В самом Париже король Филипп-Август (1165–1223) приказал соорудить первый общественный водоем – Пилори (на углу улиц Монмартр и Монторгей).
При короле Людовике IX Святом был сооружен первый водоем Инносан, и примерно в то же время монахи аббатства Сен-Мартэн-де-Шан и рыцари ордена тамплиеров оборудовали водоемы Тампль, Мобюэ, Вер-Буа и Сент-Авуа. Два последних существуют и в наши дни в реконструированном виде.
В налоговой переписи 1292 года упоминается 58 водоносов.
В случаях нехватки воды у водоемов возникали ссоры. Королевский указ от 1369 года угрожает конфискацией ведер, штрафом, тюрьмой и кнутом водоносам, если они будут преграждать доступ к общественным водоемам остальным жителям, а также пивоварам, красильщикам и торговцам лошадьми, если они будут брать воду из водоемов для нужд своего ремесла.
В начале XVI века существовало всего 12 водоемов в самом городе и 5 – за его стенами. В то время население Парижа составляло 300 000–400 000 человек и, следовательно, оно должно было пользоваться водой из Сены или из колодцев, принадлежавших частным лицам. Генриха IV беспокоила нехватка воды, и он приказал построить у Нового моста водоподъемник Самаритэн, имевший колесо с ковшами, которое приводилось в движение силой течения Сены. Получаемая вода служила для снабжения Лувра, садов и некоторых общественных водоемов. Подъемник давал более 700 куб. м воды в сутки (он был уничтожен только в 1873 году).
Водные ресурсы средневековых городов
Возможно, покажется удивительным, что я, уделив столько времени туалетам, канализации, законам о чистоте и вывозу коммунальных отходов, водопроводу решила посвятить только несколько абзацев.
Но поскольку моя книга все-таки не научное исследование, а научно-популярный обзор вопросов, связанных со средневековой гигиеной, я подробно останавливаюсь прежде всего на темах, вокруг которых больше всего мифов. О туалетах и грязи на улицах что только не выдумывают, но вроде бы ни у кого не вызывает сомнения, что вода в Средние века была – ее пили, а иногда ею еще и мылись. По крайней мере даже те, кто считает, что средневековые люди мылись всего два раза в жизни, вряд ли отрицают, что делали они это именно водой.
Откуда эту воду добывали, думаю, тоже понятно. Из рек и из колодцев.
Колодец. «Рено де Монтобан», манускрипт, Брюгге 1467–1469 гг.
Как это ни удивительно, но из той же Темзы воду пили еще даже в конце XIX века. Не в Лондоне, конечно, а в верхнем течении реки, прежде чем она проходила через густонаселенные районы. Да что там Темза и XIX век, рыбаки до сих пор умудряются пить воду из Волги – разумеется, после пропускания ее через фильтр, но ведь фильтрацию воды тоже не сейчас придумали – еще на рубеже X–XI веков персидский инженер Аль-Караджи написал книгу «Добыча скрытых вод», в которой дано описание процесса фильтрации. Никто не стремился пить мутную речную воду, но если другой не было, ее очищали, пусть и примитивными методами.
Но в основном речную воду использовали для технических целей – мытья и стирки, а главными источниками питьевой воды для людей с древнейших времен были, разумеется, колодцы. Маргарет Джин Уилби в своей магистерской диссертации в Экстерском университете разбирала управление городскими водными ресурсами в Англии, Уэльсе, Шотландии и Ирландии в период с 1066 по 1540 год. Уделила она внимание и колодцам: «Они были важной частью городской жизни и использовались для обеспечения жителей водой в домашних, промышленных и религиозных целях. К сожалению, как археологические, так и документальные свидетельства часто ограничиваются краткими ссылками, точная датировка затруднительна, и вполне вероятно, что сохранившиеся примеры представляют собой крошечную долю от общего числа позднесредневековых городских колодцев, которые когда-то существовали. Методология, использованная в исследовании, позволила получить более полное представление о различных типах скважин, их технологии, распределении и месте в социальном устройстве общества, хотя выводы, которые можно сделать, носят предварительный характер».
Фонтан. Кристина Пизанская «Путь долгого учения». Франция, 1400–1410 гг.
Простейший тип средневекового колодца, как пишет Маргарет Джин Уилби, дошел до нас почти без изменений. Это была круглая или квадратная яма, выкопанная там, где высокий уровень грунтовых вод, и облицованная деревом или камнем. Вода в таких колодцах не всегда отличалась чистотой, особенно в городах, где к ней примешивались пусть прошедшие через почву, но все же опасные стоки из выгребных ям.
Богатые люди могли себе позволить колодцы, напоминающие современные поверхностные скважины – уходящие в землю на много метров, до чистых водоносных слоев. Они строились в основном при замках, монастырях и дворцах, поскольку это был технически сложный и дорогой процесс. Такие колодцы были облицованы камнем, над ними возводилась крыша или вообще целое здание, где устанавливались специальные приспособления для подъема воды с большой глубины. Впрочем, в XIX веке в Бристоле обнаружили такие колодцы даже в черте города, и судя по всему, они принадлежали не кому-то лично, а были общественными, городскими.
Фонтан в саду. «Рено де Монтобан», манускрипт. Брюгге, 1467–1469 гг.
И наконец, в некоторых крупных городах существовал пусть примитивный, но самый настоящий водопровод. «Хотя основные типы, дизайн и использование городского водоснабжения были одинаковыми во всех четырех странах, – пишет Маргарет Джин Уилби, – только некоторые английские города и Дублин (который находился под англо-нормандским политическим и церковным влиянием) имели системы водоснабжения, которые включали закрытые трубопроводы. Причины этого сложны, так как каждая страна имела свой политический и культурный контекст. Кроме того, в каждой стране, в каждом городе существует уникальное взаимодействие между типами водоснабжения, которые требуются различным слоям общества, и способностью советов и других органов удовлетворять эти потребности. Необходимо также отличать водопроводные системы городских замков, соборов, монастырей и частных домов (которые предназначались исключительно для их жителей) от тех, к которым имели доступ обычные граждане… Совокупность рассмотренных свидетельств указывает на то, что те города и поселки, которые построили общественный закрытый трубопровод, должны были обладать несколькими (но не всеми) из ряда критических факторов, которые перечислены ниже, в произвольном порядке:
i) необходимость изыскания новых источников водоснабжения для удовлетворения растущего спроса
ii) скорее светское, чем церковное управление
iii) нахождение в Англии или в пределах процветающего англо-нормандского анклава
iv) процветающая экономика и городской совет, имеющий определенную степень автономии от сюзеренитета
v) общественные деятели и поддерживающие их граждане, которые хотели бы иметь доступную (и, желательно, качественную) водопроводную воду и были готовы нести деловые и финансовые риски
vi) доступ по меньшей мере к одному источнику родниковой воды, расположенному достаточно высоко для того, чтобы трубопровод мог управляться гравитацией, но не слишком далеко от предполагаемой конечной точки
(vii) общественные деятели, которые смогли обеспечить юридические и финансовые права на доступ к источнику
viii) хорошие отношения с местным приходом, готовым сотрудничать в деле постройки водопровода
ix) богатый и процветающий купеческий класс, который способен и готов оказать финансовую помощь, возможно, частично мотивированный религиозными/ филантропическими мотивами
x) сильное чувство гражданской ответственности у горожан и желание содействовать экономическим интересам и статусу города, обеспечивая его удобствами.
Данные археологических раскопок и документов показали, что установка и обслуживание трубопровода требовали огромных технических знаний и строительных навыков. Однако отсутствие резервуаров, паровых насосов и больших литейных цехов неизбежно ограничивало возможности позднесредневековых гидрологов».
Вода в Лондоне тоже была, да еще в разных видах. Кто-то мог набирать свою воду сам, из фонтанов – обычно всего в нескольких минутах ходьбы. Были «кондуиты» – трубы, по которым вода стекала в фонтан. У части лондонцев были собственные кондуиты, по ним вода поступала из фонтана прямо во двор. Под фонтаном здесь понимается просто скромная поставка воды, а не бьющие в воздух струи. В Лондоне были свои натуральные источники воды, но к XIII столетию они уже не могли обеспечить нужды всего населения. В 1237 году пикардийский купец дал 100 фунтов на проводку воды в Лондон из источников Тибурна. За это он получил торговые привилегии.
Вообще обеспечение столицы водой из отдаленных источников было почетной обязанностью каждого зажиточного лондонца. Тот же Ричард Виттингтон построил целых два кондуита, один на Биллингсгейт и другой на Крипплгейт. Он также дал денег на проводку воды в тюрьмы Ньюгейт и Лудгейт. Это было в 1432 году. Уильям Ламб перестроил Холбор кондуит в 1564 году, потратив на проект 1500 фунтов. В 1583 году Барнард Рандульф, сержант, дал 900 фунтов «на водяной кондуит».
Трубы делались либо из свинца, либо из цельного ствола дерева, в котором выжигалась сердцевина. Первый кондуит построил на Чипсайд Кросс вообще еще Эдуард I в 1290-м году, в память о своей королеве. Увы, он встроил его в статую Девы Марии, держащей Христа-младенца на руках, и статую вандализировали дважды, в знак протеста против католицизма: в 1554 году, и в 1581 году, и снова в 1596 году. Тогда реставратор заменил Деву Марию на языческую Диану, но, увы, изобразил ее с обнаженной грудью, и вандалы снова принялись за свое.
Второй значительный кондуит был известен, как Грейт Кондуит и располагался в середине Чипсайда, используя воду из Тибурна и Паддингтона. Кондуит на Флит Стрит питался водой из Паллингтона через Тибурн и Мэрилибон. Этот был еще и произведением искусства – там были расположены статуи ангелов с колокольчиками, которые начинали вызванивать определенные мелодии каждый раз, как включалась машина.