Однако теперь в банках «резидентами» называют вовсе не разведчиков и не дипломатов. Если мы с вами граждане России или у нас есть вид на жительство, и живем в России, то мы – «резиденты». В современном Толковом словаре иноязычных слов Л. Крысина есть специальное указание на то, что «резидент» – это, в частности, банковский термин: клиент, постоянно проживающий на территории этого государства. Это может быть иностранец, а может быть и гражданин страны – главное, что он постоянно здесь живет.
«Резидент» – от латинского residens, residentis (сидящий, пребывающий).
Так что разведка и дипломатия тут ни при чем.
Рейтинг
Пишется «рейтинг», а произносится /рэйтинг/ или /рейтинг/?
Надо сказать, это слово для нашего языка относительно новое. Например, в Орфоэпическом словаре под редакцией Р. Аванесова (1989) вы его не обнаружите. А вот в Словаре ударений Ф. Агеенко и М. Зарвы (1993, 2000) «рейтинг» уже имеется. Рейтинг с мягким согласным «р».
Слово это английское. Rating – оценка, класс, разряд. Что означает rating, хорошо знают, например, шахматисты: это индивидуальный числовой показатель оценки спортивных достижений игрока в списке сильнейших спортсменов мира. Список этот называется rating list (рейтинг-лист).
Второе значение – известный нам индивидуальный числовой показатель оценки популярности организации, группы, лица. Выводится на основе итогов голосования или социологических опросов. Ну и вообще «рейтинг» – это степень популярности известного деятеля.
Любопытно, что у нас это слово стремительно «обрусело» и превратилось в /рейтинг/. Хотя обычно так бывает лишь с иностранными словами, которые используются в языке очень часто и «живут» в нем давно: «термин», «тенор», «федерация». Слову же «рейтинг», чтобы освоиться, хватило каких-нибудь десяти лет.
Впрочем, тот, кто говорит /рэйтинг/, с твердым «р», большой ошибки тоже не совершает. Ведь переход из категории иностранных слов в русские наш «рейтинг» пока не закончил: так или иначе, но чувствуем мы, что слово заморское.
Реквием и панихида
Даже люди, далекие от мира музыки, слышали легенду о том, как Моцарт написал свой знаменитый «Реквием». Как пришел к нему незнакомец, весь в черном, заказал композитору реквием, тот из последних сил сочинял, но уже чувствовал, что пишет эту музыку для себя, на смерть себе самому. Так и не дописал, реквием закончили его ученики. Великий композитор, великая музыка, великая загадка.
Мы же сейчас поговорим о само́м слове «реквием». У тех, кто его слышит или произносит, возникает вопрос, как лучше сказать: «реквием кому-то» или «реквием по кому-то» или «реквием на что-то» – на кончину, на смерть? Какой вариант выбрать, чтобы слово «реквием», такое мрачно-торжественное, такое красивое, оказалось в правильном окружении?
Первое значение слова – заупокойное католическое богослужение. Оно происходит от латинского requiem (винительный падеж от слова requies – покой, успокоение). Второе значение – как раз то, что знакомо нам с вами куда больше: музыкальное произведение траурного характера для хора с оркестром. И всё же, возвращаясь к нашему вопросу: как правильно сказать?
Хочу успокоить тех, кто боится сделать выбор: в данном случае подойдет любой вариант. Как вам больше нравится, так и говорите. «Реквием погибшим». «Реквием на смерть героя». «Реквием по погибшим». Никаких ограничений!
Надо сказать, что слово «реквием» по своему значению похоже на слово «панихида», которое используется православными. Панихида, как и реквием, – церковная служба по умершему. От греческого pannychida (оно, в свою очередь, от pannychis – «всенощная»). В случае с «панихидой», правда, только один вариант: «панихида по кому-то». Нельзя сказать «панихида умершим» – только «панихида по умершим». В отличие от «реквиема», с которым, как я уже упомянула, любой из вариантов годится.
Реклама и рекламация
В гастрономе – скандал. Покупательница принесла обратно пачку масла. И теперь стоит у прилавка, а вокруг собирается народ, потому что покупательница оказалась очень решительная и грозит магазину судом. А всё дело в том, что на масле она обнаружила налет плесени. Продавцы и хотели бы закончить дело мирно: женщине предлагают другую пачку на выбор, даже дороже, даже две! Но она хочет именно разбирательства. Ну хорошо, вздыхает заведующая, вот бумага, ручка, пишите рекламацию. Это слово окончательно выводит покупательницу из себя: «Рекламу? Я вам такую рекламу сделаю, не обрадуетесь!».
Ей объясняют, что рекламация – это вовсе не реклама и не антиреклама, как думают некоторые. Рекламация – это претензия на низкое качество товара с требованием возмещения убытков. Слова «реклама» и «рекламация» похожи. Более того, они образованы от одного корня, но в своих нынешних значениях сильно разошлись.
Но вот что интересно: если вернуться к истокам слова «реклама», то образ нашей покупательницы будет весьма и весьма кстати. Ведь to reclaim по-английски – это «привлекать к себе внимание». А оно от латинского reclamare – громко возражать, шумно протестовать, громко выкрикивать, призывать. Что такое «реклама», вряд ли нужно сейчас объяснять. Это – оповещение потребителей, зрителей различными способами для создания широкой известности кому-нибудь или чему-нибудь, с целью привлечения внимания.
Ну а рекламация – от немецкого reklamation, которое, в свою очередь, от французского reclamation, а оно, конечно же, от латинского reclamation (громкое возражение, неодобрение).
Но сейчас «реклама» и «рекламация» – принципиально разные понятия, хотя и имеют отношение к товарам в широком смысле этого слова.
Рельсы
Дорога на дачу привычная, всего полчаса от Москвы, но на этот раз я добиралась больше двух часов. Электричка вдруг остановилась на полпути: и двери не открывают, и ничего не объясняют. Конечно, как всегда бывает в таких случаях, по вагону поползли панические слухи, все зашептались – наверное, авария или, того хуже, где-нибудь неподалеку поезд сошел с рельсов…
К счастью, всё обошлось без катастроф. Просто какая-то проблема с электричеством.
А вот с «рельсами» сейчас будем разбираться, потому что, пока я сидела в закрытом вагоне, это слово произносилось по-разному: «с рельсов», «с рельс». А как же правильно?
Правильно – «с рельсов». Слово пришло к нам из английского языка в середине XIX века. Но вот что интересно: английское rails /рэйлз/ – это множественное число слова rail /рэйл/. При этом /рэйл/ в английском – это один из стальных брусьев, составляющих железнодорожный путь. Но мы у англичан взяли множественное число, /рэйлз/, и сделали его своим единственным – «рельс». Стало быть, множественное число – «рельсы».
Слово быстро нашло свою компанию, «оформилось» в русском языке по мужскому роду и получило соответствующее склонение. «Вальс – вальсы – вальсов», «класс – классы – классов», «рельс – рельсы – рельсов».
Но это еще не вся история. В просторечии возникла другая форма этого интересного слова, женского рода: «рельса». Может быть, повлияли так называемые «штучные» существительные («соломина», «макаронина», «рельсина»), а может быть, что-то другое… Во всяком случае, кто бы так ни сказал, знайте, что слово «рельса» ненормативное. То есть неправильное.
Так что если поезд с чего-то и сошел, так только с рельсов.
Рефлексия
Хоть раз в жизни, но так случается, что вдруг на полном ходу, когда раздумывать особенно некогда, человек вдруг начинает сомневаться. Всё – остановка, он не может двигаться дальше. Каждый шаг кажется ему неверным, а всё, что ни делает, всё не нравится. Он ни в чем не видит смысла, он всё время думает, думает… Окружающие сначала сочувствуют ему, потом начинают раздражаться. «Да, – говорят они, – дела стоят, а тут он со своей рефлекси́ей».
Ситуация неприятная, что и говорить, но называется это иначе: «рефле́ксия».
«Рефле́ксия» – от латинского reflexio (отражение). Так мы называем размышление, полное сомнений; наполненное противоречиями. Хорошо или плохо впадать в рефле́ксию – вопрос спорный. Большинство считает, что рефле́ксия – штука вредная, ни к чему не ведет. Однако есть и другое мнение: в состоянии рефле́ксии человек как бы обновляется, на многое начинает по-другому смотреть.
Вот такая история про красивое слово «рефле́ксия».
Родовой, послеродовой
Дотошный читатель (спасибо ему!) однажды обратил мое внимание на одно слово, которое довольно часто звучит, когда чиновники, политики, журналисты, врачи, да и самые обычные люди рассуждают о демографической ситуации в стране. Много говорится о «материнским» капитале, а также о деньгах, которыми государство обеспечивает пребывание женщины в родильном доме. Точнее, это не «живые» деньги, а специальный сертификат. Здесь возникает вопрос: «родово́й» сертификат? Или «ро́довый»? Точно такой же вопрос – со словом «послеродово́й» (или «послеро́довый»), когда речь заходит о периоде после рождения младенца.
Дело в том, что медики (особенно акушеры, гинекологи и педиатры – то есть те, кто имеет дело с новорождёнными и их мамами) довольно часто говорят «послеро́довый период». Получается, ошиблись те, кто вносил в документ слово «послеродово́й»? Или говорил о «родово́м сертификате»?.. Нет, не ошиблись.
Если заглянуть в словари (хотя бы в Толковый словарь под редакцией Н. Шведовой), можно убедиться в том, что прилагательных «ро́довый», «послеро́довый» попросту не существует! То есть у нас и выбора-то никакого нет: только «родово́й», «послеродово́й» во всех значениях. У существительного «род» значения самые разные, но прилагательное для всех одно: и для «родо́в», и для «ро́дов». То есть слово «родово́й» годится и для «рода» в смысле ряда поколений, и для «рода» как грамматической категории, и для группы, объединяющей близкие виды. А также для слова «ро́ды», которое означает процесс появления на свет ребенка.