампиров за пояс заткнет. Отсюда и в свои пятьдесят шесть выглядит лет на двадцать пять. Довольно быстро разобралась в собственных силах, благодаря чему только приумножила своё богатство. И да, огонек и тот мужчина, что чуть ли не заживо запекся, её сын и, непосредственно, муж.
— Ты, мальчик, хоть понимаешь, в какую задницу угодил? — с улыбкой доброго дедушки, заговорил самый старший, если судить по внешнему виду. Этакий добрый дедушка с густой седой бородой и взглядом алых глаз. Вампир, что довольно близко подобрался к статусу Князя, но пока еще не в состоянии сделать этот шажок. — Тебя здесь никто не знает и лишь то, что тебя что-то связывает с Кшитовским, да наличие здесь Крылова, позволяет тебе еще дышать, а не ходить под себя и тихонько хихикать.