– Сейчас я займусь работой с правительством России, в то время как Сириус и организация в целом – должны предотвратить утечку советских технологий в другие страны и обеспечить относительную безопасность для России. Вызовов этой безопасности будет много – южные рубежи, соседние страны…
– Проще говоря, мы должны работать с КГБ? – спросила Тесса.
– Не с ними, а для одной цели – обезопасить страну на время, пока не укрепятся институты власти. Иначе на Россию могут напасть охочие до денег и территорий страны, начнётся третья мировая война… Переход должен пройти гладко, без казусов.
Ага, гладко, без казусов… Отставку правительства СССР принял Берси, вернее, его аватар. Молодой и харизматичный политик был очень популярен в народе – ещё бы, ведь именно на него народ возлагал свои надежды. Похлеще, чем Ельцин.
В большом кабинете в белом доме происходило длительное и тяжёлое совещание. Страдальцев играть смысла нет, опыт демократической России с жёсткой властью – у нас уже есть – это наш несомненный плюс, несомненное преимущество перед любым желающим примазаться к власти. Во время переворота в девяностых – номенклатура не изменилась, партийные деятели сменили строгие френчи на малиновые пиджаки, как сидели, так и никуда не сдвинулись. Все республики по сути захватили местные партийцы. Бывшие коммунисты правили до двухтысячных годов, когда старое поколение начало вымирать или их турнули из власти. Характер же нашей революции совершенно иной – полная и всеобъемлющая смена власти, вычищение всей гнили, то есть – девяносто процентов номенклатуры отправляются на свалку истории.
Берси сидел во главе стола, негласно, как Ленин, он стал главой государства. Именно на него был завязан Арес – новый военный лидер и министр обороны, именно к нему было доверие народа. Берси старался как мог. Обладая своими сверхчеловеческими способностями он мог легко заметить ложь, проанализировать любую, даже самую сложную ситуацию и выработать решение, максимально эффективное в данной ситуации.
В большом кабинете собрались новые министры – преимущественно, все были набраны из заместителей и прочих членов старого аппарата, не замеченных в преступлениях. Много людей в костюмах, и только аватар Берси был в полуделовой рубашке, без галстука. Это было чрезвычайно непривычно для собравшихся, что деловой стиль так нагло попран, однако, все понимали – осточертело людям это, этот пафос, этот стиль…
Мёртвая тишина. Берси обвёл взглядом собравшихся – все ждали решения нового Хозяина кремля. Люди подобрались не самые худшие. Презентация новой структуры власти уже произошла, ровно как и объявление новой конституции. Так что теперь – пошла работа.
– Что ж… товарищи, не буду растекаться по древу. Наша экономика находится в глубокой заднице. В наследство от советского союза нам досталась гигантизированная экономика, не приспособленная к рыночным условиям. Люди на заводах просто не умеют работать по-новому. Кто-нибудь читал «собачье сердце»? Как говорил профессор – разруха – в головах. Мы не совершим скачок вверх, наоборот, сейчас начнётся сильный регресс. Мы не можем поддерживать высокие показатели, выжимая все соки из народа. Практически все производства, за исключением некоторых отраслей, не способны выпускать конкурентоспособный товар.
– Это мы понимаем, – прервал Берси новый министр промышленности, – ситуация хреновая, честно говоря, мы держались, пока не было конкуренции, пока можно было продавать нефть в европу, азию…
– Да. Так что нам нужно выбираться из этой задницы, причём, менять людей. Начнём пожалуй с промышленности? – Берси посмотрел на собравшихся, люди сидели за столом и внимательно слушали, – для начала – необходимо обеспечить поддержание работоспособности имеющейся промышленности и тщательную выбраковку специалистов. В советском союзе рентабельностью можно было пожертвовать – держать на заводе бракоделов, прощать воровство, не обращать внимание на контроль качества. Сейчас предлагаю начать с создания специального органа, который будет регулировать качество выпускаемого товара во всей России и задавать стандарты.
– Чем нам существующее бюро стандартизации не подходит? – спросил министр лёгкой промышленности, – я думал, это уже происходит.
– Нет, этого нет, – Берси покачал головой, – надо понимать, что на данный момент никакого плана больше нет. Каждый завод – сам по себе, каждый завод должен сам выпускать продукцию и искать рынки сбыта. И при этом – конкурировать с импортными товарами, которые зачастую намного привлекательней. Нам нужно не стандартизировать все товары, а разработать критерии качества, критерии оценки, которым товар должен соответствовать, чтобы продаваться в России. ГОСТ – это уже близко, но нет, это жёсткие рамки, а нам нужна система оценок.
– С этим сейчас проблема, – министр финансов был человеком грузным, медлительным, и очень грустным, – понимаете, нам некому доверить выполнение этой работы. Практически на всех уровнях ОТК процветает мздоимство, мошенничество, приписки, а то и вовсе прогоняют товар без разбору…
– На это не обращайте внимания. Мы создаём гигантскую судебную систему, больше и шире, чем в Союзе, через суд любой потребитель сможет засудить производителя и взыскать с него деньги. Деньги, понятное дело, со счетов предприятия, а не из государственного кармана, поэтому… заводы-бракоделы быстро обанкротятся, это нормально. Советская промышленность гипертрофирована, примерно тридцать процентов – пойдёт по банкротству или будет куплено более крупными предприятиями…
И всё же, это не сняло вопрос с повестки дня. Как оценивать товары? Как регулировать экономику, люди по прежнему мысленно живут в эпохе плана, когда им сверху говорят, что делать, а они просто делают. Нет, эпоха сменилась.
– Что ж, у меня есть предложение, – поднял руку один из сидящих за большим столом.
– Да? – Берси был рад инициативным людям.
– Предлагаю создать несколько крупных частных и государственных корпораций, которым достанется часть советской промышленности. Они не должны быть абсолютными монополистами во внутренних отношениях, но в то же время, должны задавать стандарты в отраслях, если мы пустим всё на самотёк и отдадим на откуп конкуренции… это только у мистера Смита невидимая рука рынка решает все внутренние проблемы, я предполагаю, что вокруг предприятий будет огромное количество криминала. Приватизация экономики может привести к тому, что промышленность окажется не в руках народа, а в руках различных криминальных элементов…
– Приватизация всё-таки нужна, – задумался Берси, – но в то же время, она должна удержать экономику от краха, а не стать раздачей госимущества близким людям. Поэтому она будет проводиться медленно, неспешно, открыто. Далее – крупные корпорации – хорошая идея. Система контроля над промышленностью – через госкорпорации, которые объединят у себя в собственности более мелкие предприятия, фирмы, институты, активы… По частным корпорациям – стране нужна промышленность. Товар, продавая который, мы сможем просто пережить переходный период.
– Нефть – не вариант, – тут же ответил министр.
– Знаю. В саморегуляцию такой «ситуации» я не верю, однако, реально расшевелить экономику и реально – заставить её действовать без внешнего управления каждым, даже самым маленьким процессом.
Совещание продлилось ещё четыре часа. Берси поддержал предложения, выдвинул свои, а так же описл ближайшие перспективы и указал путь, раздав заранее приготовленные и опечатанные пакеты, в которых тщательно описывались инструкции по ближайшим действиям. План был давно составлен, по идее – Берси мог бы и в одиночку руководить всей советской промышленностью и всем государством, его мощности способны на это. Но нужно было добиваться желаемого от людей. Первейшее изменение – это внедрение системы госуправления через телефонию и видеоконференции, смартфоны, именно благодаря им Берси мог связываться с любым предприятием, с любым управляющим любого звена, собирать и отправлять информацию. Он уже запросил у Чидори все имеющиеся платформы диверов – ещё одиннадцать новых человек, которые внедрившись в Советский Союз, должны были встать во главе крупнейших госкорпораций – Росавто, Ростех, Росавиа, Росавтодор, РЖД, во главе крупных промышленных районов, став тем самым его аватарами и одновременно – распространить свою сеть контроля дальше… Доверить такие посты Берси было просто некому, кроме себя самого… Фактически, под управление этим корпорациям отдавалась вся промышленность. Новая кремлёвская команда, то есть, аватары Берси, взялась за дело со знанием дела, с чувством, с толком.
После долгого совещания назначено новое. Президент из плоти и крови мог бы не выдержать нагрузки, а вот Берси – запросто, в кабинет вошли самые разномастные люди – это уже был не кабинет министров, а собрание президента и его приближённых. Фактически, в собрании смысла почти не было, кроме разве что выслушивания просьб, жалоб, требований, собравшихся. И предложений – если уж таковые последуют. Чидори, пришедшая последней, обязательно сделала бы предложение… Собственно, это была игра в одни ворота, поскольку остальных собрали как свидетелей взаимоотношений между «Чидори» и правительством РФ.
Расселись за столом.
Начала совещание Чидори. Она кашлянула и встала. Девушка была одета по-деловому строго.
– На данный момент корпорация «Чидори» нуждается в деловом партнёре. В частности, у нас есть потребность в производственной территории, и строительстве протяжённых высокоскоростных линий маглева из Азии в европу. Естественно, через Россию…
– Давайте обсудим маглев позже, – поправил девушку президент, – для начала – скажите, какое производственное оборудование вы производите?
– Оборудование? – Канаме моргнула, – различное. Чёткой номенклатуры нет, это так важно?
– Более чем, – президент улыбнулся, – на данный момент у нас есть гигантская, но неконкурентоспособная промышленность. И этой промышленности нужно новое оснащение, которое позволило бы производить товары мирового уровня. Конечно же, продав товары на внутреннем и внешнем рынке мы полностью расплатимся за оборудование… Однако, сейчас это вопрос жизни и смерти, поскольку предприятий – тысячи, промышленность есть, либо мы модернизируем её всю, оставшись на плаву сейчас, либо она начнёт отмирать, пустеть, сокращаться, и в итоге мы останемся у разбитого корыта… «Как в девяностых» – добавил Берси мысленно.