Всё это интересно, но не имеет никакого отношения к нашему главному вопросу – как же все-таки правильно: «церквями» или «церквами»?
Орфоэпический словарь под редакцией Р. Аванесова разрешает выбирать любой из двух вариантов. Кого-то это порадует, кого-то, наоборот, будет только раздражать. Обычно в таких случаях выручает Словарь ударений Ф. Агеенко и М. Зарвы. Но в данном случае любителей определенности ждет разочарование. Загляните и убедитесь: даже этот словарь считает абсолютно равноправными оба варианта. А значит, Москва могла славиться как «церквами», так и «церквями».
Цивильный и цивилизованный
Когда слова похожи, человеку только и остается, что постоянно их путать. То он скажет, что температура в помещении «комфортабельная», а то вдруг заметит, что квартира «комфортная». А надо бы всё наоборот, потому что это температура «комфортная», а квартира, напротив, «комфортабельная».
Таков уж наш язык, да и не только наш, надо думать. Но русский, ох уж этот русский! То ли дело латынь: там было одно симпатичное слово, civilis, что значит «гражданский». В русском языке оно стало основой целого семейства: «цивильный», «цивилизация», «цивилизованный», «цивилистика», «цивилист»…
Цивилистика – наука гражданского права. Цивилист – специалист по гражданскому праву. В обычной жизни мы редко сталкиваемся с этими словами, чего не скажешь о двух других – «цивилизованный» и «цивильный». Причем, «цивилизованный» всё чаще заменяется на «цивильный». А это неправильно!
Слова разные, несмотря на один латинский источник. «Цивильный», собственно, ближе к этому самому источнику. Потому что «цивильный» в русском языке – это гражданский, штатский. «Он сегодня в цивильной одежде» – это вовсе не означает, что он модно одет; просто обычно он ходит в военной форме, например, а сегодня вот в штатском.
«Цивилизованный» означает «культурный, просвещенный, находящийся на уровне данной цивилизации». Помня об этом, трудно будет заменить «цивильный» на «цивилизованный», и наоборот. Тем не менее, всё чаще можно услышать: «Какой он сегодня цивильный!». В общем, слово «цивильный» потихоньку приобретает какие-то новые качества. Что ж, может, со временем и приобретет. Но пока «цивильный» – еще далеко не «цивилизованный».
Цунами
Извержения вулканов, землетрясения, ураганы, цунами… За тревожными заголовками на лентах информационных агентств следуют подробности: о пострадавших, пропавших без вести, об эвакуации, гуманитарной помощи.
Увы, но даже в этих ситуациях нам приходится думать не только о том, что именно сказать, но и как. Например, слово «цунами». Когда мы говорим о нескольких цунами, совершенно неважно, какого рода это слово. «По островам прокатились несколько мощных цунами» – здесь род определить сложно. Но если это один, или одно, или одна цунами – какого рода «цунами» здесь?
Судя по Толковому словарю иноязычных слов Л. Крысина, «цунами» – от японского tsunami (гигантская волна, которая возникает на поверхности в результате сильных подводных землетрясений). Японский термин «цунами» образован из двух иероглифов: «цу» (гавань) и «нами» (большая волна). Получается – «большая волна в гавани». Если это волна, то, значит, «цунами» – это «она»? «Мощная цунами прокатилась по острову»?
Нет, в этом случае русский язык поступил иначе: слово приняло средний род. Словари сообщают нам: «цунами», несклоняемое, среднего рода. Может потому, что так ведет себя большинство несклоняемых слов иностранного происхождения на «-о», «-е», «-и». А возможно потому, что цунами – это не только волна, но и явление (то есть «оно»).
Время от времени снова возникают разговоры о том, что это нелогично: раз «цунами» – волна, то в русском языке слово должно быть женского рода. Может быть, когда-то эта норма и будет пересмотрена, но сейчас «цунами» – среднего рода. «Оно» – «цунами». «Мощное цунами». «Редкое явление цунами».
Ч
Чай, чаи
Без чашки крепкого чая жизнь – не жизнь. Неважно, что там творится за окном – жара или холод, чай позволяет забыть и о том, и о другом.
Кажется, я заговорила рекламными слоганами. А всего лишь хотела рассказать, как у меня дома закончился чай: в большой красивой коробке, где обычно хранится запас, его не оказалось. Пришлось отправиться в магазин. Придя, вижу плакат: «У нас всегда большой выбор фруктовых чаёв». Я задумалась. Что, неужели действительно можно так сказать, «чаёв»?
Слово «чай» простенькое, так ведь? Однако в Орфоэпическом словаре под редакцией Р. Аванесова я с удивлением обнаружила целых четыре определения слова «чай». Во-первых, это растение. Во-вторых, высушенные листья для заварки, напиток. В-третьих, «чай» – чаепитие. И, в конце концов, «чай» – это вводное слово. «Он, чай, и не помнит про нас…»
Вспомните, как мы с вами частенько говорим: «Что-то она там долго сидит, наверное, чаи распивает». Это мы имеем в виду чаепитие, здесь множественное число точно есть. Но есть оно и в том случае, если речь идет о высушенных листьях для заварки (как раз это мы покупаем в магазине). Здесь языковеды говорят о так называемом «специальном употреблении»: могут существовать разные сорта, разные виды чаёв. Сорта чая – это «чаи». Вот, например, в нашем гастрономе продавцы выставили не меньше тридцати разных чаёв – и зелёные, и черные, и фруктовые…
Кстати, аналогичная ситуация с «винами» и «водками»: мы можем сказать нечто вроде «наши российские водки победили на недавнем международном салоне», и словарь находит такое множественное число вполне нормальным.
Хотя лично я вернулась бы к чаю. Пейте чаи, слава богу, есть из чего выбрать!
Черпать
Ох уж эта изменчивая норма! Только мы научились произносить слово правильно и других научили – пожалуйста: какой-нибудь новейший словарь дает прямо противоположную рекомендацию. И как прикажете всё это объяснять?
Возьмем, к примеру, слово «исче́рпать». Долгое время все, абсолютно все словари делали, образно выражаясь, страшные глаза при виде варианта «исчерпа́ть». И Орфоэпический словарь под редакцией Р. Аванесова, и Словарь ударений Ф. Агеенко и М. Зарвы писали, заклинали: только не «исчерпа́ть»! При этом многие мои знакомые, даже филологи, буквально вздрагивали, когда я произносила «исче́рпать», смотрели на меня вопросительно. Мне же ничего не оставалось, как делать строгое лицо и отправлять сомневающихся к словарям.
Зато теперь они могут отправлять к словарю уже меня – например, к тому же Словарю ударений, но уже 2000-го года издания. В нем в качестве правильного варианта зафиксировано ударение «исчерпа́ть»! Он исчерпа́л, она исчерпа́ла, они исчерпа́ли.
Произношение слова «че́рпать» остается при этом неизменным. Он че́рпал, она че́рпала, они че́рпали. Как можно заметить, разговорная норма восторжествовала лишь наполовину, и мы еще посмотрим, кто кого!
Чиновник
Слово-возращенец. Слово-перевертыш. Слово, которое может быть то «хорошим», то «плохим». Судите сами: в современных словарях у слова «чиновник» два значения: во-первых, государственный служащий (столичный чиновник, правительственный чиновник, мелкий чиновник); во-вторых, должностное лицо, которое выполняет свою работу равнодушно и формально (бездушный чиновник). Первое значение совершенно нейтральное, во втором уже есть оценка, и эта оценка явно невысока.
Происхождение «чиновника» прозрачное: государственный служащий, имеющий чин. От древнерусского существительного чинъ (порядок, правило, степень, чин, должность, собрание). Сословие чиновников официально возникло в России с появлением Табели о рангах, которую Петр I ввел в 1722 году. Это был, по сути, закон о порядке госслужбы, в нем перечислялись чины по старшинству, излагалась последовательность чинопроизводства. Все чины подразделялись на три типа – военные, статские и придворные – и делились на четырнадцать классов. При этом чины военные объявлялись выше соответствующих им гражданских и даже придворных чинов.
Что касается отношения к чиновникам, оно с самого начала редко бывало нейтральным. Чиновник-взяточник, чиновник, равнодушный к нуждам просителя – у кого только из русских писателей вы этот образ не найдете! После революции 1917 года Табель о рангах упразднили, сословие чиновников ликвидировали. Людей, которые были заняты в сфере государственного управления, стали называть «служащими» – сначала совслужащими (то есть советскими служащими), потом госслужащими.
Интересно вот что: многие десятилетия «чиновников» как таковых в нашем активном речевом использовании не было, слово использовалось только во втором значении, когда нам требовалось обозначить формально и бездушно действующего служащего. Отрицательный оттенок накрепко въелся за эти годы в слово «чиновник», недаром в одном ряду с ним такие слова, как «чинуша» и «чинодрал» (чиновник-бюрократ). Что касается нейтрального, безоценочного значения «чиновника» как служащего, то оно оставалось исключительно для дореволюционных, исторических сюжетов.
И вот слово возрождают, возвращают в активный оборот. Но значения-то по-прежнему идут рука об руку: нейтральное и оценочное! Посмотрим, какое победит.
Чудить
У вашего ребенка семь пятниц на неделе. Еще вчера он собирался в медицинский институт, а сегодня убеждает вас, что хочет быть журналистом. Вам, в принципе, не так уж важно – что медик, что журналист, но менять планы накануне поступления… Нет, не слушает. Аргументов у вас не остается, разве что воскликнуть: «Ну и чудишь ты, ну и чудишь!» На что получаете ответ:
– И ничего я не чужу! Не чудю… нет, все-таки не чужу. Как это сказать-то?
А вот пусть теперь ребенок думает, как вам ответить. Пусть будущий великий журналист заглянет в словари, справочники… Как там советуют поступать со словом «чудить»?
Дело в том, что существуют такие глаголы (их, к счастью, не так много), которые как бы ограничены в праве образовывать некоторые личные формы. Поэтому их и называют недостаточными. Кроме «чудить» и «победить» есть еще «убедить», «ощутить», «очутиться». У этих глаголов нет формы первого лица единственного числа настоящего или будущего простого времени, то есть нельзя сказать: «я делаю или я сделаю то-то и то-то». Получается нечто неудобоваримое: «я убежу», «я очучусь (или очутюсь)», «я ощущу (или ощутю)».