– Я рисковал жизнью, чтобы добыть этот артефакт, – сказал я Келли. – Полз голышом посреди поля боя. Так боялся, ты даже не представляешь… Жрал кусты по пути! Но все же дополз. И все это не ради неккарцев. Не ради науки. Ради тебя. Как иронично, что ты атаковал меня именно тем устройством, которым я вернул тебя к жизни… Думаю, ты в чем-то прав, я был плохим другом. Но все же я был другом. В этом мире не так легко найти тех, кому ты будешь дорог. Ты был дорог нам, Келли. Жаль, что все так закончилось.
Он поднял голову и посмотрел мне в глаза. Без вызова и без страха, открытым взглядом.
– Серега, я просто хотел уйти. Ничего не должно было произойти ни с Герби, ни с Лирой. Я бы тихо исчез, а ты продолжил бы свою счастливую жизнь. Я хотел все оставить тебе, кроме этих двух хреновин и части неккарских находок. Меньшей части! Ты, конечно, позлился бы из-за них какое-то время, но ты ведь можешь найти тысячи таких. Так я думал. Но Герби… а потом Лира… Я не оправдываю себя, но я действительно ничего такого не хотел. Это просто несчастный случай…
– Нет, Келли, все произошло не случайно. Думаю, Бог допустил это, чтобы каждый из нас увидел, что он из себя представляет на самом деле.
– И как, ты увидел? Там, на первом этаже?
– Да. А ты?
Он опустил взгляд и ничего не ответил.
– Здесь должен быть холодильник, – сказал я. – Отнеси туда руку, чтобы она сохранилась до прихода врачей. Тогда они смогут ее пришить.
Келли вскинул голову и недоверчиво посмотрел на меня. Кажется, он и впрямь решил, что я его убью.
– Не собираюсь я тебя убивать! – сказал я, поднимаясь. – Просто не хочу больше видеть. Иди давай.
Бывший друг подобрал с пола свою руку, и это выглядело ужасно. Однако во всем его виде сквозило облегчение. Он встал, осторожно прошел между неподвижными таэдами и ускорил шаг, направляясь к выходу. Уже у самого проема Келли остановился и посмотрел на меня.
– Передай Лире, что я очень сожалею, – сказал он.
– Да кому сдались твои сожаления? Попроси прощения, как мужик! Не передо мной, перед Лирой.
Он помолчал, прежде чем выговорить:
– Я прошу прощения. Перед Лирой. И перед Герби. Передай им.
– Герби я не смогу ничего передать. Он не подлежит восстановлению.
– Что? Как это?
– Ты должен был знать, что с ним сделает эта штука, которой ты его вырубил. Она была создана специально под него.
– Нет! Я не знал. – Он выглядел растерянным. – Я получил ее от Чавалы. Он лишь сказал, что это на крайний случай… Нет-нет, конечно, его можно восстановить. Покажи его мастеру!
– Уже показал. Ничего нельзя сделать. Ты не просто вырубил Герби. Ты убил его.
Келли ошарашенно смотрел на меня. Рот его открылся, словно собираясь что-то сказать, но потом он сглотнул, развернулся и исчез в дверном проеме. Несколько секунд я смотрел в ту сторону, вспоминая обо всем, что связывало нас с Келли. А затем подошел к Боссу.
– Сергей, я тоже прошу прощения за все, в чем провинился перед вами! – пылко сказал он.
– Отрадно слышать. Но, к сожалению, вас я отпустить не смогу. Это слишком опасно.
– Совершенно неопасно. Я даю слово, что даже в мыслях не потревожу вас!
– Вы действительно думаете, что я зашел так далеко, чтобы просто уйти, поверив вам на слово?
Босс вздохнул и, задумчиво глядя на меня, сказал:
– А вы сильно изменились со времени нашей последней беседы.
– Во многом благодаря вам. И хочу стать последним человеком, которого вы изменили.
– Очевидно, у вас сложилось невысокое мнение обо мне. Это понятно. Но подумайте вот о чем. Несмотря на свои угрозы, я не стал трогать вашу семью, хотя прекрасно знал, где живут ваши мать и сестра. Потому что у меня есть принципы! Так что да, моему слову можно верить.
– А это было разве не из-за того, что нападать на семью офицера Космофлота чревато серьезными последствиями? Особенно когда они под защитой Спецконтроля? Впрочем, благодарю за то, что не тронули мою семью. И поэтому я не убью вас.
– Спасибо!
– Мне нужно, чтобы вы кое-что сделали для меня.
– Что именно?
– Во-первых, напишите всем, кого направили за мной, что заказ снимается.
– Конечно. Могу я взять планшет?
– Да. Медленно, без резких движений.
Босс взял планшет со стола, включил его и повернул так, чтобы мне было видно. Он действительно разослал письмо с отменой заказа некоему кругу адресатов, хотя я не мог проверить, тем ли он отослал, кого натравил на меня, и всем ли.
– Теперь еще кое-что. Сотрите во всех ваших базах данные обо мне, об «Отчаянном» и о нашем полете на астероид. Включая то, что вам рассказал Келли.
Босс подчинился беспрекословно. Хотя и тут я не мог достоверно знать, действительно ли он удаляет все. По крайней мере, он уберет то, что легко найти. А моя задача в том, чтобы усложнить работу Спецконтролю, который, несомненно, очень скоро будет рыться в файлах Босса.
Я задумался над тем, сколько времени прошло с начала штурма. Минут пятнадцать? Странно, что еще не звучат сирены полиции. Неужели никто так и не вызвал ее? Или полиция еще в пути? Как быстро она реагирует на Сальватьерре? Хорошо бы успеть уйти до их прибытия!
– Я все удалил, – сообщил Босс, опуская планшет на стол.
– Большое спасибо! Как я уже сказал, я не убью вас. Однако и оставить в живых тоже не могу.
– Почему? Вы победили и знаете, что я ничего не осмелюсь сделать против такой силы, которая есть у вас!
– Дело не просто в том, чтобы победить. Я хочу освободить этот город от вас. И все города и планеты, где вы держите руку на пульсе криминальной жизни. Могу представить, сколько людей страдает из-за вас прямо сейчас. Сотня? Тысяча? Было бы слишком эгоистично с моей стороны решить только свою проблему, когда я могу решить проблемы тысячи людей за раз. Уменьшить зло в этом мире…
– Не тысяча, и даже не сотня! Поверьте, я могу…
– Это был риторический вопрос. А вот вопрос практический: что делать с человеком, которого нельзя ни убить, ни оставить в живых? Какое-то время эта задача казалась нерешаемой, пока я не осознал, что решение очень простое. И оно у меня сейчас в руке.
Я поднял скипетр.
– Сергей, не надо! – Босс отпрянул, когда понял, о чем я.
Таэды вскинули стволы, реагируя на резкое движение. Лысый человек затравленно смотрел на них, переводя взгляд с одного на другого. Он выглядел таким жалким, что даже было странно при воспоминании о том, как долго я его боялся.
– Это не навсегда, – заверил я, приближаясь. – Когда-нибудь я приду и разморожу вас. Возможно, это будет мой потомок. Но освобождение обязательно состоится.
– Нет, пожалуйста!
– Это не больно. Я только что проверил на себе. Просто у вас появится время все как следует обдумать.
Я стоял прямо напротив него.
– Сергей, у меня есть для вас уникальное предложение, – начал Босс и не закончил, потому что я сделал резкий выпад, орудуя скипетром, как мечом. Артефакт уткнулся в его грудь. Как раз там, где был вышит дракон на кармане.
Так он и застыл с открытым ртом, собираясь высказать свое предложение…
Вот и все.
Мне удалось добиться цели. Босс обезврежен. Артефакты возвращены. Я победил. И при этом никого не убил. Никто из таэдов не пострадал. И даже разговор с Келли принес какое-то интеллектуальное успокоение, ясность.
Можно сказать, что это совершенная победа. И я пришел к ней сам, без Гемелла.
Я развернулся к Оаэа и покрутил пальцем в воздухе. Мы здесь закончили.
Выйдя из комнаты Босса, я попрощался с мистером Свачи. Спускаясь по лестнице на первый этаж, я вновь увидел лежащих на полу охранников и Сидни. Но куда-то пропали их отрезанные руки и ноги.
– Что с вашими конечностями? – спросил я.
– Гость Босса перенес их в холодильник, – жалобно ответил Вир. – Чтобы сохранить до приезда врачей. Сэр, вы закончили? Вызовите, пожалуйста, скорую!
– Да, конечно.
Достав планшет, я сделал вызов. Крикс и Сидни молча смотрели на меня. Глаза девушки были красными от слез. Пабло уставился в пол.
– Врачи уже в пути! – бодро сообщил я. – Скоро будут.
Еще раз взглянув на Сидни, я направился к ней, чтобы поправить пеньюар и прикрыть обнаженную грудь. Так она будет чувствовать меньший дискомфорт при появлении медиков. Девушка в ужасе заелозила по полу, пытаясь отползти.
– Не трогай ее, урод! – взревел Крикс.
Я повернулся к нему, и здоровяк неожиданно сник под моим взглядом.
– Пожалуйста… – тихо попросил он.
При виде этого мне пришла в голову кое-какая мысль.
– Это как ваши дружки собирались не трогать мою жену, да? Я могу сделать с Сидни абсолютно все, что захочу. – Мой голос звучал бесстрастно. – Она пыталась убить меня и заслуживает наказания. Разве нет?
Я замолчал, чтобы дать ему время осмыслить сказанное. В помещении повисла гробовая тишина. Даже Сидни умолкла, закусив губу.
Затем я продолжил:
– Но если прислушаюсь к вашей просьбе, вы это оцените, мистер Крикс?
– Да! Клянусь!
– И не попытаетесь найти меня и отомстить, когда выздоровеете?
– Нет! Я… я буду твоим должником… вашим должником, сэр.
В опустившейся тишине, под общими взглядами я осознал уникальность момента. Здесь и сейчас я решаю судьбу человека. Сидни. Жить ей или умереть – зависит от моего слова. Это максимальное выражение власти, и даже под ферусеном я почувствовал отголосок пьянящего чувства. Каково же оно должно быть без ферусена? Неудивительно, что многие подсаживаются на него как на наркотик. Не этим ли был движим Босс в большей степени, чем жаждой наживы?
Но мне это не нужно. Я лишь хочу, чтобы все происходящее здесь перестало быть частью моей жизни, превратившись в постепенно блекнущее воспоминание.
– Хорошо. Я принимаю вашу клятву. Теперь вы мой должник, мистер Крикс.
Повернувшись к двери, я покрутил пальцем в воздухе, давая команду воинам. То, что все люди в помещении смотрели на меня со страхом, было непривычно.