Лео прокручивал фарш рядом, когда я услышала шум, доносившийся с заднего двора.
– А где Изумруд? – спросила у мальчика.
– Так он, как поужинал, убежал во двор на качелях качаться.
Шум повторился, мы с Леонардом подскочили и направились во двор. Распахнув дверь, я охнула. В голове какие только мысли не пронеслись, Изумруд прижимал передними ногами кого-то к земле.
– А-а… Помогите! – из-под драконьего зажима донёсся писклявый срывающийся голос.
– Вы кто? Что вам тут надо? Вор! Вы решили дракона украсть?! – закричала я. – Изумруд, не выпускай его, я за стражей! Вернётся генерал Маркус, разберётся с ним.
– Подождите! Какая стража, не надо, я не воровать пришёл! Отпустите, – запыхтел неудачливый грабитель.
– Никто вас отпускать не станет, мало ли что у вас в карманах, – вспомнился работорговец и мне неожиданно стало страшно, да так, что я на мгновение замерла, а перед глазами пронёсся момент во дворе чужого дома.
– Да не вор я! Не вор! Я сын бургомистра! Синнер! А вы вот кто такие? Где Лилия?
– Никакой Лилии тут нет, – немного успокоившись, попросила Изумруда отпустить сыночка богатого и знатного соседа. – Теперь я хозяйка этого дома.
– Вы? – Синнер резко вскочил на ноги и покачнулся. – Не верю! Лилия не посмела бы, – наглец бросился в сторону дома, но тут же был прижат Изумрудом к земле.
– Вы в своём уме? Видите, что тут посторонние люди?
Какой же он невоспитанный, беспардонный.
– Прошу, – глухо всхлипнул Синнер. – Я лишь удостоверюсь.
Я замерла. Он чего, на самом деле заплакал? Или мне показалось.
– Хорошо, загляните и сразу уходите! Иначе я тут же вызову охрану.
Слёз на его лице не было, похоже, Изумруд нажал на бедолагу, когда тот начал говорить.
– Куда она уехала? – Синнер побледнел, удостоверившись, что дом больше не принадлежит той, которую он любил.
– Откуда мне знать? Женщины продавали лавку практически даром, только дурак не ухватится за возможность. Что-то рассказывать об отбытии бедняжек не собиралась.
– Ничего, я узнаю! – уверенно произнёс Синнер. – А вы собирайте вещи, завтра придёт нотариус, оформит сделку. Десять золотых даю, лавка должна принадлежать Лилии. Столько воспоминаний… – бормотал сын бургомистра, направляясь к входной двери.
Спорить с ним не стала, не ночью же это делать, вот вернётся Маркус, пусть с малахольным и пообщается. Я поймала себя на мысли, что всё чаще начинаю думать о Маркусе, как о своём настоящем женихе и поэтому неосознанно перекладываю решение серьёзных вопросов на его плечи.
– Куда?! – возмутилась я. – Пришли через стену, через неё и возвращайтесь, мне не нужны сплетни. Мой жених не оценит, ещё на дуэль вас вызовет.
– И кто жених? – перестав бормотать, Синнер внимательно посмотрел на меня.
– Генерал Маркус.
Надо было видеть лицо богатого сыночка. Сначала замер, открыв рот, потом сделал два шага назад и громко рассмеялся.
– Кто? Генерал? Ты в своём уме, женщина? Я только из столицы прибыл и слышал, что король для господина Маркуса подобрал невесту, скоро они встретятся. Ха-ха… Вот насмешила. Собирайте вещи! – взяв себя в руки, потребовал Синнер и вышел во двор.
Я же так и осталась стоять на месте.
Глава 39
– Мама, ты его не слушай, генерал честный мужчина, если сказал, что ты его невеста, то так и есть, – пытался успокоить Лео, Изумруд ему поддакивал:
– Маркус хороший. Дракон чувствует.
– Вы же знаете, что мы всего лишь притворяемся женихом и невестой, – погладила мальчиков по волосам.
– Он влюблён! – уверенно заявил Лео. – Мама, Маркус мне по секрету признался, когда я его к стенке прижал.
Я чуть не засмеялась, понимая, что сын это мог сделать в прямом смысле слова, с его-то силушкой.
– Тогда он и сдался, сказал, что обязательно сделает тебя счастливой. Просто он стесняется сказать тебе, что влюбился по-настоящему. Ты мне веришь?
– Верю, солнышко, – поцеловав Лео в щёку, пришлось целовать и Изумруда.
Завершив дела, мы все легли спать.
Следующий день был как в тумане, если бы не Лесси и пришедшие с ней женщины, то я бы ничего не успела.
Агата и Августа ловили всё на лету. Во-первых, они умели быстро и качественно замесить любое тесто, а во-вторых, поняли, как лепить пельмени, с первого раза. В голове промелькнула мысль, что если буду расширять производство, то обязательно их позову на работу.
Фарш замешивать я им не доверила, Лео крутил его в комнате, не без помощи Изумруда. Тот, став человеком, всё хотел делать как брат-близнец.
Утро по посетителям оказалось очень насыщенным. Поток схлынул лишь после обеда. Неожиданно ко мне заглянул Алекс, сослуживец Маркуса, с вопросом, всё ли у нас хорошо, и сказал, чтобы мы не слушали сплетни, что уже поползли по городу, про сватовство генерала в столице. Увидев его, я улыбнулась. Вот с ним и поделилась угрозами бургомистровского сынка.
Тот удивлённо посмотрел на меня и ответил, чтобы мы даже не думали трогаться с места. Он всё устроит, больше Синнер нас не побеспокоит.
Как же! Тот словно по расписанию появился вечером в то же время, что и накануне. Но то было позже, а до этого приезжал слуга богатого дома, забирал первую часть замороженных пельменей. Выслушав мои наставления о том, как их хранить, не попрощавшись, вышел из заведения, а за ним двое слуг, что унесли продукцию.
Пожав плечами, принялась наводить порядок в зале, уставшие, но довольные женщины, получив деньги, пообещали, что завтра придут достряпывать.
Кажется, жизнь налаживается.
Вечером, поужинав, мы с мальчиками решили погулять по саду, всё же Изумруду нужно резвиться и в драконьей форме. Мне показалось, что он вновь подрос.
Зевая, я качалась с Лео, Изумруд, что-то раскапывал в дальнем углу возле каменного забора. И только я хотела крикнуть, чтобы ничего не копал, как сверху что-то упало.
Нет, не «что-то», а «кто-то». Это сначала мне показалось, что падает куль, а когда он закряхтел, поднялся и отряхнулся, я поняла, что вновь пожаловал Синнер.
Освещение во дворе было скупое, но я успела отметить потрёпанный вид пришедшего и приличного размера фингал под глазом.
Постанывая, Синнер ковылял ко мне. Изумруд в три шага оказался рядом.
– Да уйди ты, – как-то обречённо произнёс Синнер и даже попытался оттолкнуть подросшего дракона. – Не ругаться иду, а извиняться. Доброго вечера, Флоренс, – никакой спеси в голосе сына бургомистра не было, лишь какая-то усталость.
– И вам доброго вечера. Что-то случилось?
Он поднял на меня глаза. Ну как поднял – один из них был сильно заплывшим.
– Флоренс, я пришёл извиниться за своё поведение. Пусть господин Алекс и запретил, но у меня своя голова на плечах. Извините, что не поверил вашим словам. Кто же мог знать, что именно вы настоящая невеста генерала Маркуса.
– Повинную голову меч не сечёт. Прощаю.
Синнер кивнул, пошатнулся и вновь грустно вздохнул.
– Отчего же вы так горько вздыхаете, Синнер? Я простила, идите домой.
– Госпожа Флоренс, у меня к вам разговор, просьба, – он покосился на качели. Поняв, что тому трудно стоять, уступила место, Лео тоже поднялся. – Спасибо, – усаживаясь, поблагодарил юноша.
– Какая просьба? – посмотрела на побитого господина. Не понимаю, за что его так. Неужели Алекс?
– Нет, не господин Алекс, – ответил Синнер. Оказывается, последние слова я произнесла вслух. – Отец постарался, отходил палкой. Никогда так не бил, нет, бывало, доставалось за дело, но не по лицу же. Всё тело болит, – пожаловался сосед. – Как узнал, что я опять искал Лилию, так разъярился…
– Сочувствую, господин Синнер, но с какой просьбой вы пришли?
– Флоренс, молю, скажите, куда уехала Лилия, – наследник богатого рода неожиданно поднялся и упал на колени передо мной. – Жить без неё не могу, люблю невозможно. В груди камень лежит, дышать мешает. Молю! – и протянул руки в мою сторону.
Не скажу, что после его слов сердце не дрогнуло, но что-либо говорить о бедных женщинах не собиралась.
– Господин Синнер, если вы любите, то почему по-человечески не ухаживали? Почему пугали Лилию и её бабушку? Все в округе знают, что женой вы Лилию делать не собирались.
– Да что они знают!? – вскрикнул и зашипел Синнер, хватаясь за губу. – Да, скрывать не буду! С первого взгляда Лилия мне понравилась, и я хотел лишь развлечься, но чем чаще я видел её глаза, улыбку, тем больше влюблялся. А потом уже и не знал, как по-другому! Присылал подарки, цветы, она их отправляла обратно, но я не находил сил в себе подойти, извиниться, поговорить. Душой и сердцем понимал, что нужно пойти к отцу, серьёзно поговорить. Что жить без Лилии не могу, что женюсь. Но разве он стал слушать? Отправил со стражей в столицу за невестой. Сердце рвалось обратно к Лилии. Я думал взять накопленные деньги и бежать с ней на корабле, бросив невесту, да только вот вместо Лилии увидел вас. И опять наговорил глупостей.
Он схватился руками за голову и сел задом на землю. Кажется, и пожалеть бы его, но не получалось. Синнер с детства был разбалован, жил на широкую ногу, вряд ли кого-то уважал, поэтому, и влюбившись, не смог вести себя по-человечески.
– Синнер, я понимаю, что ваше сердце болит, но вам лучше забыть Лилию, вы привезли невесту, присмотритесь к ней, со временем сердце успокоится…
– Невеста? – он горько рассмеялся. – Думаете, вот это всё, – он махнул рукой вдоль своего тела, – только за то, что я вчера перемахнул через забор и встретился с вами? Не-е-т. Я при свидетелях разорвал помолвку, никому не стать моей женой, кроме Лилии.
Вот это поворот.
– Ничего себе, – прошептал рядом стоявший Лео.
– Да, поступок, – кивнула, удивляясь не меньше сына.
– Флоренс, молю, расскажите, куда уехала Лилия, хотя бы направление, страна, город, дальше я сам найду, буду на коленях вымаливать прощение за своё глупое детское поведение. Поклянусь ей, что никогда слова грубого не скажу, на руках буду носить.