Беременные платья
Легенда о средневековой моде на беременность имеет некоторые основания. Как минимум она соответствует культу Девы Марии, о котором речь пойдет немного дальше. Материнство было высшим предназначением женщины и ее естественным состоянием.
Но одновременно, если внимательно рассмотреть средневековые портреты и миниатюры, окажется, что конкретно беременных женщин там изображали крайне редко. И почти все они – либо Дева Мария, либо святая Анна, беременная самой Марией.
Если же взять самые известные картины, которые обычно демонстрируются для примера «беременной моды» – «Портрет четы Арнольфини» и изображение святой Екатерины кисти Яна ван Эйка – то прежде всего стоит заметить, что обе эти картины написаны одним художником. Обе изображенные дамы стоят, слегка выпятив живот вперед, а к животу у них прижато их приподнятое платье. Собственно, за счет толстых складок этого платья большая часть живота и появляется.
Портрет четы Арнольфини, Ян ван Эйк, 1434 г.
Святая Екатерина, Дрезденский триптих, Ян ван Эйк, 1437 г.
Ева, Гентский алтарь, Ян ван Эйк, 1432 г.
«Турнирная книга Рене Анжуйского», Фландрия, вторая половина XV в.
Свадьба Луи де Блуа и Марии Французской, Фландрия, 1480–1483 гг.
Если посмотреть на его же Гентский алтарь, а конкретно на изображение Евы, становится понятно, что идеальным женщинам ван Эйка никакая подушечка на животе и не нужна – у Евы довольно широкие бедра и округлый живот. Это изображение перекликается и с другими картинами средневековых и ренессансных художников, где нарисованы обнаженные женщины – у них практически у всех очень округлый животик, причем часто при наличии достаточно стройной талии – округлость начинается ниже.
Скорее всего, это действительно связано с тем, что средневековая женщина была в первую очередь матерью, поэтому и в фигуре важны были не нынешние спортивные плоские животы и узкие бедра, а крепкий таз и живот, способный выносить ребенка.
Свадьба. «Рено де Монтобан», манускрипт, Брюгге 1467–1469 гг.
Для примера приведем еще несколько картин других художников, где дамы так же, как у ван Эйка, прижимают к животу толстую складку своего приподнятого платья. Есть также картины, где они прижимают эту складку к боку, чтобы было понятно – это было нужно для удобства, чтобы не наступать на юбку, а не для того, чтобы изобразить беременность.
Но почему же дамы стоят и идут, выпятив живот вперед? Прежде чем ответить на этот вопрос, предлагаю обратить внимание, что так же стоят и многие средневековые мужчины. На картинах XV века это не очень заметно из-за особенностей мужской моды – жесткие складки верхней одежды скрывают фигуру. А вот на миниатюрах XIV века мужчины изображены в облегающей одежде, поэтому видно, что они так же, как женщины, слегка выпячивают живот, отклоняют спину назад и опускают плечи. У такой осанки есть даже специальный термин, который на русский язык можно перевести как «готическая сутулость».
Генрих фон Штретелинген, «Манесский кодекс», Цюрих, ок. 1300 г. Мужчина, так же как и его дама, демонстрирует прекрасный образец «готической сутулости».
Причина проста. Дело всего-навсего в обуви. Теоретически этот вопрос можно было обсуждать бесконечно, были версии и о том, что такой стиль изображения символизировал языки пламени, и что люди сутулились все из-за того же рахита (когда-нибудь я напишу книгу о средневековой еде, где наконец смогу подробно рассказать, почему средневековые аристократы не могли быть ни рахитичными, ни хилыми – нам бы есть столько мяса!). Но когда стали реконструировать средневековую обувь и попробовали ее носить, все вопросы касательно «готической сутулости» отпали сами собой.
Дело в том, что обувь как минимум до XVI века была вовсе не такой, как сейчас. Она была тонкой и мягкой, с очень тонкой плоской подошвой. А ходить в ней надо было не по мраморной плитке или хотя бы тротуарам, а в основном по земле, камням, колдобинам и т. д. Средневековые улицы не были образцом чистоты и удобства, а про дикую природу и говорить нечего.
Поэтому в Средние века люди ходили не как сейчас с пятки на носок, а с носка на пятку. То есть, вытягивали ногу, сначала ставили носок, как бы прощупывая, куда встают, и только после этого опускали пятку. Такая манера ходьбы и сейчас сохраняется у тех народов, которые ходят босиком или в самодельной обуви. И фигура при такой походке сразу приобретает черты «готической сутулости».
Когда я училась ходить в средневековых пуленах (мягкие туфли с длинными носами), я поняла, о чем речь. Сутулиться с такой походкой нельзя, потому что тогда вас будет заносить головой вперед. Поэтому вы выпрямляетесь и ступаете с носка на пятку – и сразу, безо всяких искусственных усилий, фигура принимает средневековые формы: бедра и живот пойдут немного вперед, плечи откинутся назад и опустятся, поясница прогнется. Походка будет выглядеть так: сначала вперед идут ноги, а потом тазобедренная часть подтягивает все остальное тело.
Рекомендую всем попробовать ходить босиком, чтобы убедиться на практике, это гораздо понятнее, чем читать любые объяснения. И заодно сразу станет ясно, почему дамы на изображениях прижимают платье к животу или просто держат руки на животе. При такой походке руки вдоль тела очень неудобно болтаются, а сложенные на животе удобно лежат и не мешаются.
Может показаться, что так очень сложно ходить, приходится постоянно думать, как ставить ногу, и получается очень медленно, да и фигура в букву S скручивается только на время ходьбы, а потом мы снова выпрямляемся… Но это просто от отсутствия практики и необходимости. Английские исследователи, занимающиеся этой темой, говорят, что нужно около полугода постоянного ношения средневековой обуви (или хождения босиком), чтобы походка с носка на пятку стала привычной, а осанка превратилась в «готическую».
Сохранилась такая осанка и в ранний период эпохи Возрождения. Рут Гудман[14], рассказывая, как положено было держаться знатным дамам, пишет: «В начале XVI века существовала одна общепринятая поза, в которой изображали всех женщин-модниц – неважно, сидела дама, стояла на коленях, стояла прямо или ходила; эту позу изображали и на гобеленах, и в иллюминированных рукописях, и на простых ксилографиях. Вы, конечно, можете сказать, что это просто такой художественный стиль, но он в самом деле очень точно соответствует нескольким кратким описаниям элегантного поведения и идеальной осанки для женщин того периода. По сути, главные элементы этой идеальной осанки – поданные чуть вперед бедра и вытянутая шея. Попробуйте сначала сделать это стоя, чтобы понять ощущения. Ноги вместе или в паре дюймов друг от друга, ступни направлены вперед, а теперь, держа ноги прямыми, подайтесь бедрами вперед и отведите плечи чуть назад. Ваш силуэт от кончиков пяток до шеи должен напоминать слегка изогнутую кривую. А теперь вытяните заднюю часть шеи, чтобы смотреть прямо вперед, а не вдоль носа».
В описываемое время сапожное ремесло уже сделало качественный рывок, и обувь стала намного прочнее, чем прежде, а ближе к концу XVI века появилось такое новшество, как каблук. Вслед за этим сменилась и походка – из скользящей она превратилась в семенящую. Поэтому такую осанку, которая у средневековых дам была с детства, молодым леди эпохи Возрождения приходилось вырабатывать искусственно.
Улучшение тела
Средневековые медицинские тексты практического характера описывают разнообразные способы «улучшения тела», дабы оно больше соответствовало канонам красоты. Большая часть рецептов предназначены для обоих полов, но есть и те, которые рекомендованы только для женщин и даже только для мужчин.
Самым распространенным способом улучшить свою внешность являлось, как и во все времена, окрашивание волос – есть средневековые рецепты покраски их в черный и рыжий цвета, а также осветления. В первую очередь это было все той же борьбой с признаками старости – седели в Средние века нередко, как и сейчас, в молодом возрасте, поэтому краски для волос были очень востребованы.
Вторая по популярности группа рецептов – это многочисленные средства для ухода за кожей или для улучшения запаха тела. Их много, и они тоже «унисекс», без разделения по половому признаку.
Авторы трактатов рекомендовали мужчинам и женщинам расчесывать волосы, мыть руки, чистить зубы и ногти, омывать тело – сохранилось великое множество рецептов смесей для ароматных и лечебных ванн, жидкого и твердого мыла, средств для гигиены рта и т. д. Некоторые из них я приведу дальше, когда от теории красоты и гигиены перейду к практическим примерам.
Все вышеперечисленное привычно и понятно современному человеку. Но можно выделить и очень необычные для нас рецепты, дающие понимание, что все-таки наши каноны красоты не всегда совпадают со средневековыми. К примеру, в медицинско-косметических трактатах часто встречаются рецепты по… уменьшению груди. Для этого рекомендовались всякие мази, припарки и даже хирургические операции. В Средние века красивой считалась именно маленькая грудь. Возможно, потому что прекрасной считалась юность и девственность. А возможно, дело было в том, что маленькая грудь показывала, что ее обладательнице не приходилось самой выкармливать ребенка, у нее есть кормилица.
Но каким бы удивительным это ни казалось в наше время, этот рецепт скрывает в себе еще более поразительные вещи. Дело в том, что он тоже был «унисекс» – рекомендации по уменьшению груди предназначались как женщинам, так и мужчинам. Впрочем, после того, как я встретила в переводе одного из трактатов описание уменьшения мужских тестикул хирургическим путем, я практически перестала еще чему-либо удивляться.
Исключительно женским косметическим средством считалась прежде всего косметика. В трактатах немало рецептов того, как красить лицо, придавать ему благородную бледность и свежий румянец, скрывать под притираниями изъяны кожи и морщинки. Разумеется, моралисты это крайне не приветствовали, но общество в целом относилось с пониманием, ведь красота являлась главным качеством, которое требовалось от женщины. А вот использование косметики мужчинами строго порицалось, тех, кто так делал, называли «женоподобными», и в средневековых текстах встречаются недвусмысленные намеки на то, что под этим термином подразумевается гомосексуализм.