– В высшей степени неосмотрительно.
– Скажи лучше что-то, чего я не знаю.
– Летательный аппарат генерала Иуэ приземлился две минуты назад.
Я вздохнул:
– Теперь, наверное, мне нет смысла надевать скафандр?
– Разумеется, есть! – пылко возразила Лира. – Пока что, похоже, вы ничего не подцепили. Но это не значит, что не подцепите в будущем, если продолжите дышать местным воздухом и тем, что в нем летает.
– Вынужден согласиться с ксенобиологом.
– А твоего согласия никто не спрашивал, жестянка, – грубо сказала она.
– Вообще-то, госпожа Недич, я спрашивал именно его. Останьтесь здесь. Вам запрещается выходить наружу. В этот раз я пойду один. В скафандре.
Как и в прошлый раз, мы встретились в таэдском воздухолете. Войдя в него, мы становились невидимы для внешнего мира. Генерал был один, даже его водитель вышел.
– Рядом с нашим звездолетом появились солдаты, – осторожно сказал я.
– Да. Они вас охраняют. Противнику стало известно о вашем прилете, так что надо обезопасить вас на случай, если вражеские диверсанты попытаются атаковать.
– Я заметил также, что на склоне установлено орудие.
– Да, самое лучшее. Для защиты вас от угрозы сверху. Если вражеский воздухолет приблизится, он будет сбит, можете об этом не беспокоиться.
«Это орудие без труда собьет и “Отчаянный”, если мы попытаемся улететь, не выполнив свою часть договора», – заметил Гемелл.
Но это я понимал и сам.
Иуэ заговорил, и еще до того, как Гемелл перевел, я уловил напряжение в тоне генерала.
– Как скоро ты собираешься проникнуть на Белый Объект?
– Мы пока еще готовимся.
Сказать «никогда» у меня не хватило духу.
– Началось наступление врагов в направлении Белого Объекта. Не знаю, сколько еще ты предполагал готовиться, но должен поторопить тебя.
– Да, конечно…
– И еще кое-что. Я полностью доверяю тебе, но не все командиры думают так же. Есть те, кто сомневается в вашей способности проникнуть на Объект. Говорят, что ты меня одурачил. Из-за больших потерь обстановка накалилась. Если ты не сможешь выполнить свою часть договора, боюсь, я не смогу защитить тебя и твою команду. Поскольку меня казнят, а потом то же сделают и с вами.
Я оцепенел. Насчет смертной казни мы не договаривались!
– Не беспокойся об этом, – продолжил генерал. – Если вы выполните свою часть договора, любые потери будут оправданы. Любые!
«Скажи, что ты уверен в успехе».
«Я не уверен!»
«Что ж, врать грешно. Тогда скажи, что сделаешь все необходимое».
«Но я и в этом не уверен».
«Ну, тогда скажи, что ничего не получится, и готовься к смерти».
– Я… мы абсолютно уверены в успехе и сделаем все необходимое, просто нужно чуть больше времени.
– Сколько?
Я ляпнул первое, что пришло в голову:
– Два дня.
– Ты их получишь. Каждый цикл мои солдаты гибнут, чтобы сдержать наступление врага. Но мы выстоим. Если вы проникнете на Белый Объект, никакая цена не будет слишком высока.
– Герби, катастрофа! Послезавтра мы должны проникнуть в гексагон, иначе генерала казнят, а потом и нас! И улететь мы не можем, поскольку зенитка на холме наверняка собьет нас при попытке взлета! Пожалуйста, скажи, что ты нашел что-то, способное помочь нам попасть внутрь!
– Я нашел что-то, способное помочь нам попасть внутрь.
– Это… – Я опешил от неожиданности. – Ты в самом деле нашел или просто повторяешь за мной?
– Я кое-что заметил на видеозаписях с дрона, – сообщил Герби. – Полагаю, это может быть полезно.
– Показывай.
Он перевел видео на мой экран. Поначалу я не понял, что привлекло его внимание, – на первый взгляд все в кадре выглядело как обычно. Небо, горы, гексагон, трава и кусты, пробивающиеся между заржавевшими доспехами… Однако андроид подсказал, куда смотреть, и прокомментировал:
– Вот здесь мы видим птицу, сидящую на крыше. А вот другая запись, на которой можно заметить мелкого зверька, копошащегося в траве перед самыми воротами. Это означает, что охранная система не реагирует на биологические объекты, которые относит к животным и птицам. Насколько я понимаю, человеческого вида нет в базе данных Хозяев, поэтому вы сможете безопасно подойти к воротам, если будете выглядеть и вести себя как животное.
«Верно, – сказал Гемелл. – Неразумные биообъекты обычно не представляют угрозы. Их отстрел был бы неоправданной тратой энергии и боеприпасов».
– Но наш вид разумен, – произнес я вслух, отвечая им обоим.
– Смею заверить, капитан, людям прекрасно удается скрывать это.
«Согласен», – вставил Гемелл.
– На мне не должно быть никакой электроники, – догадался я, вспомнив, что все трупы таэдов по периметру были в высокотехнологичных доспехах.
– Не только. Ничего вообще связанного с цивилизацией, включая одежду. И передвигаться лучше на четвереньках.
Я испытал противоречивое чувство – одновременно радость от получения первого рабочего варианта решения проблемы и ужас при мысли о том, что мне придется ползти на четвереньках голым под дулами орудий.
«Недосущество нашло хороший вариант!» – одобрил Гемелл.
– Что ж, предположим, я смогу добраться до входа. Что дальше?
– В вашей памяти нет каких-либо кодов, открывающих дверь?
– Нет. Смотритель здесь никогда не был.
– Тогда это проблема.
«Войти несложно. Нужно воспользоваться переместителем. Он создаст дверь где угодно».
«Но оборонная система уничтожает любое технологическое устройство».
«Не любое. Только те, что не созданы Хозяевами».
«Однако если я понесу технологическое устройство Хозяев, то уже не буду похож на животное с точки зрения оборонной системы».
«Да. Поэтому переместитель нужно доставить к дверям независимо от тебя».
– Кажется, у меня созрела идея, – объявил я роботу и кратко рассказал план, согласно которому Герби должен бросить «гантель» ко входу в Белый Объект, а я тем временем под видом животного приближусь ко входу и, схватив переместитель, немедленно проникну внутрь…
Мы с Герби и Гемеллом долго обсуждали план, подвергая его критике, уточняя детали. И по мере обсуждения я все больше начинал верить, что у нас получится. Но все же на душе было неспокойно, и андроид это заметил.
– Вас что-то еще смущает в плане.
– Довольно многое, но есть вещь, которая совсем выбивает из колеи. Придется ползти голым! Мы ведь это все запишем на видео, и когда-нибудь его увидят другие ученые…
– Видео можно отредактировать, так что ваши половые органы будут не видны, – заверил Герби. – Я сделаю это очень быстро.
– Понимаю, как глупо это звучит, но… Проблема не в тех, кто смотрит, проблема во мне. В моих комплексах. Однако, чтобы пересечь площадку, мне потребуется максимальная концентрация. И очень досадно, что собственная нагота будет отвлекать и вводить меня в смущение. Не знаю, хоть бы набедренную повязку надеть, и я мог бы не заморачиваться… Как думаешь, можно ли с набедренной повязкой?
– Да, если она сделана из телесных материалов.
– Каких, например?
– Волосы.
– Ну, столько волос у меня нет.
– Необходимым количеством и длиной волос располагает ксенобиолог Недич.
Я захохотал.
– Вряд ли она согласится отдать свои волосы для моей набедренной повязки, – сказал я, отсмеявшись.
– Почему? Это восполняемый ресурс, и притом для нее не являющийся функционально необходимым.
– Знаешь, Герби, а ты очень хорошо сформулировал. Может, ты поговоришь с ней об этом?
– Не было еще ни одного случая, когда она бы меня послушала. Я всего лишь глупая жестянка. А вы человек и к тому же ее начальник. Гораздо больше шансов на успех, если она услышит идею от вас.
– Не думаю. Не в этом случае, определенно. Ладно, видимо, мне придется как-то преодолеть свой комплекс наготы.
«Разумеется, – сказал Гемелл. – Такая акцентуация на одежде попросту нелепа».
«Ну да, тебе легко говорить. Насколько помню, ты вообще ничего не носил».
С Лирой мы снова встретились в медпункте, куда она меня вызвала для повторного осмотра. Ксенобиолог по-прежнему была в скафандре.
– Все показатели стабильны, – резюмировала она. – А выглядите даже лучше, чем утром. Хорошие новости?
– Можно и так сказать. Кажется, у нас есть план проникновения на объект.
Я быстро посвятил ее. Лира была настроена скептично:
– А насколько большими были животные, которые запечатлены на видео?
– Кажется, не больше моего кулака.
– А что, если с крупными животными оборонная система будет более строга?
– Надеюсь, что нет. Отстрел животных был бы напрасной тратой боекомплекта.
– А что, если система считывает церебральную активность и по ней определяет, разумно ли существо?
«Гемелл, такое возможно?»
«Да. Я не знаю всех нюансов обороной системы».
Ответ меня совсем не вдохновил, и я помрачнел.
– Боюсь, что последнее можно проверить только на практике, – сказал я.
– Риск слишком велик. Не лучше ли поискать другую базу?
– Она будет оборудована такой же системой обороны. На кону жизнь моего друга и… много что еще. – Я не стал рассказывать, что еще и наши жизни. – Я должен попробовать. Разумеется, на случай моей смерти будут оставлены инструкции. Герби поможет вам покинуть эту планету и вернуться домой.
– Это очень мужественный поступок с вашей стороны, – сказала Лира, глядя на меня с искренним уважением. – Если я могу чем-то помочь, пожалуйста, скажите.
Она отложила медсканер и уселась на стул напротив меня.
– Не беспокойтесь, у вас и так много работы.
– Все ерунда по сравнению с тем, что предстоит сделать вам. Я серьезно: чем я могу помочь?
– Ну, раз вы спросили… – Поколебавшись, я все же решился: – Есть одна проблема… скорее, психологического плана, но боюсь, что она будет отвлекать меня тогда, когда потребуется максимальная собранность. Как я сказал, чтобы сойти за животное, на мне не должно быть ничего, связанного с цивилизацией.