Брандспойт установки размещался на верхнем наклонном переднем листе корпуса справа и за счет шарнирного соединения имел углы наведения от -5 до +15 градусов по вертикали и 180 градусов по горизонтали. Для производства выстрела или дымопуска была введена ножная педаль, которая находилась у командира танка.
Вся аппаратура была изготовлена съемной, она могла устанавливаться на Т-37А с минимальными переделками. После проведения испытаний было изготовлено 75 таких танков (34 в 1935-м и 41 в 1936 году). В документах того времени эти танки проходили как «Т-37 химические». Однако эксплуатация химических Т-37А оказалась недолгой: уже в 1938–1939 годах большая часть оборудования с них была демонтирована. По состоянию на 1 апреля 1941 года в Красной Армии числилось всего 10 Т-37 химических, из них 4 находились на складах.
Танк Т-37А (с бронекорпусом производства Ижорского завода) преодолевает водную преграду. Большие Киевские маневры, сентябрь 1935 года. Танк имеет стандартные тактические обозначения 30-х годов, белый крест на крыше башни для опознавания «своей» авиацией (ЦМВС).
Радийный танк Т-37А выпуска 1935 года, вид спереди и сзади. Хорошо видно крепление поручневой антенны (АСКМ).
РАБОТЫ ПО ДЕСАНТИРОВАНИЮ Т-37А С САМОЛЕТОВ. Примерно с 1934 года начали разрабатываться различные варианты доставки танков Т-37А по воздуху посадочным способом. Таким образом предполагалось использовать эти машины в составе воздушно-десантных подразделений для захвата различных объектов в тылу противника. Доставку танков предполагалось осуществлять путем их подвески под фюзеляжем бомбардировщиков ТБ-3. В 1930-е годы было разработано большое количество различных вариантов подвесок, большая часть из которых осталась в опытных образцах. Лишь вариант ПГ-12, разработанный в Экспериментальном институте НКТП под руководством П. Гороховского, был использован для доставки нескольких танков по воздуху в ходе так называемых Больших Киевских маневров, проходивших в сентябре 1935 года. Следует отметить, что во время полета экипажи Т-37А находились не в танках, как пишут некоторые источники, а в самолете. После посадки танкисты быстро отцепляли боевую машину и шли в бой.
Еще одной интересной работой по десантированию Т-37А были опыты по сбросу танков на воду. Такие испытания были проведены в октябре 1936 года на Медвежьих озерах под Москвой. Работы по проектированию подвески и механизма сброса велись под руководством начальника проектно-конструкторского сектора научно-испытательного отдела ВАММ имени Сталина военного инженера 3-го ранга Ж. Котина (через два года он возглавит КБ Кировского завода в Ленинграде). Сброс танка в озеро осуществлялся с минимально возможной высоты 15–20 метров. Для предохранения танка при ударе о воду под днищем машины монтировались специальные амортизирующие приспособления различных типов: дубовые брусья, брезентовый экран с сосновыми рейками и еловый лапник (!), уложенный между экраном и днищем танка. В ходе испытаний был проведен сброс на воду трех Т-37А с различными вариантами амортизации, из которых наиболее удачным оказался вариант с еловым лапником. Тем не менее, все три танка получили серьезные повреждения днища при ударе о воду и затонули. Поэтому дальнейшие эксперименты по сбросу Т-37А были прекращены (11).
Радийный танк Т-37А выпуска 1935 года, вид слева. Хорошо видно крепление поручневой антенны (АСКМ).
Т-37А С ДИЗЕЛЕМ «ПЕРКИНС». Летом 1935 года на танке Т-37А (заводской номер 4183) прошло испытание 4-цилиндрового дизельного двигателя «Перкинс» мощностью 40,5 л.с. (несколько таких двигателей закупили в 1934 году за границей для проведения испытаний). Установка двигателя была проведена в мастерских НИБТ полигона. До монтажа в танк этот дизель, установленный на грузовике ГАЗ-АА, участвовал в автопробеге Москва — Тифлис — Москва, затем прошел испытания под Москвой и в лаборатории НАТИ. В общей сложности, к моменту поступления на полигон двигатель прошел более 10000 километров и был уже сильно изношен. В результате этого во время испытаний дизель почти не тянул на IV передаче и часто выходил из строя. По заключению работников полигона, «сравнительные испытания моторов „Перкинс“, прошедшего 10000 километров, и Форд-АА, прошедшего 4000 километров на линейном Т-37А, выявили некоторые преимущества на стороне дизеля, но эти преимущества недостаточны».
Почти параллельно с испытанием дизеля «Перкинс» на полигоне такой же двигатель (только новый) экспериментальным отделом завода № 37 был установлен в танк Т-37А. Проведенные заводские пробеги этого танка показали, что «Перкинс» вполне годится для Т-37А, причем инженеры предлагали повысить мощность двигателя до 48 л.с. путем увеличения диаметра поршня с 85 до 90 мм. При этом высказывались предложения и об установке дизелей на серийные танки. Но из-за отсутствия собственного производства аналогичных двигателей в СССР и проблем с закупкой «перкинсов» за границей этот вопрос отпал сам собой.
Радийные танки Т-37А проходят по Красной площади во время парада. Москва, 1 мая 1934 года. Хорошо видна конструкция и крепление поручневой антенны (РГАКФД).
КОЛЕСНО-ГУСЕНИЧНЫЕ ТАНКИ Т-43
Согласно «Системе танко-тракторного и автоброневооружения на вторую пятилетку», принятой в 1933 году, вместо плавающих танков Т-37 Красная Армия должна была получить новый колесно-гусеничный плавающий танк, получивший обозначение Т-43. Разработку новой боевой машины поручили заводам треста специального машиностроения № 37 и Опытного машиностроения имени Кирова. Тактико-технические требования к новому танку были разработаны Управлением механизации и моторизации Красной Армии.
Работы по Т-43 были поставлены таким образом, чтобы у конструкторов была прямая материальная заинтересованность в проектировании. Один из членов правления треста специального машиностроения Павлов писал в своем письме руководству УММ РККА:
«Спецмаштрест объявил конкурс на лучшую машину Т-43. Машина, которая будет принята на вооружение, премируется 20 000 рублями управляющим трестом тов. Нейманом.
Машина Т-43 Опытного завода будет в дальнейшем называться Т-43-1, а машина завода № 37 — Т-43-2. Обозначение просто Т-43 будет присвоено машине, принятой на вооружение. Установка мотора Форд V8 предусмотрена на обоих танках» (12).
Оба проекта предполагалось предъявить заказчику в мае 1934 года, но из-за ряда трудностей, возникших при проектировании, к этому времени оба завода закончили лишь предварительные работы.
Над проектом Т-43-1 Опытного завода трудились инженеры-конструкторы Зигель, Симский и Максаков под руководством начальника конструкторского отдела С. Гинзбурга. Учитывая достаточно высокий уровень подготовки конструкторов Опытного завода, где на тот момент работали наиболее сильные и грамотные инженеры-танкостроители, проект Т-43-1 был разработан в двух вариантах и имел ряд оригинальных решений. На основе этого конструкторы спроектировали окончательный вариант Т-43-1, предъявленный для рассмотрения.
Прыжок на танке Т-37А с берега в воду. НИБТ полигон, 1935 год (АСКМ).
Машина Опытного завода представляла собой легкий танк массой 3,6 т. Вооружение — 7,62-мм пулемет ДТ — размещалось во вращающейся башне (предлагался второй вариант вооружения — 45-мм пушка в броневой рубке). Танк оснащался двигателем ГАЗ-АА мощностью 40 л.с., который вместе с коробкой перемены передач того же ГАЗ-АА был установлен поперек корпуса. Над двигателем был установлен стандартный радиатор ГАЗ, закрепленный на крыше корпуса. Между крышей и радиатором располагался вентилятор, имеющий ременный привод от носка двигателя. Воздух засасывался через жалюзи слева сзади башни и выбрасывался через симметрично расположенные жалюзи справа сзади башни. Трансмиссия танка состояла из коробки перемены передач, двойного дифференциала и бортовой передачи колесного хода.
Ходовая часть Т-43-1 состояла из трех опорных катков большого диаметра, ведущего и направляющего колес (на борт). При движении на колесах ведущими являлась задняя пара катков. Привод на колеса осуществлялся при помощи бортовой цилиндрической передачи с четырьмя шестернями и раздельным включением ведущих осей. Колеса соединялись с ведущими осями при помощи карданных валов. Подвеска задних ведущих катков колесного хода была кривошипно-пружинная, по типу подвески фирмы «Крупп». При движении на колесах управление осуществлялось передней парой катков при помощи обычной газовской «баранки».
На Т-43-1 достаточно оригинально был решен вопрос движения на плаву. Конструкторы решили отказаться от гребных винтов и рулей, хотя в одном из первоначальных проектов предусматривалась их установка. Вместо винтов использовались ведущие колеса, которые имели по шесть поперечных лопастей. При движении на плаву «вода засасывалась ведущим колесом сбоку по ходу танка, с силой отбрасывалась на направляющий аппарат, заворачивающий поток на угол 90 градусов, создавая, таким образом, реакцию струи воды, направленную по ходу движения танка» (13). Управление танком на плаву осуществлялось при помощи двойного дифференциала, уменьшая или увеличивая число оборотов ведущих колес.
Корпус и башня танка изготавливались из брони толщиной 4-10 мм при помощи клепки, причем в их конструкции использовались штампованные детали.
Проект танка Т-43-2 конструкторского бюро завода № 37 был разработан инженерами Сазоновым, Шитиковым, Брусенцовым, Ордановичем, Козыревым, Зориным и другими под руководством начальника КБ-Т завода Н. Астрова.
Танк Т-37А на подвеске под бомбардировщиком ТБ-3 перед сбрасыванием на воду. Район Москвы, 1936 год. Под танком закреплен специальный лист для предохранения днища при ударе о воду (АСКМ).
Танк Т-37А на подвеске под бомбардировщиком ТБ-3 перед сбрасыванием на воду, вид справа. 1936 год (АСКМ).
Т-43-2 во многом был похож на Т-43-1, но у него были свои особенности. Танк завода № 37 при массе 3,7 т имел корпус и башню, которые предполагалось сваривать из броне-листов толщиной 4-10 мм