сь понять, где ошибся и чего не учёл. — Вот и… К счастью для нас, как раз тогда начались снегопады, каких в тех краях не знали уже лет десять, и снег полностью закрыл перевалы, отрезав Эриха как от подкреплений, так и от продовольствия. Тех же запасов, что он захватил в крепостях, явно было мало. Должен признать, что Эрих даже в этих обстоятельствах не растерялся и, пользуясь снегопадом, захватил Тирен — город, расположенный недалеко от границы — перевалочный пункт для караванов, идущих в Родезию и обратно. К счастью для нас, наши караваны с продовольствием, идущие в Эндорию, тоже застряли в снегах и вынуждены были вернуться. Полагаю, Эрих знал, когда доставляют еду в провинцию, и сильно рассчитывал на эти караваны.
— И он остался почти без еды.
— Еда была, она позволила им хоть и без излишеств, но перезимовать благодаря захвату городов. Проблемы были с лошадьми. Поймите, милорд, Эндория — это сплошные камни. Плодородные земли на юге, но на них выращивают в основном виноград, а потому много народу она прокормить не может. Там живут в основном работающие в шахтах, охрана, кузнецы. Плюс города, которые расположены на трактах и обслуживают караваны, такие как Тирен. Это пустынный край. Потому и лошадей там много не держат — фураж для них приходится возить из других районов королевства.
— То есть если для людей еду ещё можно найти, то для коней…
— Для такого количества, что были у Эриха, однозначно нет. В общем, тот снегопад помог нам избежать катастрофы, ибо после гибели герцога Лодерского вместе с армией другую мы собрать уже не успевали.
— А я-то всё гадал, почему Эрих до сих пор кавалерию не восстановил. Он, конечно, должен был употребить многих коней как еду зимой, но не всех же. Теперь понятно.
— Да, рыцарского коня так просто не добудешь. Я слышал, эмиссары Эриха скупают коней, способных нести всадника в доспехах, даже в империи. Но так быстро их не пригонишь, так что это лето выдалось для нас спокойным. А тут ещё под Тортоном Эрих много потерял.
— А второе сражение?
— Тут его величество совсем удила закусил. Я думал, гибель герцога его хоть немного вразумит, пытался воздействовать на него, но… вылетел в отставку с запретом появляться в столице. А дальше новый поход…
— И вы упустили замечательную возможность закончить войну. После второго поражения, как я понимаю, начали сдаваться все крепости и города Эндории, поскольку к осадам никто не готовился, а прошлогодние припасы подошли к концу. Помощи нет, ваших войск тоже нет.
— О, да. Эриху осталось только собирать «урожай». Если ещё не все города Эндории он захватил, то только потому, что ему войск не хватает. Вот и сейчас он вынужден атаковать другие провинции. После очередного нашего поражения он получил возможность осадить Эротон и Литон — два города в провинции Нинсел. Если он их возьмёт, то получит доступ в богатую хлебную провинцию, и тогда со снабжением у него проблем больше не будет. Сейчас-то ему всю еду и фураж приходится везти из Родезии через перевалы, это его и тормозит. К счастью, я предвидел такую ситуацию и приказал усилить гарнизоны всех приграничных городов, особенно таких ключевых. Надеюсь, Эрих под их стенами надолго застрянет.
— Он очень деятельный человек.
— Весьма. И по моим данным, этот деятельный человек сейчас пытается договориться с герцогом Торенды: в обмен на корону тот отдаёт ему Эндорию, Нинсел и Вертон.
— Вертон — это…
— Провинция западнее Эндории. Нинсел южнее, а Вертон севернее. Именно из них идёт снабжение Эндории хлебом, мясом… ну и другими продуктами. Без них Эрих владеет Эндорией временно, ибо никогда не сможет прокормить там столько войск, сколько нужно для обороны. С нашей-то стороны никаких преград в виде горных хребтов нет, и ему придётся строить много крепостей, содержать в них войска для охраны. А снабжать всё это можно только через горные перевалы. Потому Эрих и на мир с нами сейчас не пойдёт, даже если мы предложим ему Эндорию. Понимает, что не сможет её удержать.
— Это всё познавательно, только я не понимаю, какое это имеет отношение ко мне?
— Ещё немного. Как вы верно подметили, снежная зима нас спасла, дав необходимое время на мобилизацию. Даже два поражения ничего не решают просто потому, что сейчас Эрих не в состоянии организовать полномасштабное вторжение из-за нехватки сил и, прежде всего, кавалерии. Признаться, атаку на Тортон я не рассматривал и эту возможность проглядел. Не ожидал такого от Эриха… честно, не ожидал…
— Я ещё Конрону говорил, что Эрих — гений. Он свои операции планирует на несколько ходов вперёд, причём так, что у него всегда есть ещё несколько вариантов на случай неудачи.
— Есть. Герцог Торенды.
Володя вздохнул.
— Вы снова всё сводите к нему.
— Потому что это сейчас критическая точка королевства. Если мы не сумеем быстро подавить мятеж, то спасти королевство уже не удастся. Соседи начинают подстрекать бунты на наших окраинах, а свободных войск после всего случившегося мизер, и все они у границы с Эндорией. Если их увести, то для Эриха вообще не останется преград. Мне нужен человек, который умеет нестандартно мыслить и сможет навести порядок в мятежном герцогстве максимально быстро, чтобы можно было использовать его ресурсы для пополнения армии королевства. Причём сделать это необходимо с минимальными силами. То есть такой человек, который сможет сделать невозможное…
Володя молчал и пристально смотрел на герцога, тот так же пристально смотрел на него.
— Например, такое, как отбить атаку многократно превосходящих сил на Тортон, — продолжил герцог. — И не просто отбить, но и нанести большие потери атакующим.
— В общем, я догадался, о ком вы говорите. Единственное, чего я не понимаю, — какой мне в этом всем интерес? Я тут человек совершенно посторонний, никаких особых интересов в Локхере у меня нет, присягу вашему королю я не давал.
— Ещё минуту внимания, я не закончил. Впервые о некоем непонятном князе я услышал от короля, когда тот неожиданно вызвал меня из ссылки. Причём высказался он мне о вас весьма эмоционально…
— Представляю.
— Но и с некоторым уважением. Для меня это было внове. На моей памяти Артон прислушивался только к Ирману Лодерскому. Правда, его друг, племянник герцога Эндон, говорил о вас исключительно в ругательных выражениях. И опять-таки впервые на моей памяти Артон не прислушался к его мнению.
— Даже так? И какого же мнения обо мне его величество?
— У него двойственное отношение к вам. С одной стороны, вы сумели произвести на него впечатление. Кажется, тут сыграло свою роль ещё и то, что с ним до этого никто так не обращался. Кстати, когда он узнал, что я, возможно, встречусь с вами, он просил передать вам одну странную фразу… Он сказал, что скоро вернёт вам вашу крону… Что бы это значило?
— Один спор с его величеством, который я надеюсь проиграть.
— И за проигрыш получите крону? Весьма оригинально. Так вот, с одной стороны, вы сумели произвести впечатление. Я тоже поражён точностью анализа, если его величество ничего не перепутал, когда передавал мне ваши слова. С другой — он не очень доволен тем, что ему выговорили как мальчишке… какой-то мальчишка. До битвы у Тортона он ещё мог не воспринимать вас всерьёз: мало ли что там болтает какой-то мальчишка, пусть и умные вещи говорит, а вот докажи, что можешь не только говорить, но и делать. Сейчас уже он так сказать не сможет, поскольку вы делом доказали, что можете не только говорить. Его величество затребовал от меня самую подробную информацию о битве.
— Я чрезвычайно польщён.
— Напрасно иронизируете, милорд. Вы очень заинтересовали короля.
— «Минуй нас пуще всех печалей и царский гнев, и царская любовь». Интересно, сколько я себе врагов нажил из-за этой заинтересованности?
— Весьма много, смею заверить. Как видите, милорд, вы уже привлекли к своей персоне большое внимание и остаться в стороне у вас вряд ли получится.
— Полагаю, стоит мне исчезнуть на некоторое время — и обо мне забудут.
— Весьма возможно. Как видите, милорд, я даже не спорю.
— А значит, мне надо держаться как можно дальше от вашего королевства.
— Скажите, а чего хотите лично вы? — Герцог сел напротив, сложил руки замком и с интересом посмотрел на Володю.
Вопрос поставил мальчика в тупик. А действительно, чего он хочет? Каковы его дальнейшие планы? Герцог моментально уловил эту растерянность и усмехнулся.
— Не знаю, — сердито отозвался Володя. — Но влезать в ваши политические дрязги мне хочется меньше всего. Ума не приложу, к чему вы вообще это придумали? Совершенно посторонний человек, и предложить ему герцогский титул вот так вот…
— На самом деле это была не моя идея. Изначально я предлагал другого человека и вас в качестве помощника ему. Вариант вы — герцог был запасным. Однако именно его и поддержал король. Причём так, что я не мог с ним спорить. Но сейчас, поговорив с вами, я согласен с королём — это лучший вариант. Из того, что я узнал, я понял, что вы ненавидите предателей, а значит, не предадите сами, вы умны, умеете нестандартно мыслить. Настолько нестандартно, что на вторых ролях вы не сможете развернуться в полную силу. В Тортоне вы сумели проявить себя только потому, что Конрон целиком и полностью вас поддерживал. С новым герцогом так не пройдёт. Назначить пустышку мы не можем — в такое сложное время он не справится, а сильный человек вряд ли станет полностью слушаться вас с вашими необычными идеями.
— Логично.
— Я рад, что вы со мной согласны, милорд.
— Осталось убедить меня принять этот титул.
— Пожалуйста — подумайте о будущем Аливии. Мне кажется, эта девочка вам дорога.
Володя напрягся, сжав кулаки.
— Это угроза?
Герцог озадаченно глянул на него, нахмурился, но тут же поспешно замахал руками:
— Возвышенные боги, конечно же, нет! За кого вы меня принимаете? Нет-нет, я имел в виду совсем другое. Видишь ли, — герцог снова резко сменил тон на доверительный, — перед встречей с тобой я несколько раз нав