– То есть?
– Боже, люда, ты прекрасно знаешь, что в советском союзе делают с журналистами, которые отказываются петь в хоре, воспевающим советскую власть и обращающим внимание на окружающую действительность. Давят и садят, или убивают. Поэтому работа – строго тайная, под псевдонимом. Может быть, когда-нибудь, когда советской власти не станет – вы сможете раскрыть себя.
– Я согласна!
– Не спеши. Для начала – объясню условия и задачи. Задача – журналистика, новости, непосредственно – новости о том, о чём не пишут в газетах по тем или иным причинам. Это значит – КГБ будет охотиться за тобой. Тебе будет предоставлено оборудование для сокрытия своей личности, а так же камеры для скрытой съёмки, ноутбук для написания статей. Способ скрыть своё лицо – у тебя будет. Зарплата – пятьсот рублей в месяц, плюс некоторые вещи из-за границы, которые мы сможем для тебя достать. Автомобиль тебе бы дали, но по нему легко вычислят.
– О… хорошо… я поняла. Ну что ж, один раз живём. Что за материал?
– Материал выберешь сама. Новости. Новости о том, что происходит в твоём городе, постарайся начать со слухов, правдоподобных слухов. И материал нужен – тот, который реально будут читать, интересный, постараешься?
– Да! А как мне тогда с вами связаться?
– С редакцией «Новости России»? По своему ноутбуку. Мы взяли на себя смелость настроить его, для тебя создан аккаунт с правом выкладывать новости на главной странице, там же ты найдёшь приложение для онлайн-звонков, и список контактов, с которыми ты можешь контактировать. Не бойся просить помощи в случае чего – если тебе покажется, что тебя «пасут», или если будут угрожать – немедленно сообщай.
Тем временем в политбюро ЦК и не подозревали о нависшей над страной угрозе. Старые секретари по прежнему вели свой привычный образ жизни – охота, рыбалка, подковёрные интриги, выступления, приёмы иностранных гостей. С виду – ничего не происходило, однако, в недрах комитета госбезопасности не могли не заметить появление в СССР планшетов. Устройства немедленно запретили и начали изымать у торгашей, у диссидентов. Спрятать планшет оказалось не так уж сложно.
КГБшные волги ездили по Москве, в то время как в недрах различных НИИ происходил разбор устройств. Чидори сделала правильную ставку – запретный плод сладок. Открытая и грубая борьба, попытки выставить свободное общение людей как вражескую пропаганду, всколыхнули общественность. Счёт устройств уже шёл на десятки тысяч – из миллионов проданных по миру, это немного. Но как они попали в СССР? Контрабанда?
Немедленно были усилены пограничные посты, меры контроля.
Правительство, второй секретарь, ответственный за пропаганду, были в растерянности. Тонкая манипуляция настолько разительно отличалась от их пропаганды, и от былых голосов Америки, что заметить её было почти невозможно. Разбор устройств в НИИ не выявил ничего, что могло бы указать на производителя. Однако, на рынок планшеты вывела корпорация «Чидори», вот за ней то и попытались установить слежку и… Агенты пропали. Исчезли без следа, как будто испарились.
Пропагандисты были в шоковом состоянии, они сами спустили курок, выдернули чеку, нажали на красную кнопку популярности и планшеты в СССР мгновенно – в течении двух дней стали предметом культа, предметом поклонения. Предметом статуса их владельца – избранного. Их не демонстрировали чужакам, однако, всё равно ловили. Спрос подскочил настолько, что Канаме едва успевала отвозить по пунктам сбыта коробки с планшетами – их брали тысячами! Популярность форумов, ютуба, мгновенно возросла, мгновенно начался бум, как взрыв ядерной бомбы. Достань, пока не прекратили, пока не отобрали, пока можно… достать. Их покупали на рынках, их доставали через друзей, на небольшой и недорогой, но свободный компьютер могли запросто обменять машину. Канаме не ожидала такой яркой реакции. И такой быстрой – она не учла, что владельцы планшетов объединились в сеть, охватившую всю страну, что владельцы общаются через группы в соцсетях и новости о изъятии планшетов, и видеозаписи, и речёвки коммунистических лидеров – всё это породило бурление народных масс. Чидори уже не планшеты, уже смартфоны сбрасывала десятками тысяч, практически целыми днями работая менеджером-логистом, а так же извозчиком…
Бам! Майор был в шоке, от того, какой эффект вызвали мои планшеты. Он поймал меня во время одного из перелётов, в ангаре, остановил:
– Чидори, постой. Я знаю, что происходит, ты не говорила, что мы начнём революцию так скоро!
– Это пока не революция, – я глянула на отлетающий челнок, – или она. Я и сама не ожидала настолько бурной реакции. Популярность планшеток достигла апогея, на них даже выменивают новые машины! Это пока первый удар по режииму. Народ увидел их истинное лицо. Пропаганда тонкая победила пропаганду грубую, нам нужно работать.
– Позволь помочь! Ты не справишься одна.
– Да, давай, – я махнула к себе рукой, – у нас сейчас ситуация такая. Правительство принимает все меры для предотвращения. Их грубая, неотёсанная кумачовая пропаганда не выдержала простого незакрытого и неоцензуренного интернета. Просто общения людей, началось брожение в умах людей и ярость сверху. Я жду того момента, когда они начнут сажать за владение планшетом – это уже точка отсчёта, неделя до революции. Мне понадобится неделя, чтобы с помощью интернета скоординировать массовые антиправительственные выступления. Поэтому нужно экстренно распространить как можно больше планшетов, смартфонов, а так же сбросить максимальное количество иностранной техники фарцовщикам.
– Понял. Что я могу сделать?
– Вот что… – я посмотрела на снова открывающиеся ворота ангара, – готовь людей. Когда начнутся массовые беспорядки, кто-то должен повести их за собой, лидер, заводила, но нужны и просто подготовленные уличные бойцы. Экипировка…. Идём за мной.
Я развернулась и пошла. Майор за мной. Мы вышли к складу и Сириус выдал мне то, что я попросила.
– Это… – майор посмотрел на доставленный ящик, – что это?
– Образец экипировки – униформа для уличных беспорядков.
Экипировка была хорошая.
– Я вижу.
– Шлем, маска-противогаз, из сверхпрочного плексигласа, бронежилет, с кирасой из кевларовых пластин, – я доставала вещи, – так, это лишнее… а вот это подойдёт – гранаты со слезоточивым газом, поскольку у советской милиции нет противогазов, подойдут. Дубинка, и конечно же, самодельный щит… Короче, майор, нужно подготовить группировку из примерно трёхсот человек – для того, чтобы в нужный момент, когда противостояние выйдет на уровень ОМОН против толпы, твои люди смогли зажечь толпу на противостояние, разогнать часть омоновцев, показать всем, что волки тоже могут быть покусаны. А стадо баранов дальше само затопчет волчат.
– Хорошо. Идею я понял, но как? Где я тебе людей возьму?
– Походи по качалкам, обычно там собираются крепкие ребята и подростковые банды. Пообещай им оплату – в валюте, щедрую, раненым – машины, иномарки. Так… все контакты с штабом… это дело курирует Арес, вот у него можешь запрашивать всё необходимое. Дроидов, амуницию, территорию, проверку гавриков на полиграфе…
– Хм… – майор задумался, – хорошо, твой план мне нравится. Я займусь подготовкой.
– Только откровенных ублюдков не набирай, мне нужны бойцы за свободу, а не стадо уголовников. А так… Рекомендую искать их не в Москве, а понемногу со всех городов. Тверь, Тамбов, Липецк, Сибирь и Урал тоже не обходи вниманием…
Я убежала дальше, залезла в загруженный под завязку челнок. Загруженный под завязку – это один гружёный КамАЗ, в котором в ящиках – три тысячи планшетов, смартфоны – телефонов тысяча штук, и ещё немного валюты – покупали активно. Миллионов двадцать английских фунтов…
Когда челнок приземлился на окраине города, я вышла из кабины пилота и перебралась в кабину камаза, аппарель открылась, зарычал двигатель… машина грузно стронулась с места и с грохотом выехала из челнока. Пока что – под его покровом невидимости. Арес следил за передвижением всех сотрудников КГБ через свои спутники, поэтому – я знала о каждом их шаге. КамАЗ выехал с просёлочной дороги на шоссе, завернув в сторону города, я дала по газам…
В кабине КАМАЗа было свежо – кондиционер. Редкость для советских авто даже в двадцать первом веке. Рядом забрался мой знакомый и по совместительству, деловой партнёр. Он сел в машину и положил чемоданчик на коленки.
– Итак, госпожа икс, всё готово для принятия груза.
– Хорошо, – я улыбнулась, – где ваши люди?
– Нам нужно на другой конец города, за городом. Село петрушки. Это недалеко, двадцать минут от Киева.
– Хорошо, господин икс, поехали, – любил этот клоун конспирацию в стиле шпиёнских романов пятидесятых! Я вела без какого-либо страха. Внимание от моей машины отводилось почти магическим образом, ни один полицай не остановил. Мы проехали через весь Киев, и ещё немного по трассе. Дальше связной показывал дорогу... Путь лежал в небольшой домик. Арес подтвердил – агентов КГБ тут замечено не было, зато мои партнёры и их люди – ещё как.
Я завела машину во двор, за почти четырёхметровый кирпичный забор и остановилась в очень богатом по меркам Украины дворе… Участок принадлежал одному из республиканских чиновников. Остановила машину.
– Вот мы и приехали. Желаете чаю?
– Вынуждена отказать. Дела. Итак, пойдёмте, зовите своего шефа, я пока открою кузов…
В кузове КАМАЗа лежали стройные ряды коробок. Каждая из них – ценнейший в СССР ресурс. И продавала я планшеты по старой цене – сто рублей за штуку. С теми, кто накручивал цену сверх меры – у меня дел больше не было, так что… а тут, в Киеве, люди проверенные, настоящие украинские националисты. Они вышли из дома – двое мужчин в деловых костюмах. Я ждала их. Они подошли и поздоровались:
– Рад видеть вас, как добрались?