Самые дотошные сразу обращают внимание на то, что здесь не всё ладно. Ну и правда, кто же, собственно, болеет при эпидемии ящура? Известно, что человек тоже может заболеть, но пока таких случаев вроде не было. Значит, тем более нельзя говорить об эпидемии, потому что эпидемия – это… А вот теперь о том, что такое «эпидемия».
Итак, эпидемия: инфекционное заболевание, которое охватывает широкие круги населения и быстро распространяется. Населения, заметьте, а не поголовья скота! Достаточно вспомнить, откуда это слово взялось. Как уточняет Историко-этимологический словарь П. Черных, во французский язык, а оттуда в русский слово пришло из позднелатинского epidemia, а оно в свое время возникло на базе греческого epidemos, то есть «распространенный в народе». «Эпи-» – это «над», «на»; «демос» – «народ, страна».
Если подходить к вопросу серьезно, то, конечно, в случае ящура или коровьего бешенства следует говорить об «эпизоотии». Это как раз широкое распространение инфекционной болезни животных. Образовано слово было когда-то по такому же принципу, что и «эпидемия»: «эпи-» – «над», «зоон» – «животное».
Есть только одно «но»: это слово узкоспециально, не слишком известно. Поймут ли его, когда услышат в новостях? Даже ведущие новостей воспринимают его как термин. Такие вот сомнения по поводу «эпидемии» с «эпизоотией». Воля ваша, оба они мне не нравятся, поменьше бы их в новостях!
Эпицентр
Редкое слово любители русского языка обсуждают столь яростно, с такими эмоциями, как слово «эпицентр». Это вообще едва ли не самая продолжительная дискуссия из всех мне известных! Она то затухает, то вспыхивает вновь. Стоит услышать, как кто-то в очередной раз в репортаже по радио или по телевизору скажет: «Мы находимся в эпицентре событий», так всё: блюстители языковой чистоты бьют тревогу. Как это «в эпицентре событий»? Это же неграмотно!
И аргументы, на первый взгляд, довольно веские. Вот, к примеру, распространенное мнение, опирающееся на словари иностранных слов: приставка «эпи-» от греческой приставки «на, над, сверх, при, после». Это первая составная часть сложных слов, обозначающая расположение поверх чего-нибудь, возле чего-нибудь.
Так-то оно так. Если подойти к проблеме строго, нельзя говорить, что находишься в эпицентре событий. Нельзя, но… говорят. И, честно сказать, нам не в чем упрекнуть тех, кто так говорит. Толковый словарь иноязычных слов Л. Крысина это значение слова зафиксировал.
Итак, к эпицентру. Во-первых, это геологический термин – область на поверхности Земли, расположенная непосредственно над очагом землетрясения. Во-вторых, это проекция центра воздушного или подземного ядерного взрыва на поверхность Земли. И, наконец, в-третьих, – внимание! – переносное значение этого слова – место, где что-нибудь проявляется с наибольшей силой, наиболее полно. В этом смысле мы с полным правом можем говорить об эпицентре пожара, например. Или об эпицентре событий! Кстати, согласитесь, слово «эпицентр» звучит гораздо эмоциональней, чем нейтральное «центр». Может быть, поэтому журналисты и используют его так активно. И отказывать им в этом, по-моему, неправильно.
Эскимо
У киоска с мороженым стоят три подружки и выбирают. Две уже решились, они берут вафельные стаканчики. Третья, как всегда, хочет эскимо, она может есть его с утра до вечера. «Наверное, ты в прошлой жизни была эскимоской», – смеются подружки.
Эскимоской или француженкой? Шутки шутками, но, если заглянуть в словари, довольно скоро выяснится, что русское несклоняемое существительное среднего рода «эскимо» происходит от французского esquimau. Но что означает французское «эскимо»? Буквально – «эскимосский». Круг замкнулся.
Как и у каждого приличного слова, у слова «эскимо» существует несколько версий происхождения. Одна из них следущая: честь изобретения сорта мороженого «эскимо» принадлежит французу Ш. Жервэ. Вообще-то он в 1920-е годы занимался не мороженым, а производством сыров. Однако потом поехал в Америку и познакомился с тамошним фруктовым мороженым. И тут ему пришла в голову идея облить батончик шоколадом и насадить его на палочку. Продавать эту новинку Ш. Жервэ начал в одном из парижских кинотеатров, где долго шел фильм про Арктику и живущих там эскимосов. Вскоре кинотеатр стал известен всем парижанам, а мороженое с легкой руки некоего остряка стали называть «эскимо-пай» (дословно – «эскимосский пирожок»).
Такова легенда. А в реальности сами эскимосы терпеть не могут это название, «эскимос»! Более того, они считают его оскорбительным! Причина в том, что оно якобы происходит от индейского слова «эскимо» (употребляющий сырое мясо). Эскимосы предпочитают называть себя «юк» (человек) или же «югыт» (настоящий человек). А в Канаде, между прочим, употребление термина «эскимос» запрещено официально! Там эскимосов нет, вместо них «инуиты».
Так что осторожнее с эскимо.
Ю
Юбилей
Юбилеи бывают разные. Двадцать пять, пятьдесят, сто лет. Так-то оно, конечно, так, но на днях я услышала по радио: «Отмечается юбилей, пятьдесят лет, со дня трагической гибели…» Можно ли говорить о юбилее трагических событий?
Нет, нельзя. Обратите внимание, как определяет значение слова Историко-этимологический словарь П. Черных: «торжественно отмечаемая годовщина какого-то выдающегося события, деятельности учреждения, жизни и деятельности какого-либо лица». Но разве трагические события не могут быть выдающимися? Конечно, могут, но только в определенном смысле: они выдающиеся, потому что о них помнят. Однако торжественно, в праздничной обстановке, мы все-таки отмечаем события со знаком «плюс».
Радостный смысл слова «юбилей» (а слово это очень старое) заложен уже в изначальном его значении. Хотя в русском языке оно появилось относительно недавно, в начале XIX века. В то время его определяли как «торжество, празднество, которое иудеи совершали через каждые 50 лет» или как «праздник отпущения грехов в католическом Риме». Однако уже А. Пушкин употреблял слово «юбилей» в его нынешнем значении, говоря, например, о юбилее Царскосельского лицея.
Понятно, что слово это заимствованное и попало к нам, вероятнее всего, из французского языка. Однако первоисточник – новолатинский язык: (annus) jubilaeus – юбилейный год. Сначала это относилось к древнееврейскому обычаю отмечать конец каждого пятидесятилетия празднеством в память выхода евреев из Египта. Латинское jubilaeus происходит от древнееврейского jobel – баран (откуда «бараний рог», «труба»). Видимо, потому что празднество начиналось «трубным гласом». Заметьте, празднество!
Юмор и умора
Умора, юмор, юморист. «Умора» и «юмор» – не от одного ли они корня?
Какой бы соблазнительной ни показалась эта версия, воздержитесь от решительных выводов. Для того чтобы доказать, какие разные слова «юмор» и «умора», нам достаточно будет всего двух словарей – Толкового словаря В. Даля и Толкового словаря иноязычных слов Л. Крысина.
Сначала – «юмор». Что мы, собственно, называем «юмором»? Это такое беззлобно-насмешливое отношение к явлениям жизни. В искусстве, литературе это – изображение чего-либо в смешном, комическом виде. Русское слово «юмор» берет начало от английского humour, а оно, в свою очередь, от латинского humor, что означает «влага, влажность». В Средние века так называли медицинское учение о соках тела, которые определяют темперамент человека.
Теперь – «умора». Смешно, забавно, просто нельзя не хохотать до упаду, умора! Вроде бы похоже на «юмор», правда? Но до чего же они разные! «Умора» – наше, русское слово, которое у В. Даля можно найти в совершенно неожиданном месте, а именно в словарной статье «умерщвлять, умертвить», то есть «лишать жизни». Сначала это кажется чрезвычайно странным, но потом становится ясно, насколько всё логично. Умерщвлять, уморить, уморить со смеху – то есть заставить хохотать чуть не до смерти! «Уморенье», «умор» (что значило «смерть»), а потом уже и «умора» – хохот до упаду, то есть тоже чуть не до смерти. «Уморительный случай», «уморительный человек» – сразу становится понятно, откуда берутся все эти словосочетания.
Ясно также и другое: «юмор» и «умора» не могли происходить от одного корня.
Юр
На юру может стоять человек или, к примеру, дом. Человек может не только стоять, но и сидеть на юру. Или флаг может развеваться на юру. В общем и целом мы понимаем, что всё это означает. «На юру» значит «на открытом месте». Современные толковые словари подтверждают: на юру – это, во-первых, на открытом возвышенном месте, а во-вторых, на виду у всех.
А еще мы точно знаем, что сказать можно только так, «на юру». В крайнем случае – «на самом юру». Без предлога «на» слово «юр» мы не произносим. Так что же такое сам этот «юр»? Тут нам толковые словари, особенно современные, как раз не помощники, надо обращаться к словарям этимологическим.
Слово «юр» (без предлога) действительно было – так называли, по В. Далю, бойкое место, торг, базарную площадь, а еще водоворот или сильное течение. Прячется же существительное «юр» в словарной статье глагола «юрить»: метаться, суетиться, соваться, спешить. Сейчас мы не пользуемся этим глаголом, так же, как существительными «юра́» и «юри́ла» (беспокойный человек, непоседа, егоза) и прилагательными «юро́вый» и «юрова́тый». Зато по-прежнему пользуемся словом «юркий», а оно как раз от глагола «юрить»!
Ну и глаголы «юркать, юркнуть» мы тоже активно используем. Правда, они поменяли ударение, раньше говорили «юркну́ть».
В общем, история у слова «юр» оказалась богатая.
Я
Язык за зубами
«Держи-ка лучше язык за зубами» – такой совет мы можем дать знакомому, который, на наш взгляд, говорит лишнее. И сам же потом от этого страдает. Жалуется: почему вы меня не остановили? А мы напоминаем: предупреждали тебя, попридержи язык, а ты не слушал. А вот бабушка говорила как-то длиннее. Она приговаривала, поглядывая на нас, неразумных: «Ешь пирог с грибами, а язык держи за зубами».