Я тоже нащупал в кармане монету, пять рублей, и кинул в кружку. Бакс, наверное, тоже бы кинул, но у него не было ни монеты, ни рук.
– Вы тут постойте, – сказала Ма, – а я в магазин забегу. Никуда с этого места не уходите. А ты охраняй!
Это она Баксу сказала.
– Никуда не отходите, – повторила Ма и отправилась в магазин.
– Никуда не отходите… – передразнила Ли. – Куда тут уйдёшь? Как на цепи сидим…
Она прислонилась к стене и стала пинать её каблуком. Смотрела по сторонам, читала номера проезжавших мимо машин. Потом повернулась к собирающей подаяние женщине. Понюхала воздух.
– Как от неё плохо пахнет, – сказала Ли. – Просто ужасно пахнет… Даже сюда доносится…
– А ты хотела, чтобы она розами пахла? – усмехнулся я.
– Надо ей как-то помочь. – Ли открыла свою сумочку и стала в ней копаться. – А то всё это нехорошо…
– Ей не так нужно помочь… – сказал я, но Ли меня не услышала.
Она вытащила из сумочки синий прозрачный флакончик. Духи. Яблоки и корица. Бакс чихнул, он не любил духов. Ли подошла к бродяжке и сунула ей в руку флакон своих любимых духов. Бродяжка благодарно кивнула.
– Вот так. – Ли вернулась ко мне. – Вот так намного лучше. Если бы…
Тут из магазина вышла Ма, и мы поехали домой.
Всю дорогу Ма пилила Ли за то, что она подарила бродяжке духи. Оказывается, она всё это видела в окно. Досталось и мне.
– А ты куда смотрел? – ругала меня Ма. – Ты же взрослый! Вы не должны подходить ко всяким сомнительным личностям!
И Баксу досталось.
– А ты чего? А ещё сторожевая собака!
Я не очень-то обращал на это внимание. Слушал, не обижался. Ли пыталась нас с Баксом защищать.
– Они не виноваты, – говорила она. – Это всё я. Я сама подбежала, а они и не видели…
– А у тебя самой, значит, мозгов нет! – злилась Ма. – Елизавета, в наше время нельзя быть такой беззаботной!
В конце концов Ма разозлилась окончательно и велела нам весь вечер сидеть дома и никуда не выходить.
– А мы с отцом и с Риммой поедем в кино.
Я подумал, что это вообще здорово, что их всех не будет сегодня, хоть один спокойный вечер. Отдохнём.
Они стали собираться в своё кино, а мы с Ли и Баксом решили поиграть в прятки. У меня не было настроения играть в прятки, но Ли очень хотелось побеситься. И мы стали беситься. Бакс, как всегда, изображал злую собаку, а мы с Ли, как всегда, от него спасались.
Ли спряталась за тумбочкой с телевизором, я, зная Баксовы страхи, спрятался за комодом, там, где хранился пылесос. Бакс сразу же отыскал Ли. Ли стукнула его диванной подушкой, и он погнался за ней со свирепым рычанием. Ли спряталась в комнате родителей. Она запыхалась, я слышал, как она стоит со своей подушкой прямо за дверью. Бакс ворвался в комнату и немедленно получил подушкой по голове. Он рявкнул и свалился на ковёр.
– Получил! – радостно воскликнула Ли. – Лови ещё!
Она швырнула в Бакса подушку, он поймал её на лету зубами и швырнул обратно. Подушка попала Ли в живот, и она тоже свалилась на ковёр.
– Зараза! – Ли вскочила на ноги и кинулась на Бакса.
Бакс нырнул под кровать.
– Так нечестно! – Ли стала прыгать по кровати. – Это я должна прятаться, а ты должен меня искать! Ты сиди там, а я побегу спрячусь. Ты подожди подольше…
Я сидел за комодом. Мне было хорошо и спокойно, не хотелось вылезать, пусть играют без меня.
Ли с Баксом продолжали играть. Я слышал, куда направилась Ли. Она спустилась в гостиную, подумала немного и полезла на шкаф, на который когда-то облокачивался Гагарин. Решила спрятаться от Бакса на нём.
И вдруг Ли завизжала.
Я мгновенно выскочил из-за комода и бросился на помощь.
Ли балансировала на одной ноге на краю исторического шкафа, Ма и Па стояли в дверях и смотрели на неё, раскрыв рты. Они стояли с совершенно растерянным видом, а Ли начинала падать. Спиной вниз.
Риммы в гостиной не было.
Я оценил обстановку мгновенно. Дёргаться не стоило – Ли падала не на пол, а опять-таки на диван, на который садился всё тот же Гагарин. Поэтому я просто сбежал с лестницы и замер на первой ступеньке, ожидая, что последует дальше.
Ничего страшного не произошло – Ли громко крикнула «мама» и бумкнулась на диван. Пружины прогнулись, подкинули её вверх, Ли перевернулась в воздухе и мягко приземлилась на ковёр.
– Ты чего орёшь, Лиз? – спросил Па. – Подумаешь, со шкафа упала. Ничего ведь не ушибла?
– Не… – протянула Ли.
Шкаф продолжал раскачиваться на высоких ножках. Затем он стукнулся о стену, и откуда-то сверху свалился круглый предмет. Он покатился по полу, описал круг и остановился возле дивана.
Бакс подошёл к нему, понюхал и завыл.
Я узнал эту дрянь, лежащую на полу. Две кошачьи челюсти, связанные в кольцо и обмотанные серыми вороньими перьями. Одна челюсть была явно свежей – по её краю шли едва подсохшие куски мяса. Это был ведьмин глаз, «чёрный ловец». Я вдруг вспомнил: его форма совпадала с формой знака, вырезанного Риммой на чердаке над комнатой Ли. И ещё вспомнил.
«Тот, кто дотронется до него, очень скоро умрёт…» – сказал тогда Лёха.
«Ловец» лежал возле дивана. Ли посмотрела на него и протянула к нему руку.
– Не трожь! – рявкнул я. – Нельзя!
Но Ли всё тянула к «ловцу снов» свою руку, расстояние между перьями и пальцами сокращалось…
– Бакс! – крикнул я.
Бакс прыгнул. И, прежде чем пальцы Ли коснулись кошачьих челюстей, пёс оттолкнул её правым боком и подхватил «ловца» зубами.
Ничего не произошло. Бакс подержал эту гадость зубами, затем выпустил на пол.
– А ну-ка. – Па тоже потянулся к «ловцу».
Бакс оскалился и зарычал.
– Ты чего? – Па отдёрнул руку. – Ты чего это?
Бакс продолжал рычать. Он рычал на Па впервые. И вообще первый раз в жизни он рычал на кого-то из домашних. Грозно рычал.
– Ты что, Бакс?
Па посмотрел на меня.
– Бакс! – рявкнул я. – Нельзя!
– А ну-ка, Бакс, отойди, – спокойно сказал Па.
– Отойди! – продублировал я.
Я сделал шаг назад. Теперь уже Ма вознамерилась схватить «ловца», но Па удержал её.
– Тут что-то не то, – проговорил Па. – Не надо это трогать. Может, оно отравлено… Собака странно реагирует…
– А что это? – спросила развеселившаяся Ли. – Игрушка?
– Елизавета, – серьёзным голосом сказал Па. – Поднимись, пожалуйста, в свою комнату.
– Но почему?..
– Иди в комнату! – приказал Па.
Ли послушно отправилась наверх. Па достал из кармана платок и накрыл ведьмин глаз. Я отошёл к дивану. Бакс корчился, будто к нёбу у него прилипла жвачка, потом не удержался и выпустил слюну на паркет.
– Что это? – Ма кивнула на платок. – Это человеческие челюсти? Она ведь совсем… совсем…
Я стоял рядом с Па, никто меня не гнал.
Па присел над платком.
– Успокойся, это не человеческие челюсти, посмотри на зубы, – сказал он. – Когда я был маленький, мы делали такие штуки. Похожие, во всяком случае… Не из челюстей, конечно, из соломы и веточек. Мы называли их… Забыл, как называли… Такие штуки притягивали хорошие сны. А эта я не знаю, что притягивает… Вряд ли она что-то доброе притягивает…
– Убери её! – нервно сказала Ма.
Отец взял каминные щипцы, подхватил «ловца» и понёс его вниз, в подвал. Ма пошла с ним.
Меня в подвал не пустили. Но я выбежал на улицу, обошёл дом и стал смотреть в подвальное окошко. Бакс тяжело дышал рядом.
Они разговаривали возле бойлера. Я видел всё в окошко. И слышал. Па развёл огонь и бросил в него челюсти с перьями.
– Это он, – сказала Ма. – Это он сделал.
И вдруг я понял, что она говорит обо мне. Это было так неожиданно, что сначала я даже не поверил.
– Что сделал? – Па закрыл дверцу печи.
– Эту гадость. Эту дрянь.
Па вздохнул.
– Ты не понимаешь, что говоришь, – сказал он. – Бакс – собака, а это сделал человек. Собака не может такого сделать. У неё нет рук. Единственное, что он мог сделать, – это притащить эту вещь. Но навряд ли в этом был умысел. Просто увидел и притащил.
– Я не про собаку, я не сумасшедшая. Не про Бакса я говорю.
– Ты считаешь…
Ма имела в виду меня.
– Лиза испугалась, – сказала Ма.
– Я сам испугался…
– Ты знаешь, что это за вещь?
Па не знал.
– А я знаю. Такими вещами наводят порчу. После таких вещей в доме умирают…
– Дорогая! Я же тебе уже говорил! Оставь ты эту мистику! Это ничто. Это просто дрянь с перьями – и всё! Какие-нибудь дураки делают, чтобы народ пугать. А Бакс нашёл да и притащил…
– Ничего просто так не бывает. – Ма смотрела в огонь. – Что тут вообще происходит… Ты же видел – он натравил на Римму собаку! Бакс на неё кинулся, Лиза испугалась. Он и на тебя рычал! Он рычал, этого раньше никогда не было! А это не моська, такая собака легко может убить…
Па открыл дверцу, посмотрел, как горит.
– Ты знаешь, – шёпотом сказала Ма. – Я сегодня видела чёрную собаку.
– Что?!
В голосе Па я услышал страх. Обычно Па никогда ничего не пугался. А тут вдруг голос его задрожал и просел, как земля на кладбище.
– Что ты видела? – переспросил он.
– Чёрную собаку, – повторила Ма. – Сегодня я видела чёрную собаку!
– Это нормально, Бакс ведь чёрный, ты наверняка ошиблась…
– Это не Бакс! – крикнула Ма. – Бакс сидел на заднем сиденье! Я не ошиблась! Там, возле холма! Я видела её! Чёрная собака…
Па приложил руку к бойлеру и тут же отдёрнул.
– Это может ничего не значить… – Он подул на палец. – Это может совсем ничего не значить…
– Ты прекрасно знаешь, что это может значить! Ты же помнишь! В последний раз, когда мы видели чёрную собаку, умер отец…
– Хватит! – неожиданно рявкнул Па. – Хватит! Я устал от всей этой чуши! Тебе надо лечиться! То тебе чёрные собаки мерещатся…
– Её видела и Лиза, – сказала Ма.
Па умолк.
Ма сказала Па:
– Не знаю, что делать… И этот его Бакс…
– Ты предлагаешь его вернуть? – прямо спросил Па. – Вернуть Сеньку?