— Жди здесь, — бросив меня на кровать, ткнул он пальцем и вскоре сердито хлопнул дверью.
За окном стоял день. Я смотрела через грязное стекло на ясное небо и не могла прийти в себя после утомительных часов в кромешной тьме. Желудок уже давно скрутился в тугой узел. Глаза слипались от усталости, хотя почти все время я провела в спасительной полудреме. Тело знобило, но уже не от холода. А мысли ворочались подобно черепахе, выползшей на сушу. Миг — и пришло просветление.
Я спрыгнула с кровати, но не успела приблизиться к двери, как та распахнулась, и передо мной во всей своей ужасающей красе предстал Добряк.
— Эх, подарочек, — упер руки в бока главарь братства. — Обертка красивая, но внутри дешевка.
Сил не нашлось даже на простую злость или удивление. Я отступила обратно и села на жесткую перину. В таком состоянии лучше не вести диалог, ведь заплетались сами мысли, так что уж говорить о языке?
— Щуплик сказал, что сестренка-то у него подпорченная, — вошел в комнату Добряк. — А так сладко пела…
— Я предупреж… — Пришлось прочистить горло, чтобы говорить внятно. — Я предупреждала, что он не захочет торговаться.
— Ты слишком плохо знаешь своего брата, — медленно двинулся ко мне мужчина, нагло разглядывая свой улов. — Он готов доплатить, чтобы мы с тобой всласть поиграли.
— И вы пойдете у него на поводу? — леденея, спросила я. Даже разум прояснился. Каков гад! — Разве не понимаете? Он через вас хочет отомстить мне.
Ком встал поперек горла. Для меня не было тайной, что Барион из числа не самых порядочных и честных людей, однако подобного от него я точно не ожидала. Возможно, тот инцидент с поцелуем являлся следствием нашей борьбы. Разозлился. Перепутал влечение с обычным адреналином, который появляется во время драки. И так как ударить попросту не мог, ведь где-то глубоко внутри оставался знатным и воспитанным лордом, поэтому решил пойти по пути наименьшего сопротивления. То есть, подчинить по-своему. Однако это все равно не повод оставлять «сестру» среди отпетых головорезов, которым только дай полакомиться свежим мясцом.
Добряк остановился возле моих ног, опасно возвышаясь. От него несло горечью табака, веяло дикой силой и давило аурой животного спокойствия.
— Вы не такой, — прошептала, чувствуя головокружение лишь потому, что приходилось смотреть вверх. — Вы не станете плясать под чужую дудку.
Мужчина не шелохнулся. Бык-тугодум, который видел перед собой красную тряпку, но не понимал, почему его отговаривают на нее бросаться. Хорошо хоть из носа не валил пар. Это верный признак, что еще есть шанс воззвать к здравому смыслу.
— Повторюсь, давайте заключим сделку. Я знаю, что у него есть очень любопытный артефакт, который вам точно понравится. По своему действию похож на телепортацию, но срабатывает на огромные расстояния. Требует подзарядки, однако при должных связях…
— Магия, — поморщился Добряк.
Что ж, попытка не пытка. Хотя было бы очень хорошо заполучить браслет, подзарядить с чужой помощью, а потом самой воспользоваться.
— Без сделок. Ты слишком сладкая, чтобы отказаться от такого десерта. Нечего было красивой рождаться… — с этими словами он, рванув юбку платья в разные стороны, да так, что ткань разошлась сразу до бедра, вдавил меня своим телом в перину.
Стало нечем дышать. Я даже не смогла шелохнуться под весом этого человека. Кровать жалобно заскрипела. Я начала лихорадочно подбирать весомые аргументы, ведь против тяжелого быка, уже бросившегося на жалкую и ни на что не способную тряпку, у меня не было шансов отбиться.
— Главное, не сопротивляйся, — прохрипел он и, словно вправду решил меня попробовать на вкус, припал к моим губам.
Я замычала. На глаза навернулись слезы. Уже который раз в этом мире накатывало чувство полной беспомощности. Такое сильное, что до хруста ребер давило грудь и разрывало разум на части. Я привыкла полагаться на себя. Всегда думала, что со всем справлюсь…
«Вкусно», — прозвучало отголоском в сознании. Не правда! Противно и даже мерзко.
Стало невыносимо от усиливающегося запаха, но уже не табака, а чего-то другого. Я открыла глаза и, рывком оттолкнув посеревшего мужчину, завизжала.
В комнату ворвался один из местного братства. Подбежал к кровати, схватил меня за ворот платья и, вжав в стену, рыкнул в лицо:
— Что ты с ним сделала?
Прибежал второй. Поспешил к Добряку, начал его тормошить. А я смотрела на неподвижного человека, который еще пару минут назад не просто разговаривал, а попросту источал бесконечное здоровье, и не могла поверить, что в его кончине виновата я.
— Каким ядом опоила? — завопил первый, сжав мое горло. — Говори, шлюшка!
— Не знаю… — с трудом выдавила я, хватаясь за его запястье.
Воздух заканчивался. Взгляд метался от одного мужчины к другому — лишь бы не к Добряку, который на глазах превращался в высохший труп. Сознание вопило. Меня едва не выворачивало. В комнату прибежала женщина в цветастом чепце и истошно завизжала.
Я словно очнулась. На меня навалилось понимание, что сейчас произойдет. Они не спустят мне с рук эту выходку. Будут не просто издеваться… Этого мало! Ведь что жизнь какой-то девушки, которую за пару дней они даже не удосужились покормить, по сравнению с главарем их братства? Меня уничтожат!
Ноги уже не доставали до пола, когда я решилась на отчаянный поступок. Сейчас или никогда. Больше возможности не будет. Ударила сжимающего мое горло мужчину в самое слабое место. Едва почувствовала свободу, бросилась к двери и дальше без оглядки на улицу.
Воздух со свистом вырывался из легких. Я бежала так быстро, как не бегала никогда. На пределе своих возможностей. Толком не разбирая дороги.
Дома сменяли друг друга. Неподалеку постоянно плескалась река. Мосты, улочки… Я видела лица, слышала голоса, один раз оступилась и чуть не ушла под воду, если бы меня вовремя не поймал за руки два паренька.
— Осторожнее, дамочка.
Это стало последней каплей. Захотелось сесть прямо посреди многолюдного рынка и больше не сдвинуться с места. Просто я устала. У меня закончилось желание бороться. И все потому, что я…
— Вот, прикройся, — накинул на меня плащ проходивший мимо старичок.
Вытерев слезы, я посмотрела на него и попросту не нашла, что сказать. Вокруг безостановочно двигались люди. Те парни, что не позволили мне упасть в воду, уже скрылись в толпе. Рядом молчаливо за нами наблюдала торговка специй.
— Спасибо.
— Не отчаивайся, деточка, — беззубо улыбнулся дедуля. — Все будет.
— Спасибо, — еще раз поблагодарила я и снова двинулась в путь.
Не время останавливаться, нужно найти укромное место и переждать. А потом уже действовать по обстоятельствам. У меня хватит сил. Я смогу. Еще немного потерпеть, и станет легче.
Я заметила Моряка в компании нескольких крепких мужчин. Вновь побежала. Старалась не выходить на открытую местность. Перемещалась перебежками. А едва увидела деревянный мост, то сразу же отправилась туда, намереваясь спрятаться.
Чего точно не ожидала, так это появления лорда Моддана собственной персоной. И вроде бы беспокойство плескалось в его глазах, а мне стало тошно. От контраста образа богатого мужчины и этого места, от непоколебимой уверенности в голосе, от воспоминания его предложения стать любовницей. И, особенно, от слов о смертнике.
Я убила… Добряк был цел и невредим до того, как поцеловал меня. А перед этим Барион тоже как-то странно потерял сознание, и ведь это случилось опять же после поцелуя. Я проклята? Со мной что-то не так? Теперь я… убийца?!
Меня мутило и знобило. Я злилась и едва сдерживалась, чтобы не расплакаться. Чувствовала опустошение. Должна была не показать свою слабость очередному похотливому самцу, который в любой момент тоже решит, что мое мнение не особо важно, и начнет приставать. Я даже высказаться до конца не успела, как появился Моряк с дружками.
Роуэн окутал мое тело магией, поднял над землей. Однако до того, как опуститься на лошадь, я заметила знакомый «электрошокер». Точно такую же безделушку демонстрировал один из их банды, когда говорил о…
Сорвавшееся с моих уст имя лорда перебило ржание лошади. Она помчалась вперед, увлекая меня в неизвестном направлении. А я ведь не предупредила. Они сейчас заблокируют магию Хранителя, и ему придется худо.
— Стой! — кричала я, вцепившись в поводья. — Надо вернуться. Погоди!
Животное меня не слышало. Мы едва не сбили женщину. В спину мне понеслась дикая брань.
— Твой хозяин в беде, да остановись ты!
Лошадь тряхнула головой, из-за выехавшей из-за поворота кареты сменила направление бега, а потом и вовсе встала на дыбы. Я не удержалась. Съехала по крупу и упала на мостовую перед коваными воротами.
Удар. Звон…
— Тетечка, что с вами?
Я запомнила девочку в зеленой шляпке с торчащим пером. Круглое личико, губки бантиком. Она наклонилась ко мне и позвала…
Через заволакивающую разум боль и собственные стоны. Через зверский холод и дикий жар. Через невнятные мужские разговоры. Звала и звала.
Но стоило снова открыть глаза, как я увидела строгого лорда Горлэя с идеально зачесанными назад волосами, прямым убийственным взглядом и тростью, на которую он упирался двумя руками. Притом стоял у изножья кровати, на которой лежала я. И находились мы далеко не на улице, а в уютно обставленной небольшой комнате.
— Вы не Каталина Фолис, — заявил он. — Попрошу объясниться.
Глава 12
Я едва не поседела. Он знал… Он знал! Откуда? Когда успела ошибиться и чем выдала себя? Чем мне грозит разоблачение?
Стоп, нужно немедленно отвлечься.
Взгляд уперся в нижнюю, расстегнутую пуговицу на, несомненно, дорогом коричневом жилете. То ли Вемунд торопился… То ли длинные пальцы уже плохо слушались старика, поэтому не смогли с ней справиться. Хотя велика вероятность, что одевался он не сам. Конечно, у богатеев принято, чтобы им помогали слуги. Значит, камердинер не выдержал нудного ворчания и отомстил му