– Фиктивный брак, – произнесла Полина, взвешивая слова, взвешивая будущую жизнь.
Проблемы с салоном решатся – ее муженек вложит деньги, и целый год можно будет преспокойно наводить порядок хоть в подсобке, хоть в косметическом кабинете, хоть в спа-зоне. А можно вообще никуда ничего не вкладывать, а вернуться к прежней беспечности. Какая разница, из чьего кармана потекут деньги? Какая разница? А папочка сто раз пожалеет, что поступил с ней таким образом и что водрузил ее судьбу на шахматную доску, тоже пожалеет. И никто не станет следить за ней, никто не будет учить уму-разуму…
А что она вообще теряет? Развестись – не проблема. Имущество? Но в ближайшее время она ничего крупного покупать не собирается, а приобретенное до заключения брака принадлежит ей и только ей. А потом, не надо забывать о старом добром брачном контракте – нужная штука… «Папочка, ты сдал меня или нет?..»
– И обязательно оформим брачный контракт, – прочитал Андрей ее мысли и улыбнулся на этот раз хитро. – Я обещаю тебе свободу, финансовую поддержку и еще, конечно, неприкосновенность.
Ах да, неприкосновенность! Полина улыбнулась в ответ. «Перестань для начала пялиться на мою грудь…»
– Ты заставил меня задуматься, – честно сказала она, протягивая руку к меню, оставленному официантом. Даже аппетит проснулся! А что… отличная возможность уйти в самостоятельную жизнь (громко хлопнув дверью) и привычно «куролесить», как иногда выражается папочка. А Андрей Стрельцов? А он будет джентльменом, потому что Петр Петрович Шурыгин не перестанет дышать ему в затылок. А ведь она готова сказать «да»…
– Соглашайся, – подтолкнул Андрей, чувствуя, что вывел Полину на кривую дорожку сомнения. Давай, детка, давай, не подведи… Хочешь денег – пожалуйста, хочешь приключений – не проблема, хочешь насолить папочке, так я с тобой заодно.
– А как же личная жизнь? Рано или поздно она появится и у тебя, и у меня.
– Если тебе понадобится развод, то оформим в два счета, надеюсь, Петр Петрович не расстроится…
– Это я возьму на себя.
– Так, значит, «да»? – в его глазах заплясали озорные искры.
– А если просто роман на стороне?
– Уважая друг друга, будем скрывать. Для всех мы – идеальная пара. Тебе все равно, мне все равно, но другим-то нет.
– А ты подготовился, – засмеялась Полина и захлопнула папку меню. – Я буду салат из морепродуктов, и – да, я согласна.
Она сошла с ума? Быть может…
Глава 7
Катя вышла из своей комнаты, осторожно прикрыла дверь и прислушалась. Тихо. Закусив от волнения нижнюю губу, она пересекла просторный коридор и свернула к кабинету отца.
Вчера Полина вернулась поздно и ничего рассказывать не стала, а сегодня ни свет ни заря ускакала в салон – есть в этом нечто подозрительное… И веселая была – песню напевала.
Что ей сказал красавчик-блондин?
Упал ли он без чувств, когда увидел, какая Полина красивая?
Ох, ответов на вопросы пока нет… приходится фантазировать и совать нос куда не следует…
И Егор приехал не случайно… конечно же, не случайно! Если он явился полдевятого утра сюда – в квартиру, значит, привез какие-то интересные свежие и горячие новости. Ну и как можно удержаться и не подслушать? Есть, есть у нее маленькая тайна: ванная комната, соседствующая с кабинетом, является отличным местом для удовлетворения собственного любопытства. Вентиляция там неправильная, и если залезть на тумбочку и встать на цыпочки, то… то очень многое долетает до ушей. Да, иногда Катя позволяет себе подобные шалости.
А Егора к своим делам папочка подключает только по особым случаям… Сыщик идет по следу сквозь непогоду и тьму, сквозь день и ночь. Враги трусливо прячутся, а… Опять ее воображение разыгралось. Катя хихикнула и остановилась напротив ванной комнаты. Сегодняшние новости наверняка касаются Полины. Вчера папочка разговаривал с Егором по телефону о ней и блондине. То есть он старательно не называл имен, но и так было понятно.
– Ты почему до сих пор не в институте?
О, не-е-ет, неужели Ольга не ушла на работу?.. «Почему я не в институте? Почему я не в институте? Преподаватель заболел, и отменили первую пару… Подходит».
Катя обернулась и тихо ответила:
– Препод заболел. А ты почему дома?
– Папа попросил задержаться, мы вместе поедем встречать… – она осеклась, – а ты почему шепчешь?
– А ты чего так громко разговариваешь?
Катя, понимая, что нужно сматываться, иначе ее сейчас замучают вопросами, дернула ручку двери и попыталась юркнуть в ванную, но Оля ловко схватила ее за руку и развернула к себе.
– Ты куда?
– В туалет, – выпалила Катя, делая вторую попытку скрыться за дверью. Опять неудача.
– Я с тобой.
– Ты в своем уме?
– Ты почему прогуливаешь институт? Мне поговорить с папой? – голос Ольги стал громче.
– Да не ори ты, ябеда. – Теперь Катя схватила ее за локоть и втащила в небольшую светлую комнату (где и помыться не проблема, и туалет имеется, и та самая тумба стоит… ждет…). Придется делиться с Ольгой своим планом… как она некстати, как не вовремя… – У меня дело важное.
– Какое?
– Егор приехал.
– Знаю, и что?
– Ну-у-у, он наверняка по поводу Полины.
– С чего ты взяла? Забот больше у них нет, как только ею заниматься.
– Вечно ты ничего не видишь и не слышишь, и говори тише, а то папа услышит.
– И что?
Катя закатила глаза и ткнула пальцем в стену:
– Они там разговаривают… Я хочу выяснить, о чем. И ты мне не мешай. Против Полинки что-то замышляют, а мы не в курсе, теперь поняла?
Оля нахмурилась, смерила сестру тяжелым взглядом, но ответила уже тише:
– Ты уверена, что речь о ней?
– Уверена.
– Ладно, давай подслушаем, – твердо произнесла Оля, и у Кати глаза на лоб полезли. Такого от своей правильной сестры она не ожидала. Сдалась так быстро, практически без боя! Во дела!
Но в данном случае трата времени на изумление приравнивалась к преступлению, и, боясь пропустить самое важное, Катя подтолкнула старшую сестру в угол.
– Лезем на тумбу. Быстрее, – прерывисто скомандовала она, – голоса обычно слышно плохо, но разобрать можно. И, пожалуйста, тише.
– Что значит – обычно?
– Не бери в голову, лезь…
Оля раньше не совершала подобных акробатических трюков (стула поблизости не было, а тумба доходила почти до пояса, плюс длинная прямая юбка, плюс волнение), но отступать она не стала. Задрав юбку, а затем и ногу, на зависть цирковым львам и тиграм, она в считаные секунды ловко вскарабкалась на тумбу, чем еще больше удивила младшую сестру. Катя, в свою очередь, выполнила тот же трюк с хладнокровием профессионала – не впервой. Чтобы не загреметь вниз, «шпионки» прижались друг к другу и затихли. Ну, о чем там папа с Кречетовым говорит? Появление Егора не может быть случайным – в «такую рань» он бы не приехал «с пустыми руками»…
– Они вас переиграли.
Шурыгин не договаривался о встрече с Егором, тот приехал без предупреждения. В душе сразу образовался колючий холодок – он привез новости… о Полине. И если завалился с утра, то и новости срочные, и раз на лице ухмылка, то и радоваться нечему. Иногда так и хочется спросить: «Ты на чьей стороне, Кречетов?»
«Они вас переиграли» – что могут означать эти слова? Андрей и Полина…
– Говори. – Петр Петрович придвинулся к столу и приготовился к худшему. Как же он не любит, когда в его планы вмешиваются обстоятельства, случайности и прочие раздражающие факторы.
– Вчера Стрельцов пригласил Полину в ресторан…
– Я даже не буду спрашивать, откуда ты это знаешь и кто тебя просил за ними следить. Я вот не просил.
– И не надо, не спрашивайте, – пожал плечами Егор.
– Дальше.
– Он заказал кофе…
– Избавь меня, пожалуйста, от издевательских подробностей.
– Хорошо, если кратко, то Стрельцов… – Егор не смог отказать себе в паузе, – сделал предложение вашей дочери.
– Какое предложение?
– Петр Петрович, соберитесь, – опять насмешка в голосе. – Вы чего от него требовали? Ну, так он и…
Шурыгин онемел, затем вскочил с кресла и прогремел:
– Он что, ей уже предложение сделал?!
– Ну да, то самое. Замуж позвал. Вы думали, он вокруг Полины кругами ходить будет, а она ему мозги пудрить? А Стрельцов и пары дней не промучился – встретился с Полиной и выложил карты на стол. Обрисовал ситуацию, ваше участие в ней и предложил фиктивный брак, который устроит обоих.
Опустившись обратно в кресло, Петр Петрович посмотрел на Егора, мягко говоря, враждебно – за плохую новость в первую очередь частенько достается гонцу. Но этому гонцу черта с два шею намылишь!
– Он рассказал обо мне и…
– Он обо всем рассказал.
Шурыгин побарабанил пальцами по столу и задал тот вопрос, который, в общем-то, напрашивался сам:
– И что Полина ответила?
– Согласилась. Он обещал поддерживать ее деньгами и не лезть в личную жизнь, а она, я так понимаю, просто хочет вас позлить и скинуть со своих плеч финансовые проблемы. Ваша месть рассыпалась в пыль.
Закрыв глаза, Петр Петрович попытался утихомирить чувства, рвущиеся наружу. Сам виноват, сам. Не учел, недодавил, недоприбил! Он-то думал… а вышло… Ах, Андрюша, Андрюша, ах стервец… Ну да ничего, ничего… и Полина тоже хороша!
Пожениться они решили!
Умники!
Не бывать этому браку, не бывать!
Или… Шурыгин открыл глаза и вновь побарабанил пальцами по столу.
– Они даже не представляют, во что ввязываются, – тихо произнес он. – Им придется жить под одной крышей, а такое испытание еще не каждая любящая пара выдерживает, а тут – фиктивный брак. Зная взрывной характер дочери, предположу, что Стрельцов все же сам наказал себя, уж лучше бы он полгода за ней поухаживал…
На лице Шурыгина появилась мимолетная улыбка, но, несмотря на всплеск приятного злорадства, он, если б мог, отмотал бы время назад и сделал все, чтобы этой свадьбы не случилось… Но теперь на попятную уже не пойдешь… Увы, история будет вершиться без его участия.