за это не будет.
Попытка подъехать на кривой козе к моему временному начальству закончилась тем же. Граф лишь непонимающе развел руками, а князь вернул чиновникам не менее надменный и холодный взгляд, вообще ничего не ответив. Сделав нам недвусмысленный знак, он повел делегацию к выходу.
Только я не уверен, что у самого посла не возникли кое-какие вопросы к слишком мутному видоку.
На обратном пути мне было не до осмотров достопримечательностей, потому что я насел на переводчика, пытаясь вытащить из него хоть что-то полезное. Оказалось, что колдунья Ши Киу — это своеобразный аналог Григория Распутина из моего мира. Она втерлась в доверие к матери нынешнего императора и вела себя в высшем свете империи как слон в посудной лавке. Учитывая, что императору сейчас было пятнадцать лет и, по словам переводчика, он был маменькиным сынком, смелость колдуньи вполне оправданна. Впрочем, ее боялись не только из-за покровительства матери-императрицы, колдунья и сама по себе была способна нагнать жути, потому что умела много чего эдакого. И я тому первейший свидетель. До сих пор одинокие мурашки временами пробегали по спине.
А еще я узнал от переводчика то, что вряд ли смог бы найти в официальных источниках. Оказывается, колдуны в Китае большая редкость. Так уж получилось, что, желая законопатить колдунов в стену бюрократической структуры, китайские чиновники начали ломать их похуже любителей аутодафе в Европе. И точно так же, как наши колдуны начали сбегаться в Новгород, их восточные коллеги едва ли не вплавь отправлялись в Японию. Там у сегуна, четыреста лет назад опекавшего очередного императора, хватило ума принять колдунов под свое крыло. Правда, в Новгороде они собрались под крышей единой академии, а в Стране восходящего солнца образовалась сеть школ, в которой искусство магии передавали от учителя к ученику.
Так что вдовствующая императрица пригрела достаточно редкий экземпляр. Зато оборотней в Китае хватало с лихвой. В основном это были ракшасы и переманенные из Кореи ину — оборотни-псы.
Как и следовало ожидать, сразу по прибытии в посольство я был вызван в кабинет князя. Несмотря на внешнюю невозмутимость, страсти буквально распирали посла, и он выплеснул их без лишних предисловий:
— Почему ведьма назвала вас чужаком?
— Понятия не имею, — на белом глазу соврал я и добавил: — Она колдунья, а не ведьма.
— Вы пытаетесь поучать меня? — сузив глаза, спросил князь, и мне даже почудилось в его голосе змеиное шипение.
— И в мыслях не было, ваше превосходительство, просто эта подробность может быть важна в нашем разговоре.
— Но разговор у нас почему-то не получается. Вы не хотите откровенничать, хотя скрываемая вами информация может быть важна для успеха нашего посольства в Пекине, — почти передразнивая меня, сказал князь.
Оказывается, у этого змея даже чувство юмора есть.
— Я не могу объяснить вам слова полубезумной ведьмы.
— Тогда объясните свои собственные речи, — попытался прижать меня посол.
Со всем нашим удовольствием, ведь изначально мой ответ ведьме составлялся именно с оглядкой на последствия. И учитывая сложность ситуации, мне удалось неплохо справиться.
— А что тут нужно объяснять? Родился я, как и стал видоком, без сомнения, благодаря высшей воле. И уж точно у меня нет никого желания вредить правителям Поднебесной.
Пару минут князь обдумывал мой ответ, затем негромко произнес:
— В ваших словах нет ни слова правды, господин видок. Это знаете вы, и знаю я. Мне плевать на ваши тайны, но, если ваше вранье навредит моему делу, вас не спасет ни новгородское происхождение, ни покровительство князя Шуйского, ни статус видока. Надеюсь, вы не сомневаетесь в действенности моих угроз?
Серьезный дядька даже не стал смягчать слова.
— Никак нет, ваше превосходительство. Не сомневаюсь, как и в том, что мои тайны никоим образом не могут повредить дипломатическим отношениям двух империй.
— Будем на это надеяться, особенно вы, — хмыкнул князь и, чуть помедлив, добавил: — Более не стану вас задерживать.
После разговора с князем я отправился в отведенную мне комнату, где от безделья дурел Леонард. Пришлось пригрозить ему страшными карами даже за попытку устроить какую-нибудь пакость. Я уже успел сто раз пожалеть, что потащил с собой кота в такую даль, причем без малейшей на то необходимости. Так что прав был капитан «Стремительного» — это просто ребячество какое-то.
На обед я вновь был приглашен в общество графской четы, где подвергся расспросам, правда, не таким категоричным, как в кабинете князя.
— Говорят, у вас состоялась занимательная беседа с ручной ведьмой императрицы-матери, — хитро прищурившись, спросила княжна, едва мы успели съесть по первой ложке неплохого черепашьего супа.
— Она не ведьма, а колдунья. К тому же я не уверен, что бред выжившей из ума старухи можно назвать интересным, — ответил я, глядя в тарелку, словно увидел там что-то очень любопытное.
Надеюсь, в данный момент нас не слушают цинские агенты и мои слова не донесут до Ши Киу, — не факт, что ее чувство юмора настолько огромно.
— Это действительно бред? — продолжала настаивать княжна. — Как и ваши ответы?
— Ваше высочество, — оторвавшись от супа, со вздохом сказал я, — вот честно, если вы не хотите, чтобы я вам начал врать, не задавайте слишком личных вопросов.
Так, кажется, я сказал больше чем нужно, и княжна сделала соответствующие выводы.
— Игнат Дормидонтович, а почему вы прячете своего кота от нашего общества? — мило улыбнувшись, тут же сменила тему княжна.
Когда хотела, она могла быть какой угодно — от такой вот плюшевой и милой до холодной и даже жуткой.
— Ваше высочество, вы любите кошек?
Услышав это, Дарья чуть кривовато улыбнулась, а Антонио поперхнулся глотком вина.
Интересная реакция.
— Может, пригласите вашего спутника к нам? — предложил граф, покосившись на жену.
Все интереснее и интереснее.
— Не стоит утруждаться, — остановила Дарья мою попытку подняться с места и позвонила в стоявший рядом на столе колокольчик.
Тут же появилась горничная.
— Принесите кота Игната Дормидонтовича.
Через минуту стало понятно, что горничная выполнила приказ своей госпожи буквально и притащила тяжеленного Леонарда на руках. А этот скот воспринимал все как должное и блаженствовал.
Для себя я лишь отметил силу горничной и сделал зарубку в памяти.
Блаженство моего хвостатого напарника продлилось недолго — до момента, когда он увидел княжну. Судя по прищуренным глазам и настороженному взгляду Дарьи, она явно ожидала подобной реакции.
Лео вывернулся из рук горничной, спрыгнул на пол и подбежал ко мне.
За время нашего знакомства я научился не только читать выражение глаз и морды кота, но и, добавив толику фантазии, переводить все это в некие фразы.
«Шеф, не, ну ты видел это, ты видел?!»
Интересно, он опознал ошейник или узрел нечто недоступное взгляду человека?
— Леонард Силыч, ведите себя пристойно и поприветствуйте наших гостеприимных хозяев.
Кот настороженно глянул на меня.
«Ты это серьезно?»
Не став упрямиться, он величественно подошел к графу и дал ему себя погладить. Затем еще раз оглянулся на меня.
— Леонард Силыч… — с нажимом повторил я.
Горестно вздохнув, кот осторожно подошел к княжне. Его походка и поза говорили, что в случае чего он и укусить может.
Самое интересное, что у Дарьи вид был практически таким же. Она осторожно приблизила руку к замершему рядом с ее стулом коту и легким касанием дотронулась до серой шерсти.
И ничего страшного не произошло. Княжна начала гладить Лео, а тот то ли искренне, то ли из вежливости заурчал.
Больше всего был шокирован почему-то именно Антонио.
— Мио дио! — ошарашенно выдохнул он. — Но как?!
— А что, собственно, вас удивляет? — не удержался я от вопроса.
— И коты, и собаки с ума сходят, когда видят мою супругу.
Леонард, разошедшийся до того, что запрыгнул княжне на колени, с превосходством оглянулся на Антонио. Мол, вот я какой весь красивый, смелый и особенный.
Внезапно в глазах Дарьи мелькнуло понимание:
— Это питомец…
— Да, — поспешил я подтвердить ее догадку.
Мало ли кто нас сейчас может услышать. Возможным слушателям совершенно не обязательно знать, что связывает меня, кота, княжну и одного слишком уж увлеченного наукой профессора.
Дарья сначала посмотрела на меня, а затем на Лео — и опять сделала для себя какие-то выводы. Думаю, что мне поставили маленький плюсик.
— Жаль, что вы пробудете у нас недолго.
— И скоро нам улетать? — поинтересовался я, почему-то вызвав у графа приступ смеха.
— Улетать? Увы, мио амико, ради вас никто не станет гонять «Стремительный». Домой вы отправитесь на пароходе. Через несколько дней в порт Тяньзиня приходит судно «Бекас» с грузом для нашей миссии. Оно и заберет вас во Владивосток. А затем уже железной дорогой спокойно доберетесь домой.
Подобный маршрут меня не удивил. Потому что в этой истории сильный Китай, державший Корею и Маньчжурию в ежовых рукавицах, закрыл свои границы на очень мощный запор. Так что Транссиб, хоть и появился на пару десятилетий раньше, огибал территорию Цинской Империи по дуге, как это было в моем мире со времен Русско-японской войны.
— Ну, ничего, хоть пару дней погуляю по Пекину, — стряхнув задумчивость, с показным весельем сказал я.
— И это тоже не получится, — как-то виновато развел руками граф. — Князь приказал не выпускать вас с территории посольства. Но не переживайте. Развлечься и вкусить местной экзотики нам все-таки удастся.
— И каким же это образом? — осторожно уточнил я.
Граф человек, так сказать, сложный, мало ли что он имеет в виду.
Наша пикировка вызвала у княжны ехидную улыбку.
— Князь очень хотел бы запереть вас в самом маленьком сундуке и отправить на родину в нем же, но наш большой друг Айсиньгеро Ихей хочет видеть вас у себя на празднике.