Естественно, подобное количество информации могло обрабатываться только в системе c вычислительной мощностью до тридцати гигафлопс. Потоковое моделирование трёхмерной физики – это вообще дело сложное, долгое и дорогое. Суперкомпьютер, по классификации две тысячи четвёртого года, был основан на проекте коммерческого микросуперкомпьютера корпорации Чидори, и он по сути представлял из себя устройство, построенное на сверхпроводниках и пяти мономолекулярных Больших процессоров. У них даже есть система охлаждения, что уникально для мономолекулярных камней, которые тратили на тепло жалкие крохи энергии, меньше одной тысячной от своего напряжения. Однако, для его запредельной частоты и при двухсот пятидесяти миллиардах компонентов, это нормально.
Полный же обвес машины превращал престижный городской паркетник в истинный внедорожник, дававший фору любому армейскому вездеходу – клиренс увеличивался за счёт дополнительных амортизаторов, вместе с новыми торсионами. Пороги, силовые бамперы, решётки на окнах, дополнительный багажник на крыше, выдвижной шноркель – с ним машина могла идти даже полностью под водой, гибкие сендтраки, система регулирования давления в шинах, мощная лебёдка, двигатель и стометровый трос которой был скрыт под капотом…
Поскольку весь обвес был разработан так же под машину, выглядело это вполне гармонично и чисто эстетически, «Патриот» выигрывал у любого собрата по классу, и значительно превосходил соседей по автосалону. Рядом стоял такой же люкс-прицеп, сделанный на базе рамы от «Москвича» четыреста двенадцатого. Запас ещё был, да и оборудование для производства было вывезено в Подмосковье. Прицеп так же был разработан под машину, стилистически походил на неё – цветом, формами, а так же – что было в новинку для советского автопрома, прицеп так же мог получить полный привод, распределение давления и мощные широкие колёса…
Машина выглядела мощно, ещё не вошли в моду огромные престижные паркетники, оставаясь половинчатым решением для жителей многих стран. Поэтому пальму первенства в верхнем ценовом сегменте взял «Патриот». Дальше шли японцы и американцы со своими крузаками, чероки и сузуки, ну и замыкали парад – недорогие паркетники из средне-низкого ценового сегмента, производства КНДР…
Первые партии были проданы почти исключительно за границу – не решение советского союза, просто американцы заплатили за машину больше…
А вот полуторка скандала не вызвала, и все её опции были заточены под одну цель – быть недорогим автомобилем для бизнеса. Берси был в какой-то мере горд за проделанную работу. Но не хлебом единым жив человек, и не люксовыми внедорожниками едиными он перемещается. Основным транспортом, и самым популярным, конечно же, стали автобусы и народный автомобиль. Такой был нужен людям, спрос никуда не делся, ВАЗ до сих пор выпускал свои традиционные модели, которые пользовались популярностью, но теперь вместо всенародного автомобиля им удавалось продаваться только в области недорогих малолитражек. Берси сделал, что мог, чтобы облагородить модельный ряд – поскольку основные производители входили в госкорпорацию и подчинялись одному из аватаров. Берси использовал наработки ВАЗа из своего мира и времени, переработав проект Лада-Гранта под более технологичное и массовое производство, и с помощью массовости выпуска смог добиться снижения цены. Небольшая мощность – пятьдесят киловатт, салон с виду приличный, без откровенных косяков, но и без свистелок, пластик, кругом пластик. И роботизированная сборка салона. Все рабочие были отстранены от народного автомобиля – они занимались рестайлинговой версией Нивы, лёгкими грузовичками, а так же проектом X-Ray, который пока что не просто буксовал, а вообще не двигался с мёртвой точки из-за преотвратнейшего качества сборки и комплектующих – Берси мог бы запустить проект на полную мощность, но предпочитал отдать это на откуп советским рабочим. И не сильно ошибся, делом они занялись, и заодно – хоть и с великим трудом, но обучались. Проект был слишком сложен для них и имел технологический уровень «патриота», поэтому даже малейшее отклонение от технологии вело к неудачам. Заводу пришлось в собственном порядке обзаводиться таксомоторным предприятием и в качестве испытаний не гонять машины по автодрому и пробегам, а использовать в такси. Денег это приносило немного, но приносило, да и машины – сыпались после недели интенсивной работы. Даже с электромоторами, кнопки люфтили, кондиционер работал кое-как, проблемы были буквально во всём, и всё начиналось с того, что произведённые «на отъ*бись» детали были некачественно установлены. И то, мелкая партия была гораздо качественней крупносерийки.
Автомобильная промышленность рухнула вообще, и только на брендах Патриот, Нива, держалась на плаву. И на народном автомобиле – всю осень четвёртого года Берси готовил к выпуску на автоВАЗ производство крупной серией легкового дешёвого автомобиля. Концепция его проще не придумаешь – максимально выгодное соотношение цены и качества, отказ от любого левого функционала. Всё опционно. Металлоёмкость конструкции больше, чем у заграничных конкурентов – в российских условиях машина должна обладать износостойкостью, прочностью, и при этом быть достаточно дешёвой. Берси использовал алюминиевый двухслойный кузов с двухсантиметровым слоем пенометалла между двумя слоями и в особо опасных зонах – ячеистую структуру, так же для сминания. Машинка была лишена всех удобств – обычный салон из недорогого пластика, который ориентирован на удобство форм и размеров, а не приятность материалов. Магнитола, недорогой бортовой компьютер, двигатель в сорок киловатт, который обеспечивал небыстрый разгон. Зато плавный и постоянный, не дёргающий при переключении передач, медленно, но верно.
Крупносерийное производство было адаптировано под полностью роботизированную сборку – в лучших традициях мегазаводов, с гигантским конвейером, тысячами промышленных роботов, сотней более мелких конвейеров-транспортёров, доставляющих детали со склада через ОТК в сборочный цех. Запуск машины был в декабре – из ворот завода выехали первые грузовики-автовозы, и дальше понеслась по-настоящему массовая работа. Круглосуточно, без выходных и праздников, с помощью максимально быстрых роботов…
Гранта ломанулась в продажу – появившись в салонах за небольшую стоимость, дороже оки, конечно, но дешевле выпускаемой традиционно волги и вровень с подержанными бюджетными иномарками. Выбор в пользу отечественного продукта обуславливался просто – запчастей много, в каждом магазине, ремонт тоже дешевле, плюс сниженная налоговая ставка…
Выход на рынок предваряла немаленькая рекламная кампания, которая имела успех среди людей, поэтому завод начал приносить прибылЯ с первых дней выпуска. При мощности в два миллиона машин в год, завод умудрился снизить цену уже через неделю после официального релиза и начала продаж – благодаря отказу от полного привода в пользу переднего. Минус два мощных и дорогих малошумных электромотора, стоящих отнюдь не дёшево – цена машины снизилась на пять процентов, вывоз продукции превратился в очень непростое дело – пять с половиной тысяч машин в сутки вывезти и отвезти в автосалоны – это не фунт изюму скушать. Автовозы становились больше и вместительней, поезда стали ходить чаще, пришлось строить отдельное ответвление маглева. Это снижало затраты на покупку комплектующих в Японии, Германии, Франции, а так же упрощало собственное снабжение из далёких городов…
Отдельной песней автомобилестроения стали машины представительского класса. Советские членовозы, лимузины, которые по решению Берси выпускались мелкой серией тысячами штук на заводе ЗИЛ. Времена штучных производств и уникальных автомобилей прошли – советские бронированные лимузины отстали от автомобильной моды лет на десять, а по оснащению совершенно не были приспособлены к экспорту, однако, более приспособлены, чем любые другие машины. Создание бронекапсул было поставлено на поток, членовозы пошли в массовое производство – по десять машин в день. Берси провёл полный рестайлинг, сохранив часть классических черт, отказался от модных ныне плавных линий в пользу классического кузова, но не слишком угловатого, больше похожего на Роллс-ройс, с похожим же салоном. Мощные двигатели и бронированные стёкла из специального синтетического материала, самая прочная из известных Берси классических видов брони, ну и конечно, удобства салона – помимо уже ставших классикой лимузинов – роботизированные кресла, система защиты от прослушивающих устройств… Лимузины своего покупателя нашли, очень быстро нашли. В основном их покупали в Азии и Европе, США очень негативно относились к России и американский рынок для Российских автомобилей был почти закрыт. Американцы имели свой автопром и конкурировали с Европой, поэтому появление новых игроков рынка воспринимали в штыки, стараясь всеми доступными способами очернить русские авто, даже если это выглядело ну уж совсем постановочной пропагандой…
Механизм управления государством через Берси – был запущен и работал как часы. От меня больше не требовалось решать задачи высшего приоритета, а значит, можно было расслабиться и сконцентрироваться на чём-то более небольшом и приятном. Тереза улетела на Сириус – ей хотелось выследить и ликвидировать Демиса, который, в свою очередь, пускал корни в республиках и создавал проблемы. Я поделилась с любимой кибербронёй, так что – теперь за её жизнь была спокойна.
Мой любимый Метрополис – мой Ёбург, моя маленькая столица. К слову, столица у меня теперь новая, это Фулгур, но острова мало подходили для постоянного размещения. Место неудобное географически и землетрясения там бывают… Поэтому Фулгур – заповедник с рыбацкими портами и рыбозаготовительными цехами, а основная деятельность – в Ёбурге. Появление маглева позволило завалить город товарами… относительно, конечно, все города, через которые проходит международный маглев начали потихоньку расти экономически.
Ментальность менялась куда тяжелее, чем внешность общества. Советский союз использовал в своей пропаганде метод осаж