— Или идите сейчас же кушать, или я убираю всё со стола. Дня им не хватает: всё обсуждают и обсуждают... И главное — что бесит: ведь вы искренне думаете, что полезное дело делаете?
— А по-твоему — нет? — возмутился Друян.
— Если вы его действительно делаете, почему преступность растёт? — спросила Зоя, глядя на друзей невинным взглядом.
Наблюдая, как мужчины с аппетитом расправляются с варениками, она спросила у Кирикова:
— Денис, а тебе не кажется, что пора жениться? Не надоело ещё в общежитии жить?
— Ещё и как надоело, Зоя. Шестой год уже там толкусь... Как после училища поселился, так и застрял.
— Так в чём дело? Девушку не подыщешь или ждёшь, пока майорскую звезду получишь?
— Ни то, ни другое, — подцепил на вилку очередной вареник капитан. — Тут проблема другая: для того, чтобы жениться, — квартира нужна, а чтоб квартиру получить — надо семью иметь. Вот такая шарада! — зло закончил он.
— Ну, теперь ты её можешь решить за три дня, — подмигнул ему Друян. — Было бы желание...
— Это будет зависеть от того, купишь ты себе шахматный столик или нет, — огрызнулся капитан.
— Какой столик? — спросила Зоя, с недоумением посматривая то на мужа, то на гостя.
— Не обращай внимания, — улыбнулся Сергей Викторович, — он шутит.
— Шутки у вас какие-то... — обиженно сказала Зоя, понимая, что от неё что-то скрывают.
— Милицейские! — расхохотался Денис Николаевич.
Три дня не такой уж и большой срок, если даже с нетерпением ждёшь его окончания. Сергей Викторович теперь не заходил после работы в сквер, хотя и понимал, что это не более чем наивная попытка избежать нежелательной встречи с посланцами преступной группы. Если у них возникнет нужда, то они, без сомнения, сумеют так выбрать удобное место и время, что от разговора невозможно будет уйти. Смогли же они среди белого дня остановить на оживлённой магистрали машину капитана Кирикова и сказать ему всё, что им было нужно. Версия о том, что они его заранее поджидали там, отпадает: никто не знал, поедет он в тот день к ресторану или нет. Да и сам ресторан был закрыт, а на стоянке возле него только одно случайно завернувшее туда такси.
«Случайное ли? — подумал Друян. — Шофёр же сам проговорился, что табличка на дверях висит не первый день. Значит, его кто-то нанял постоянно там дежурить! — пришёл он к выводу. — Таксист и «волги» вызвал по рации, когда Кириков туда приехал. Вот только навряд ли они из гаража облсовета, — усомнился Сергей Викторович. — И по времени они не успели бы туда доехать от города. Значит, были где-то неподалёку. А номера скорее всего фальшивые... А может, кто-нибудь из этой группы работает в облсовете? Там же отделов уйма... а с рацией... Может, и не таксист вызывал, а кто-нибудь из этой компании заперся изнутри и наблюдал. Дожили, бандиты с рациями работают!»
И ещё одолевали тревожные мысли о семье. Зловещая фраза незнакомца, сказавшего ему в сквере: «А у вас, к тому же, растёт сын...» — не давала покоя ни днём ни ночью. Отправить Зою с Кириллом куда-нибудь подальше от города к своим или её родным, прежде чем истекут отпущенные ему три дня, он уже не успеет. Можно, конечно, нажать, чтобы ей без обычных проволочек дали отпуск, но тогда она сама, встревоженная этой поспешностью, взбунтуется и никуда не поедет. Тут и думать нечего. Единственное, что Друян смог сделать, — это уходить несколько раньше с работы и торопливо, пересаживаясь с трамвая на трамвай, успевать в детсадик к концу рабочего дня, когда родители начинали приходить за детьми. Он забирал сразу обоих — сына и жену — благо парикмахерская, в которой работала Зоя, находилась невдалеке от детсада. Но жену всё же предупредил, чтобы она брала отпуск. «Я должен вот-вот освободиться, — врал он ей, не смотря в лицо, — всё уже согласовано. Кое-какие мелочи подчищу, и — всё.»
А в глубине души надеялся на то, что возможная беда пройдёт где-то стороной, не затронув его семью своим чёрным крылом. Не могут же они сразу, вот так, причинить зло невинному человеку? Тем более — ребёнку! Но здравый смысл подсказывал: «Могут!» Оставалось надеяться на то, что к нему обратятся ещё раз, назначат новый срок, а тем временем Зоя и Кирилл уже будут далеко.
Рабочий день перевалил на вторую половину, когда какой-то незнакомый голос сообщил Друяну по телефону, что возле монастыря найден труп молодого мужчины.
— Вы ошиблись номером, это не мой район, — спокойно ответил Сергей Викторович. — И анонимные звонки...
— Правильно, район не ваш, — согласился с ним неизвестный собеседник, — но убитый интересует именно вас. Особенно его пистолет.
— Какой пистолет? — спросил Друян, но незнакомец уже повесил трубку. Сергей Викторович тут же набрал номер капитана Кирикова.
— Я уже знаю эту новость, — ответил Денис Николаевич, выслушав следователя. — Несколько минут назад и мне об этом сообщили. Я сейчас подъеду к тебе и проскочим на моей машине туда. Наш район, не наш, всё равно нужно посмотреть, что за сюрприз они нам приготовили. Ты выходи к подъезду, я быстро.
Убитый лежал на спине рядом с глухой монастырской стеной. Одет он был в простенький поношенный костюм коричневого цвета. Ворот клетчатой рубашки — расстёгнут. Голова, с упрямым ёжиком волос, неестественно откинута вбок, почти касаясь плеча. Никаких видимых следов борьбы ни на одежде убитого, ни вокруг него не было. Пострадавший, очевидно, не ожидал нападения, и смерть застала его внезапно. В десятке метров от стены начинался крутой спуск к реке, заросший густым кустарником и одиночными деревьями. Невдалеке стояла милицейская машина и «скорая помощь». Чуть дальше — видавший виды «жигулёнок». Обе передние дверцы полуприкрыты.
— А вы сюда какими судьбами? — удивлённо спросил Друяна молодой рыжеватый следователь. — Это же не ваш район.
— Нам уже об этом говорили, — огрызнулся Сергей Викторович. — Пистолет у него был? — кивнул он в сторону убитого.
— Ещё не обыскивали, — ответил рыжеватый. — Пока что судмедэксперт колдует...
— Если есть, то в нём не хватает двух патронов, — уверенно предсказал Сергей Викторович.
— Может, вы нам заодно подскажете, кто это такой? — язвительно спросил следователь.
— Подскажем, — спокойно ответил Кириков, успевший хорошенько рассмотреть пострадавшего. — Это бывший боксёр Анатолий Таран. Последнее время работал грузчиком в гастрономе на Короленко. Только вот почему он один? — задумчиво сказал капитан. — Обычно он всегда с товарищем вместе был...
К группе беседующих подошёл судмедэксперт. С трудом стаскивая с рук прилипшие медицинские перчатки, будничным голосом доложил:
— Ножевых или огнестрельных ранений нет. Признаков удушения — тоже. Смерть наступила вследствие перелома шейных позвонков после удара тупым продолговатым предметом. Предположительно железным прутом. Окончательный диагноз — после вскрытия. Можете им заниматься, я закончил. Фотограф, кажется, тоже.
— А-а-а... Старые знакомые, — злорадно протянул капитан Кириков, увидев, как из подъехавшей машины, вслед за старшим лейтенантом, выпрыгнул сержант с розыскной собакой. — Пёсика на прогулку привёз? Правильно сделал, погода хорошая, пусть разомнётся.
— Вам бы всё шутить, товарищ капитан, — сердито проворчал проводник. — Собака не виновата, приедешь на место, а там всегда всё затоптано.
— Да и жульё какое-то несознательное пошло, — сочувствующим тоном поддержал его капитан. — Нет, чтобы записку оставить, где живёт и когда дома будет.
— Ладно, пошли... — пригласил коллег молодой следователь. — Посмотрим, что там у вашего знакомого в карманах. А ты, сержант, проверь со своим псом кустарник на склоне, может, найдешь, чем этого боксёра уложили. Искать надо, предположительно, железный прут. Или монтировку... — посмотрел следователь на полуприкрытые дверцы «жигулёнка».
Сержант подвёл собаку вначале к потрёпанным «жигулям» и, открыв полностью дверцы, приказал ей обнюхать сиденья. Затем пёс сделал несколько небольших кругов возле лежащего Тарана, и, повизгивая от нетерпения, зигзагами пошёл вниз по склону. Рыжеватый следователь присел возле пострадавшего на корточки и стал тщательно осматривать его одежду. Начал с брюк. Когда очередь дошла до пиджака, то в одном из его внутренних карманов следователь обнаружил пистолет.
— Ну вот! — удовлетворённо сказал Друян. — Когда в лаборатории вынут магазин, там будет не хватать двух патронов. Пари никто не желает?
— Оружие у него могло быть, но вот насчёт того, что он снайпер... — задумчиво сказал капитан, понимая, какие два патрона имеет в виду Друян. — Сергей! — обратился он к нему. — Ты, наверное, оставайся здесь до конца, а я поехал.
— Куда?
— На Короленко... В гастроном, — ответил капитан, направляясь к машине.
Уже захлопывая за собой дверцу, Кириков увидел, как розыскной пёс, ощерив зубы, вытаскивает из куртины кустов отполированную до блеска монтировку. И ещё заметил еле сдерживаемую торжествующую улыбку на лице сержанта-проводника.
Сейчас Денис Николаевич больше всего боялся опоздать. Ему казалось, что шофёр ведёт машину недостаточно быстро, а светофоры на перекрёстках улиц, как назло, встречают их злорадно подмигивающим красным глазом. Уже двое из трёх товарищей-боксёров не выдержали своего последнего раунда — самого жестокого и длинного. И раундом этим оказалась сама жизнь, к схватке с которой их не готовил ни один тренер. И только въехав во двор гастронома, Кириков облегчённо вздохнул: у задней двери магазина Витёк Галей спокойно разгружал машину с продуктами. «Повезло парню! — подумал капитан. — А может, они его не здесь наметили... Теперь уж дудки, не дам!»
— Где Таран? — спросил капитан Галея, отведя его в сторону от машины с продуктами. — Только не виляй, Витёк, — предупредил он его, — времени у меня мало.
— Уехал в перерыв и до сих пор нету.
— Куда?
— Какой-то мальчишка перед обедом прибегал, сказал, что его на улице ждут. Ну, он пошёл. Потом вернулся, завел своего «жигулёнка» и поехал. Сказал, что ненадолго.