— Пойдем к костру, — глухо проговорил Воин, встретившись с моим полным признательности взглядом. — Нужно перекусить и спать ложиться. День выдался нелегким.
Я молча кивнула, чувствуя, как на губах расползается глупая улыбка.
Все испортил Асдус, при нашем появлении бросив:
— Детка, а я тебе тут место нагрел. Иди ко мне.
Обижать его было неудобно, и я приблизилась, устроилась рядом, о чем тут же пожалела. Наглый Асдус по-хозяйски обнял за плечи и придвинул поближе.
— Как же замечательно вот так сидеть вечером у костра, держа в объятиях красивую девушку. А впереди такая длинная и горячая ночь.
Я чуть не выругалась, заметив, как потемнели глаза Диора, усевшегося напротив нас. Он так сжал кулаки, что костяшки побелели.
— Асдус, я тебя прибью! — мысленно вызверилась я на демона. — А ну руки убрал!
— Да ты чего, детка? — мне широко и щербато улыбнулись и так же мысленно ответили. — Ну, пожалуйста, давай немного его позлим!
— Нет! Мы не будем злить Диора.
Я резко высвободилась и демонстративно пересела на сторону Воина. Заметила, как тот слегка расслабился, но на демона смотрел все так же недружелюбно.
И окаянный рыжий и в дальнейшем не упускал случая таким образом злить Диора. При всяком удобном случае тискал меня и говорил двусмысленности, не обращая внимания на мой яростный взгляд. И что самое обидное, делал это вовсе не потому, что я ему нравилась и он просто удержаться не мог. Просто издевался, гад такой! Похоже, ему нравилось накалять обстановку.
Но все же было кое-что, за что я готова была терпеть хоть до бесконечности его недопустимое поведение. Когда возникала необходимость, Асдус в корне менялся и был лучшей поддержкой, какую можно представить. Впервые я по достоинству это оценила на третий день путешествия, когда меня уже не на шутку начала беспокоить жажда. Диор углубился в лес и подстрелил кабана, чтобы дать хоть такую подпитку. Но этого не особо хватило. Мы все понимали, что рано или поздно придется сделать то, чего мы с Диором страшились. Найти для меня человеческую жертву. Воин, конечно, снова предлагал себя на эту роль, но я отказалась наотрез.
— Не могу тобой рисковать, — попыталась я объяснить в ответ на его даже чуть обиженный взгляд. — В прошлый раз я едва смогла остановиться.
Последнее признание далось нелегко и я опустила глаза. Диор ничего не сказал и просто отошел. Но в тот вечер решил заночевать в попавшейся на пути придорожной гостинице.
Мы сидели за столом в общем зале, где было грязно и шумно. Посетителей было много и контингент оказался самым разношерстным. Пока девчонка-подавальщица обслуживала нас за столиком, строя глазки Диору, я сидела, вжавшись в спинку стула и, обхватив плечи руками, пыталась подавить сотрясающую тело дрожь. Голова слегка кружилась, зубы выбивали барабанную дробь. В нос ударяли запахи множества людей, действующие на меня, словно аромат жарящегося на костре мяса на не евшего несколько дней путника. И осознание того, что я не должна даже мысли допускать о том, чтобы удовлетворить свой голод, делало его еще мучительнее.
— Что с ней? — даже подавальщица обратила внимание на мое странное состояние, оторвав глаза от Воина. — Заболела, что ли?
— Вс-се н-нормально, — с трудом проговорила я, мотнув головой.
— Принесите ей горячего отвара, — переключил Диор снова на себя внимание и девушка кивнула.
Асдус был непривычно молчалив и даже не делал попыток завладеть благосклонностью хорошенькой девицы, что на него и вовсе уж не похоже. В его устремленных на меня, сейчас кажущихся обычными глазах плескалось беспокойство. Едва дождавшись, пока девушка отойдет от нас, демон перегнулся через стол и тихо сказал:
— Ужасно выглядишь.
— Умеешь ты подбодрить, Асдус, — не удержалась я от вымученной улыбки.
Тут же услышала холодный голос Диора:
— Компания за вторым столиком у правой стены. Судя по виду, вряд ли их можно назвать невинными людьми.
Мы с Асдусом одновременно повернули головы в ту сторону. Там и правда подобралась компания откровенных головорезов. Пятеро изрядно набравшихся мужиков, травящих непристойные анекдоты и гогочущих. Я содрогнулась, осознав, что хотел сказать Диор, обратив на них наше внимание.
— Ты хочешь, чтобы я…
— Все равно тебе придется это делать. По крайней мере, пусть твой выбор падет на кого-то из таких людей, — сухо сказал Диор. — Остается придумать, как подобраться к одному из них и сделать то, что нужно.
— Нет ничего проще, — широко улыбнулся Асдус. — Рано или поздно кто-то из них захочет выйти по нужде. Я подожду снаружи и оттащу его в амбар рядом с домом. Главное, не зевайте, а то его долгое отсутствие могут заметить.
Я коротко кивнула. Не скажу, что мне так уж нравилось то, что придется сделать, но по крайней мере, этот выход самый безобидный. Выпью из него крови, потом заставлю забыть о случившемся. И мужик спокойненько вернется к своим, пусть и ослабевший. Никого убивать не придется.
На том и порешили.
Диор молчал, мрачно уставившись в стол. Видно было, насколько для него вообще дико то, на что приходится идти из-за меня. И от этого настроение становилось откровенно гадостным. Я понимала, как ему тяжело сейчас переступать через все, чему его учили. Нормально относиться к такому вот способу питания. Да что там? Путешествовать вдвоем с будущей вампиршей и парнем, одержимым демоном! Наверняка внутри Диора происходит такая борьба, которую я даже представить не могу. Но то, что он все еще не отвернулся от меня, давало робкую надежду.
Асдус по-быстрому побросал в себя принесенную еду и поднялся, демонстративно позевывая. Направился в сторону лестницы, ведущей наверх, в комнаты для ночлега. Нельзя было допустить подозрений на наш счет, если компания, которую мы наметили, все-таки почует неладное. Мысленно демон сказал мне, что выскочит из окна комнаты и будет ждать там, где условились. Оставалось ждать.
Обхватывая обеими ладонями чашку с горячим отваром, я пыталась подавить все еще колотящую меня дрожь. Но она лишь усиливалась. Предвкушение того, что скоро смогу смочить саднящее от жажды горло, наполняло тело почти болезненным ощущением.
Я чуть не уронила отвар, когда, наконец, один из группы молодчиков поднялся с места и громко сообщил товарищам, что пойдет отлить. Судорожно вцепившись в край столешницы, я тоже поднялась на ноги. Диор с беспокойством наблюдал за мной.
— Ты как? Проводить тебя?
— Сама справлюсь, — глухо сказала, не желая, чтобы он снова видел, как я совершаю отвратительные вещи. — Асдус поможет, если что. Мне всего лишь нужно дойти до амбара.
Диор сцепил зубы, на его лице читалась мучительная внутренняя борьба.
Я чувствовала на себе его взгляд, пока нетвердой походкой пробиралась к выходу. Уши были будто залеплены чем-то — все звуки воспринимались приглушенно и гулко. Краем сознания улавливала чьи-то посвистывания и насмешливые возгласы в мой адрес. Мол, иди к нам детка, и тому подобное. Даже не могла на это сейчас отвлекаться. Весь мир сосредоточился на стуке человеческого сердца, удаляющегося от меня. Стуке сердца человека, по чьим жилам сейчас течет кровь, которая скоро будет питать мои собственные вены. Внутри просыпался нетерпеливый зверь, жадно облизывающийся и делающий неважным все прочее, что могло сейчас волновать.
Выскользнув из гостиницы, где ночная мгла скрыла меня надежным покрывалом, я перестала таиться. Со скоростью, превышающей человеческую, ринулась за бредущим к нужной ему постройке мужчиной. Но чья-то темная тень, вынырнувшая из мрака, оказалась быстрее. Жертва не успела даже отреагировать, кулем обмякнув в руках ударившего ее по виску демона. Со стороны смотрелось, конечно, жутко нереально. Тощий хлипкий рыжий паренек без труда вырубил громадного мужика, еще и легко поволок в сторону амбара. Я с быстротой молнии поравнялась с ним и перехватила добычу.
— Дальше я сама, — выдохнула хрипло, чувствуя, как дрожат пальцы от прикосновения к живой желанной плоти. Асдус кивнул и отступил в тень амбара, не став заходить туда вслед за мной.
Я постаралась немного унять внутреннего зверя, боясь, что если этого не сделаю, растерзаю человека, не заботясь ни о чем. Так нельзя! Нужно сначала успокоиться. Добыча от меня никуда не денется. Нужно все делать осторожно, причиняя минимум вреда.
Притащив мужчину в дальний угол помещения и, опустившись вместе с ним на мешок с сеном, я прижала его к груди, словно мать укачиваемого малыша. Тихонечко погрузила зудящие от нетерпения клыки в податливую грубоватую кожу и едва не заныла от наслаждения. Судорожно глотала живительную кровь, погружаясь в калейдоскоп образов из жизни этого мужчины.
Он оказался не таким уж плохим, как можно было подумать по виду. С этой шайкой связался от безысходности, желая прокормить жену и девятерых ребятишек. Я заставила себя остановиться на нескольких глотках. Можно было сделать еще немного, но я боялась, что тогда не смогу остановиться. Голод усыпила, а это главное.
Прокусив себе язык, мазнула собственной кровью по двум отметинам на шее мужчины. Ранки тут же затянулись. Сосредоточившись, устремила свою волю в его разум, забирая те воспоминания, какие могли выдать нас с Асдусом. Теперь последнее, что будет помнить этот человек, то, как шел к нужнику. Почему вдруг упал и потерял сознание, он не будет знать. Может, подумает, что потерял равновесие и стукнулся головой. Все ж таки выпил достаточно.
Я поднялась на ноги и поволокла человека к выходу из амбара.
Асдус, не говоря ни слова, перехватил его из моих рук.
— Ты как? Лучше? — тихо спросил он.
— Мне не нравится то, во что я превращаюсь, когда это со мной происходит, — нахлынуло странное тоскливое состояние. — И мне не нравится, что он это видит.
Асдусу не нужно было уточнять, кого я имела в виду. Его губы изогнулись в понимающей улыбке.
— Он прекрасно знает, кто ты. И если уже зашел так далеко, не должен требовать от тебя изменить своей сущности, пока ты не можешь этого сделать.