Которую девушка не смогла остановить, даже когда наружная дверь автозака открылась и внутрь ловко запрыгнул Матвей Кравцов, а следом за ним – Володя.
Те самые якобы подельники Елены Осеневой, участвовавшие в зверском убийстве Кирилла Витке.
А вот кстати о Кирилле.
– А хгде… ик… хгде Кирюха? – с трудом смогла продавить сквозь хихикание Лена. – Мне же объе… обща… сказали, что Кирюшка жив, и он с вами… тут вот… быть должен… ик!
– О-о-о, – усмехнулся Матвей, помахав перед носом ладонью, – ну и духан здесь! И парнишки в очень загадочных позах застыли. И Аленка в дрова почти упитая. Мы вам случайно не помешали веселиться, а?
– И ниче-ик-го не упитая! Я всего пару глотков сдела-ик-ла… Чтобы расба… раста… расслабиться, вот! А закуски, – Лена жалобно развела руками, – нетути! А что до этих вот самчиков, – она махнула рукой на несостоявшихся героев-любовников, – мне сказали машину остано-ик-вить, я сделала! А как – не по фиг ли?
– И часто ты так вот свои проблемы решаешь теперь? – в глазах Матвея мелькнула легкая брезгливость.
– Ты о чем? – нахмурилась Лена, пытаясь пробиться сквозь пьяный туман к разуму. Пробилась. Поняла о чем. И, рассвирепев, набросилась на Кравцова, норовя заехать ему твердым кулачком в глаз: – Ах ты!.. Сволочь! Скотина! Да как ты мог! Как ты… да я этих вот… да вы если бы задержались, они бы тоже инвалидами стали! А я не хочу так! Я не хочу только уродовать! Я хочу помогать! Ланке помочь, спасти ее от этих! А ты!.. Такое сказать! Я Ярика люблю, а ты! Гад! Скотина! Мужлан тупой!
– Да перестань ты! – смутился Матвей, с трудом удерживая на расстоянии норовившую хотя бы укусить девушку. – Ну извини, брякнул, не подумав.
– Гад! – Лена все же изловчилась и цапнула Кравцова за палец.
– Блин! Кошка какая-то сумасшедшая, а не девица! – Матвей подтолкнул продолжавшую брыкаться Осеневу к Володе. – Тащи ее в машину!
– Ага, он, значит, девушку обидел, а я – тащи, – проворчал тот, перехватывая Лену поудобнее. – Ну все, Аленка, хватит уже. Нам домой пора.
– Домой? – всхлипнула та, затихая. – Домой… Хочу домой…
Глава 16
Перевод тела в статус мешка с картошкой явно обидел разум. Хотя, если честно, разум был уже нокаутирован паленой водкой, принятой в состоянии тотального стресса на грудь (вернее, на пустой желудок).
Поэтому сразу после волшебного слова «домой» кто-то нажал в сознании девушки кнопку «выкл», и стало темно.
Темно и тихо.
Сколько в единицах времени продолжалось это «выкл», Лена не знала. Да и какая, собственно, разница?
Сначала из анабиоза вынырнул слух. Впрочем, нет – первым толчком к возвращению был именно толчок. Вернее, подброс вверх. Причем баллов на пять по шкале Рихтера. И только потом слух и зафиксировал недовольное:
– Боец, а поаккуратнее нельзя? Как бы банально это ни звучало, но – не дрова ведь везешь! Я чуть язык не откусил!
– А язык за зубами держать надо, командир! – язвительно откликнулся второй мужской голос, с дзыньком высветивший в памяти табло с надписью «Володя». – Понимаю, такая барышня на коленях спит, невольно язык свесишь и слюну пустишь!
– Тонкость твоего юмора, Владимир ясно задничко, может сравниться разве что со стволом столетнего баобаба…
– И опять ты о бабах, командир! Видать, по жене тоска заела, да?
– А кое-кто, сквозь грохот храпа нежно воркующий «Юля, Юленька моя!», мог бы и не возникать! И свое внимание сосредоточить на дороге, а не на пререканиях со старшими по возрасту, званию и положению в обществе! Еще раз в колдобину влетишь – точно подвеска ляснется! И Аленку разбудишь!
– Да ее пушками не разбудишь! Умоталась, бедолага! Я ее едва узнал, была такая холеная кошка, а сейчас – бешеная рысь! Хотя нет – черная пантера! Багира! Худая, глазищи горят, взгляд… Хотя нет, взгляд был пьяненький…
– Ты бы помолчал чуток, парень, – насмешливо прогудел незнакомый низкий голос, принадлежавший сидевшему рядом с водителем мужчине, – пока лишнего не сболтнул и девушку не обидел.
– Так она же…
– Она же уже не спит.
– И давно? – слышно было, как смущенно дрогнул голос Володи.
– А вот как ты превратил на какое-то время наш джип в погремушку, так и не спит. Лежит, прислушивается…
– Задавать нелепый вопрос «А откуда вы знаете?» не стану, – хрипло произнесла Лена, открывая глаза и принимая полувертикальное положение – до этого она лежала на заднем сиденье автомобиля, используя вместо подушки колени Кравцова. – Это ведь вы разговаривали со мной там, в автозаке? Вы кто? Тоже из этих, гиперборейских приблудышей?
– Как она тебя, Андрюха? – усмехнулся Матвей. – С ходу просекла ситуацию! Чувствуется хватка!
– Не хватка, а Сила, – спокойно поправил незнакомец, разворачиваясь лицом к сидевшим сзади. – Позвольте представиться, раз уж господин Кравцов настолько невоспитан, что не сделал этого сам.
– Офигеть! – хрюкнул Володя. – Андрей, ты словно не в райцентре вырос, а как минимум пажеский корпус окончил! Фу-ты ну-ты, ножки гнуты! Будь попроще, и люди к тебе потянутся!
– А мне не надо, чтобы ко мне тянулись все, кому не лень, – спокойно парировал темноволосый кареглазый мужчина лет сорока, внимательно разглядывавший Лену. – Утомительно очень. Так вот, милая барышня, меня зовут Андрей. Я – потомственный белый волхв.
– Кто? Волк?
– Ну-ну, сударыня, не старайтесь казаться глупее, чем есть. Вы прекрасно знаете, кто такие волхвы.
– Что-то типа колдунов?
– Примитивно – да. Не буду вдаваться в подробности, отец вам потом, если вы захотите, все расскажет, но белые волхвы – это охранники, землю русскую от всякой нечисти защищающие. В том числе и от инородной, типа той гиперборейской швали, что сейчас пытается в наш мир прорваться.
– Шустов и Тарский?
– Эти двое – всего лишь носители сущностей сильнейших Верховных жрецов Гипербореи. Хотя надо отдать должное Шустову, он и сам обладает серьезной ментальной мощью, что в тандеме с мощью Верховного жреца делает его почти непобедимым. Он даже меня сумел подчинить, превратив в марионетку и направив против моего отца. [4] Знал, что самостоятельно не сумеет справиться со старейшим белым волхвом, старцем Никодимом, вот и решил схлестнуть нас в поединке. Я ведь от отца способности унаследовал…
– Я это почувствовала, – криво усмехнулась Лена, тоже в упор рассматривая собеседника. – Когда мои конвоиры игру «Замри!» затеяли. Да и наша ментальная беседа впечатлила. Вы со всеми умеете общаться телепатически?
– Нет. Только с обладателями Силы. А в вас, Елена, ее действительно много, даже аура вокруг вихрится! Хорошо, что вы на стороне Света, что, в общем-то, нетипично для гиперборейцев…
– Простите, что?! Андрей, вы случаем не бредите? Я – человек, я родилась и выросла на Кубани, мои родители…
– А что это за любопытный медальон у вас на груди фонит?
– Что он делает? – озадачился Матвей, с недоумением рассматривая свитер девушки, на котором не было никакого медальона. – Ты о чем, Андрей? На ней нет ничего!
– Он под одеждой, верно? – усмехнулся мужчина, приняв Ленину игру в гляделки.
– Верно, – кивнула девушка. – И что?
– Вы не ответили на мой вопрос.
– На какой?
– Откуда он у вас?
– Отец недавно привез, когда на свидание приехал. Сказал, что это фамильная реликвия нашего рода и носить его могут только женщины и только тогда, когда у них серьезные проблемы.
– А посторонним женщинам, не говоря уже о мужчинах, к этому артефакту лучше не прикасаться?
– Да, – глухо произнесла Лена, опустив все же глаза. – В первую же ночь соседка по бараку попыталась его украсть…
– И что с ней произошло? – встрял ерзавший на сиденье от любопытства Володя.
– У нее сгорели руки. Почти до кости.
– Ни фига себе бусики! А ты сама не обгорела?
– Нет. И одежда на лейтенанте тоже осталась нетронутой. В отличие от того, что было под одеждой… И запаха горелого тела тоже не было, – тихо продолжила девушка. – А плоть была обугленной. И они так кричали! Я пытаюсь научиться управлять Силой, заключенной в медальоне, но у меня ничего не получается! Я вообще не владею собой! Я умею только калечить и уродовать, а я так не хочу! Мне не надо такой Силы!
– Успокойся, девочка, – мягко улыбнулся Андрей, из глаз которого ушла жесткость, – ты научишься. Тебе просто нужна инициация.
– Что?
– Инициация. То есть выпуск на свободу твоего потенциала. И обучение владению им. Мой отец тебе поможет.
– Тот самый старец Никодим?
– Тот самый. А потом ты поможешь нам всем избавиться от власти своих соплеменников.
– Вы опять? Я ведь уже говорила…
– Аленушка, прими как данность, – тихо произнес Матвей, сжав теплыми ладонями дрожащие руки девушки. – Ты – потомок гиперборейцев. Потомок с максимально чистой – насколько это вообще возможно – их кровью, причем родившийся естественным путем, без селекции, как это было в случае с Диной Квятковской. Ее появление на свет запланировал Раал. А ты – ты родилась в результате любви, а не насилия. Наверное, так должно было быть, для противовеса. И твоя мама, и твой отец – они оба потомки, пусть и с почти утраченным генофондом. В результате соединения двух ослабленных ветвей появилась ты – с максимально подобной предкам генетикой. Но с человеческой душой. И это – главное. С твоей помощью мы сможем очистить наш мир хотя бы от части Тьмы. А еще ты вылечишь Кирилла. Только ты, никто другой не может ему помочь. Даже Никодим.
– Но почему?
– На нем заклятие Гипербореи. И люди не в силах ему помочь.
– А я, значит, нелюдь? – криво усмехнулась Лена.
– Не говори ерунды, девочка, – твердо произнес Андрей. – Ты – человек.
Глава 17
Они ехали без остановки – если не считать заправок – до самого вечера, торопясь убраться подальше от брошенного автозака.
До колонии, в которую везли Лену, оставалось опасно мало пути, от силы километров двадцать. И когда автозак не прибыл вовремя, а конвой не отзывался на вопли по рации, само собой, навстречу выслали взвод охранников.