Мои губы скользнули по его лицу, двигаясь по шраму вниз. Это лицо казалось мне самым прекрасным, какое только видела в жизни. И дело не в красоте внешней. Что-то такое исходило от этого мужчины, что делало его для меня самым привлекательным на свете. Наши губы встретились, и я ощутила, как руки Диора обхватывают мою талию и прижимают к себе.
У нас будто сорвало крышу. Исчезли нежность и неуверенность, движения стали порывистыми и почти грубыми. Его губы сминали мои, словно стремясь поглотить без остатка. Я не менее яростно отвечала на поцелуй, шаря ладонями по его плечам и спине. А потом и вовсе забралась под безрукавку и едва не застонала от прикосновения к его обнаженной груди. Диор так же исступленно стаскивал платье с моих плеч, его пальцы скользили по моей коже, вызывая такой бешеный отклик, что я едва могла дышать.
Но в какой-то момент приятные ощущения сменились вспышкой дикой боли. Тело словно пронзило электрическими разрядами. Я закричала, отстраняясь от Диора, и некоторое время мы оба, тяжело дыша, смотрели на ожог на моей обнаженной коже. Ожог, оставленный амулетом.
Это произвело на нас обоих отрезвляющий эффект. Схлынула неистовая страсть, оставляя лишь горечь и сожаление. Реакция амулета — знака избранника Светлого бога — лучше всего дала понять, что близость между нами стала бы ошибкой. Мы по разные стороны, и пока это не изменится, не должны переступать черту. Это только все осложнит.
— Почему я не встретил тебя раньше? — с горечью проговорил Диор и резко поднялся на ноги. Быстрым шагом двинулся в сторону леса.
— Ты куда? — глухо крикнула ему вслед, едва сдерживая подступившие к глазам слезы.
— Пойду еще дров принесу, — последовал холодный ответ и Воин вскоре скрылся из виду.
Я же вернулась на прежнее место, уткнулась лицом в дорожную сумку и зарыдала. И в голове билась только одна мысль. Тот же самый вопрос, который Диор только что бросил, скорее, равнодушным небесам, чем мне: почему я не встретила его раньше?
Диора не было так долго, что я все же уснула, не дождавшись его возвращения. Да и вдали от объекта моих опасных желаний это сделать оказалось проще. Так что, когда я все же разомкнула веки, было раннее утро. Диор лежал у потухшего костра и крепко спал. У меня тут же болезненно заныло сердце при воспоминании о вчерашнем. Боялась даже представить, как он поведет себя со мной теперь. Лучше бы не поддавалась тому порыву и не прикасалась к нему прошлой ночью.
До последнего хотелось отстрочить неловкий разговор, поэтому вместо того, чтобы сидеть и ждать, пока Диор проснется, я решила тоже немного побродить по лесу. Нужно было привести в порядок тот сумбур, что творился в голове. Да и размять ноги не помешало бы перед тем, как мы снова отправимся в путь на коняге и я опять подвергнусь нелегкому испытанию.
Неспешно брела среди деревьев, вдыхая свежий терпкий запах леса. Постепенно успокаивалась — видимо, природа и правда действовала благотворно в такие моменты. Даже уже выстроила в голове план, как дальше вести себя с Воином. Сделаю вид, что ничего особенного и не случилось. А ему вряд ли захочется затрагивать эту тему самому.
В какой-то момент острый вампирский слух уловил в отдалении журчание воды. Я встрепенулась и ускорилась, почувствовав, как сильно хочу освежиться после утомительного путешествия. Через некоторое время вышла к ручью — довольно широкому и быстрому. Попробовав рукой воду, поморщилась — холодная. Но мое тело сейчас не было настолько чувствительным к холоду, как раньше. Да и желание смыть с себя дорожную пыль пересилило.
Сбросив с себя плащ и остальную одежду, я ступила в воду. Замерла, привыкая к температуре воды, и вскоре совсем перестала ощущать дискомфорт. Вампирское тело приноровилось, и теперь ручей казался теплым, как парное молоко. Я с наслаждением плескалась в воде, чувствуя, как она смывает все нехорошие мысли и настраивает на уверенность в том, что я все сумею преодолеть.
Настолько поддалась приятным ощущениям, что потеряла бдительность. Не заметила, как мое уединение грубо нарушили. Послышался похабный свист, а вслед за ним насмешливый возглас:
— Стэн, ты погляди, какая рыбка нам в руки угодила с утреца!
Взвизгнув, я тут же присела, чтобы хоть немного прикрыть водой обнаженное тело. В ручье, где вода доходила от силы до колен, сделать это оказалось довольно проблематично, так что пришлось прикрыться и руками. Я настороженно смотрела на двух мужиков, стоящих у ручья и скаливших рожи. Судя по их зверскому виду, вряд ли стоило ожидать, что они просто тихие и мирные путники. Да и оружие за поясом вкупе с луками на плечах далеко не успокаивало.
Тот, что только что говорил — более тощий, с выпирающей вперед, чем-то напоминающей лошадиную, челюстью — снова раскрыл рот и обратился уже ко мне:
— Ты откуда здесь, девка?
— Я тут не одна! — поспешно воскликнула, чувствуя, как меня начинает колотить дрожь. И вовсе не от холодной воды. — Мои спутники неподалеку.
— А вот мы со Стэном никого не видели, — ухмыльнулся мужик. — Правда, друг?
Устрашающего вида громадный детина подтверждающе кивнул, в его глазах зажглись нехорошие огоньки.
— Ты бы вылезла из воды, девонька, — почти что ласково сказал тощий. — Холодно, небось.
— Ага, а мы тебя еще и согреем, — подал голос громила. Оба заржали.
— Уходите отсюда! Я кричать буду! — как ни старалась говорить уверенно, голос дрогнул.
— Да мне даже нравится, когда кричат, — похабно улыбнулся тощий.
Но едва я открыла рот, чтобы и правда позвать Диора — пусть даже на таком расстоянии вряд ли услышит — громила снял с плеча лук и нацелил на меня.
— Только пикни — я найду, чем тебе рот заткнуть.
Тощий снова заржал из-за возникшей двусмысленности и сам ступил в воду, желая, по всей видимости, вытащить меня. Можно было бы попытаться перебежать на другую сторону, но громила может успеть выстрелить. А я вовсе не была уверена, что если попадут в голову, выживу. Такая сложная регенерация не всегда по плечу даже полноценным вампирам. Но вот так просто позволять двум идиотам меня снасильничать не собиралась.
Заставила себя успокоиться и даже поднялась из воды, напряженно наблюдая за приближающимся ко мне мужиком. Вновь послышался одобрительный свист.
— А красивая девка! — оценил мои прелести громила. — Тащи ее сюда поскорее!
Не обращая внимания на скользящие по мне взгляды и стараясь не думать о девичьей скромности и прочих глупостях, что только бы сейчас все испортили, я не сводила глаз с приближающегося ко мне мужчины. Мое новое тело уравнивало наши шансы — главное, не дать второму выстрелить. Ощутила, как зачесались десны, выпуская наружу клыки.
Наверное, тощий что-то такое заметил по моему лицу, что даже остановился. Но тут же мотнул головой и взгляд с лица переместился на тело. Его глаза алчно блеснули. Он уже был в полушаге и его руки потянулись ко мне. Я действовала молниеносно, выпустив наружу внутреннего зверя. С утробным рычанием набросилась на мужчину, с силой стиснув его в объятиях. Он успел только вскрикнуть, когда мои зубы вонзились в его шею.
Второй что-то завопил, я услышала свист стрел над головой, но каждый раз успевала поворачиваться так, чтобы он не мог нормально прицелиться. Тело его товарища стало для меня щитом. Я жадно пила кровь, ощущая, как вены наполняются еще большей силой. Поверх плеча жертвы пристально следила за громилой, продолжающим вопить и посылать поверх моей головы одну стрелу за другой.
— Отпусти его, тварь!
Я же не желала останавливаться — слишком сильно отпустила на волю внутреннего зверя. Теперь он так просто не желал скрываться обратно в глубины моей души. В голову лезли образы жизни того чудовища, из которого я сейчас пила кровь.
Вдвоем с приятелем они не гнушались ни убийствами, ни насилием. Видя те зверства, которые они творили, я ощущала, как внутри закипает ярость. Зарычала, делая новый глоток. Разве такие звери заслуживают жизни? И в то же время что-то внутри заставляло колебаться и удерживало от того, чтобы разорвать ему горло.
Громила отбросил лук и схватился за широкий мясницкий нож, висевший за поясом. Я услышала плеск воды, по которой он бежал ко мне, занося свое грозное оружие. Сама же не могла остановиться, чувствуя, как все вокруг заволакивает кровавой пеленой. Лишь угрожающе зарычала в перерывах между глотками, желая напугать нового противника.
В следующую секунду послышались одновременно свист выпущенной кем-то стрелы и потрескивание огненного шарика. И то и другое вонзилось в бегущего ко мне мужика. Издав дикий вопль, он повалился в ручей. Из простреленной головы в воду стекала кровь, заставляя ручей в том месте казаться алым. На спине же дымилась обугленная плоть.
Резкий хлопок в ушах, с которым ко мне вернулась способность мыслить здраво. Я отбросила потерявшую сознание жертву и застыла, стуча зубами и снова чувствуя обжигающий холод. Казалось, словно разом утратила вампирские силы и снова превратилась в обычную девчонку. Перепуганную и слабую. На берегу стояли Диор и Асдус, и это мгновение, казалось, застыло до бесконечности.
Оба с некоторым замешательством окинули взглядами мое обнаженное тело, потом уставились друг на друга. Губы Воина сжались в тонкую полоску, он вскинул арбалет, направив на безоружного демона. Амулет на груди Диора светился алым.
— Тея, выходи из воды, — процедил Воин, не сводя с мнимого юродивого напряженного взгляда. — А ты стой на месте!
— Диор, — я, наконец, будто отмерла. В полной мере осознала то, что сейчас здесь может произойти. Ринулась из ручья на берег. — Не трогай его, пожалуйста!
Диор покосился на меня явно недобро и хмуро бросил:
— Прикройся!
Вспыхнув до корней волос, я тут же схватила с земли плащ и поплотнее закуталась в него, лихорадочно соображая, что делать. То, что Воин все еще не убил демона, давало робкую надежду на благополучный исход.
Асдус вдруг расплылся в издевательской улыбке.