— Луиза-Франсуаза ле Блан де ла Вальер де Тристейн по вашему приказа…
На широких ступенях главного корпуса стоял начальник Владивостокской Школы — вполоборота, что-то приказывал посыльной. Но запнулась Луиза не поэтому.
Слева от начальника Владивостокской Школы стояли такие знакомые — и такие невероятные здесь! Сейчас! — профессор Кольбер и ректор Осман.
Ее нашли!
Ура!
Ее все-таки спасли! И теперь она может отправляться домой!
Напрочь забыв, чем грозят обычному человеку ее объятия, Луиза почти уже кинулась на шею землякам — но тут грозно, неприятно, заскрежетало по брусчатке плаца тяжелое копье в левой руке, заказанное Тенрю, врученное на острове Оаху Ашигарой — аватарой Тумана.
И Луиза остановилась на полушаге.
Тенрю!
Ашигара.
Татьяна.
Инес.
Тоне.
Джеймс.
Беркана.
Ирина-пухлая, вечно голодная…
Ирина-длинная, «достань воробушка»…
Алиска мелкая, вредная, «погладь кота»….
Егор!!!
Туда или сюда?
Девушка мелко задрожала, пальцы ее разжались, упавшее копье загремело на камнях. Начальник Школы, углядев сужающиеся зрачки ла Вальер, живо ухватил ее поперек туловища и попросту швырнул в громадный бассейн, вокруг которого, собственно, и строилась Школа.
Луиза ничего этого не почувствовала. Внезапно упавшая темнота рассеялась; теперь Луиза находилась в узком коридоре — клепаная сизая сталь со всех сторон. Только почему-то не холодит ноги. Туда или сюда? Сделав три шага вперед, Луиза толкнула броневую дверь — за дверью оказалась кают-компания, точно как в кино. Длинный стол, белая скатерть, ореховые стулья с гнутыми спинками — жалкая попытка придать немного уюта стальной коробке… На стульях за столом люди — все незнакомые.
Ой, нет. Одно знакомое лицо точно есть!
— Ну, так что ты все хотела у меня спросить?
— Тенрю!!!
— Мы теперь одно целое, — Тенрю улыбнулась. Луиза отдернулась:
— Я же сама видела, как тебе ноги оторвало!
Тенрю деловито придвинула гостье стул:
— Садись. Не дергайся, все расскажу.
Луиза обвела взглядом кают-компанию еще раз, уже начиная понимать. За столом как-то умещалось человек сорок — и мужчины, и женщины. И помладше, и постарше. Пока ла Вальер хлопала на это глазами, одна из девушек поднялась:
— Sorry, я нужна там, на мостике.
— А… Это кто?
Тенрю села напротив, подперла щеки руками — глазки флагмана сразу сделались хитрые-хитрые. Точно как при жизни!
— Это моя-наша аватара в Атлантике.
— Моя или наша? И что значит: мы одно целое? Воспоминания общие? — ла Вальер покраснела. Там, на причале, она не могла оторваться от Егора две или три песни — теперь-то ему объятия канмусу повредить не могли. Он сам был кан… Мусу не годится, это «девушка». Как будет по-японски «парень»? Камень-переводчик только русский знает…
— Нет, не могу даже представить себе, как это!
Луиза повертела головой. Люди не кидались расспрашивать и не лезли здороваться, видимо, доверив общение с гостьей Тенрю. Тогда ла Вальер тихонько поинтересовалась:
— А все остальные здесь кто?
Тенрю снова улыбнулась:
— А это экипаж. И еще все канмусу с позывным «Тенрю», погибшие ранее. Пока в ноосфере существовала единственная «Тенрю», гибель была окончательная. А теперь у нас общий эгрегор.
— Эгре… Что?
Флагман махнула рукой:
— Ну, как бы проекция идеи «Тенрю» на духовный мир. Я сама в этом не очень. Знаю вот, что у него есть воплощения. И теперь их много. Насколько я разобралась, ритуал Призыва — обращение к ноосфере. А обретение Позывного — ее ответ. Ноосфера подключает к выбранной ячейке. Мы все — Тенрю. Просто разные. Физических тел у нас… Так… Три. Атлантика, Бенгальский Залив и Тихий. «Тенрю» на Тихом Океане — это ты и есть.
— Чего-о-о? Так я сейчас корабль?
— Ага. Ты думаешь, чего ради Школа вокруг бассейна построена?
Ла Вальер ошеломленно посмотрела на руки… На тело. Да нет, все обычное. А где же чувства корабля? Или это еще не все?
Тенрю терпеливо пояснила:
— Когда ты во второй форме, и хочешь ощущать себя кораблем — то вот по тому коридорчику идешь наверх, в боевую рубку. А захочешь пообщаться — спускаешься сюда, мы тут все и всегда.
— А вам тут не скучно?
Тенрю пожала плечами:
— Я тут недавно. Не успела заскучать. А остальных я как-то… Хм…
— Тенрю… Ты чего, стесняешься их спросить? Стесняешься — ты?
Флагман хихикнула, не ответив. Луиза вздохнула:
— Так вот откуда вы все новости знаете.
— Ну да. Мы связь держим.
— Но я все-таки видела как ты погибла!
— Я в эту мистику даже не вникала. У нас это так. У парней совсем иначе. У канмусу первой волны вообще что-то третье. Думаю, со временем Осабе-домо разберется и в этом.
— Так я, значит, легкий крейсер «Тенрю». Вот это так да…
Тенрю пожала плечами:
— Не нравится?
— Да причем тут! Просто привыкнуть не могу. Тенрю…
— Что?
— Не покажешь, где что в рубке?
— Боишься? Ты?
Луиза тоже хихикнула:
— А если я случайно залпом? Я же в бассейне посреди Школы!
В бассейне посреди школы — длинный четкий силуэт легкого крейсера Императорского Флота. Только что барахталась девушка. Хлопок — брызги до неба — легкий затихающий звон, как в медную тарелку молоточком — солнце заслоняет многотонный корпус, волна в борт. Извольте получить.
Ректор Осман и профессор Кольбер ошеломленно переглядываются. А они-то считали, что здешние колдуны против Тристейна щенки. А оно вон как. Волк-оборотень тварь жуткая, но хотя бы понятная. Корабль-оборотень… Вот это так спасли девушку! Вот какого чуда в Тристейне точно не хватало. Ух, как обрадуется жених девчонки. А уж чего скажет ее мама… Кому мама — кому боевой маг Карин Стальной Ветер. Ну, Штормовой Ветер — придет голову отрывать, не до тонкостей языкознания будет.
— Это… Это что? — Кольбер, как маг Огня, и как младший, опамятуется первым.
Начальник Школы смотрит на бассейн гордо:
— Курсант ла Вальер по форме два. Легкий крейсер «Тенрю». В переводе — «Небесный дракон».
И, посмотрев на ошарашенных гостей, улыбается:
— К ее розовым волосам прекрасно подходит!