– Это не совсем так, – улыбнулся мне Гейб. – Дар у тебя всё же есть.
И когда я удивлённо захлопала глазами, пояснил.
– Ты забыла, что спокойно брала на руки Тедди? Всех остальных он бил током, а тебе – нет.
– Не всех! – возразила я.
– Не всех, – кивнул с улыбкой Гейб. – Но его дар не действовал лишь на кое-кого из «других». И на тебя.
– Это значит, что тебя током не бьёт? – обрадовался Томас. – Круто!
– Да бьёт меня током! – воскликнула я. И, видя две пары удивлённых глаз, небрежно дёрнула плечом. – Случалось пару раз.
– Очень интересно, – задумчиво протянул Гейб. – Значит, у тебя защита не от удара током в целом, как у Дженнифер и её отца, а только от «выстрелов» малыша Тедди? Не совсем понятный дар.
– И совершенно бесполезный на практике. От вашего-то дара он меня не защищает. Вон, Джеффри, например, в лёгкую определил, где у меня болит.
– Но ведь это и хорошо! Сама-то ты явно не торопилась поставить нас в известность.
– А у тебя есть дар? – этот вопрос давно не давал мне покоя.
– Есть, – скромно улыбнулся Гейб.
– Он может унюхать золото! – доложил мне Томас.
Хммм... Учитывая наши супер-совершенные органы чувств – какой же это дар?
– Я тоже могу, – пожала я плечами.
– В запертой витрине? Или даже в другой комнате, да? – уточнил Томас.
– Да, – кивнула я.
– Это все наши взрослые могут! – хмыкнул Томас. – А Гейб может его почувствовать под землёй. И за много миль!
– Ух ты! – теперь я реально восхитилась. – Гейб, да на золотых приисках Клондайка тебе цены бы не было!
Гейб рассмеялся, Томас вторил ему.
– Ах, Миранда, а как ты думаешь, откуда у нас это всё?
– Ты там был? На Клондайке.
– МЫ там были, – делая ударение на первое слово, ответил он. – И увезли три четверти всего добытого там золота. Я находил жилу, остальные разрабатывали. Мы никогда не искали вслепую. И, как ты понимаешь, для нас эта работа была не особо тяжёлой. Да и в быту нам было проще. Холод, голод, хищники, бандиты – всё это не представляло для нас никакой опасности.
– И никто ничего не заподозрил?
– Нет. На наши участки не совались даже самые отпетые головорезы. Видишь ли, там по лесу бродили огромные страшные зверюги. И те, кто их видел, удирали сломя голову, а потом рассказывали другим об увиденном, преувеличивая и размер, и количество тех чудовищ.
– Но у людей были ружья! Защищались же они как-то от медведей. Вас могли ранить!
– Сомневаюсь, – покачал головой Гейб. – Во-первых, ты сама знаешь, какие мы быстрые. Пока человек поднимет ружье – мы будем уже очень далеко. Или у него за спиной. Диллон, например, собрал целую коллекцию оружия, отнятого у тех, кто пытался на него охотиться. Самих людей мы не трогали, но испуга от того, что огромная пантера выбивает у тебя из рук ружье, хватало им на всю оставшуюся жизнь. Они ведь думали, что зверь просто промахнулся, а мог бы и убить, такой-то лапищей. Так что они удирали, не оглядываясь. Конечно, тех, кто пытался захватить чужой участок, было не много, в основном там всё же действовал негласный закон, что кто первый занял участок, тот и хозяин. Но и отбросов тоже хватало.
– А во-вторых?
– А во-вторых – когда мы в облике пантер, то пули нам не страшны. Они застревают в шерсти и коже, дальше просто не идут. В зверином облике мы вообще крепче, сильнее, быстрее.
– Теперь понятно, почему я не смогла и на долю дюйма сдвинуть твою лапу, – кивнула я, решив не напоминать про то, как легко его когти пробили мою весьма плотную шкурку. И чтобы увести разговор от неприятных воспоминаний, спросила. – Значит, вот откуда всё ваше богатство?
– Не всё, – покачал головой Гейб. – Есть ещё несколько нефтяных скважин и пара алмазных приисков в Южной Америке. Но основа была заложена именно этим золотом. Мы никогда не были бедными, но по-настоящему поднялись именно после Клондайка. Это золото мы вложили в разные предприятия, фирмы и фермы, и уже с них имеем свой доход. А потом прибавилась нефть и алмазы.
– Я так понимаю – их тоже кто-то вынюхивает?
– Абсолютно точно.
– Здорово. Это очень полезный дар. А вот мой – совершенно бесполезен!
– Погоди, может, с тобой будет как с Эндрю. И дар твой когда-нибудь тебе ещё очень даже пригодится.
– Будем надеяться, – вздохнула я, не особо в это веря.
Мы, наконец, наелись. Все четверо. Сидящий под столом Лаки получал мзду со всех, даже с Гейба. Я сама видела, как он пару раз опустил под стол руку с котлетой, а вытащил без неё. Возможно, Лаки поможет ему преодолеть свою фобию. Такой славный, дружелюбный пёс не мог не заставить полюбить себя.
– Рэнди, а помнишь, ты обещала позапускать со мной змея? Может, прямо сейчас? У тебя ведь нет каких-то ещё планов? А потом мы сможем снова навестить Вэнди, думаю, к этому времени она уже точно проснётся.
Я вопросительно взглянула на Гейба.
– Ты не возражаешь?
– Конечно, нет. Только, пожалуйста, запускайте их за домом. Мне нужно немного поработать, но я смогу видеть вас из окна кабинета.
– Без проблем! – пожал плечами Томас. – Там даже удобнее.
– И ещё, – обратился Гейб уже конкретно к нему. – Пожалуйста, не забудь снова свой телефон. Чтобы не вышло, как сегодня днём.
– А как вышло сегодня днём? – поинтересовалась я.
– Я забыл мобильник дома, и мне пришлось бежать к Джеффри и от него звонить Гейбу. Я не знал точно, есть ли кто-нибудь в соседних домах, и не хотел терять время на проверку. А если бы позвонил сразу – Гейб успел бы раньше, до того, как Линда тебя приложила.
– Я отвлеклась на крик Джеффри. А вообще-то я достаточно ловко уклонялась от неё. А вот тот удар пропустила. Сама виновата. Хорошо ещё, что Линда не обратилась. Тогда бы мне точно была бы хана.
– Надеюсь, наказание послужит ей хорошим уроком, – покачал головой Гейб. – Но если нет, если она снова попробует досаждать тебе, то будет изгнана. Это моя Долина, моя собственность, и я имею право выгнать любого. И она это знает. Возможно, потому и сдерживалась.
– Не думаю, что она снова полезет к Рэнди, – Томас встал. – Ладно, я за змеями. Буду через минуту.
И он резво ускакал из кухни. Мы тоже вышли, и остановились возле входной двери, поджидая его.
– Когда я примчался и увидел тебя под теми досками, я чуть с ума не сошёл, – прошептал Гейб. Его рука легла на мою щёку. – И потом, когда вытащил, всю окровавленную… Никогда в жизни я ещё так не пугался.
– Я в порядке, – так же шёпотом ответила я, заворожённо глядя ему в глаза.
Ещё какое-то время мы молча стояли, глядя друг на друга, а потом Гейб стал медленно наклоняться. Мне показалось, что сейчас он снова чмокнет меня в лоб, или в нос, как делал прежде, но его лицо опускалось всё ниже, и в какой-то момент я поняла, что сейчас произойдёт.
Когда его губы осторожно коснулись моих, я закрыла глаза, разрывая наш зрительный контакт, и сосредоточилась на ощущениях. Губы Гейба были невероятно нежными, они едва касались моих губ, потом стали чуть смелее, прижались крепче. Его вторая рука легла на мой затылок, а мои пальцы непроизвольно вцепились в его рубашку, стараясь притянуть его поближе и не отпускать.
Губы Гейба стали ещё смелей, потом в дело вступил и кончик языка, деликатно скользящий по моим губам. Я слегка приоткрыла рот и, подражая ему, тоже провела кончиком языка по его губе. Гейб застонал, и рукой, прежде гладившей мою щёку, прижал меня за талию к себе ещё крепче.
– Я отдам тебе оранжевый, он у меня самый лучший! – раздался голос Томаса, и топот его ног по лестнице.
Гейб буквально отпрыгнул от меня. Распахнув в недоумении глаза, я увидела, что он запустил обе руки себе в волосы, а точнее – вцепился в них, и с ужасом смотрит на меня, бормоча:
– Господи, что я делаю?! Прости меня, девочка, прости, ради бога…
После чего он развернулся, и, промчавшись по лестнице мимо Томаса, буквально исчез наверху. Высунувшись из-за двух огромных воздушных змеев, мальчик удивлённо проводил его взглядом, потом пожал плечами и обратился ко мне.
– Ты готова?
Я смогла лишь кивнуть, говорить в тот момент я ещё не могла. Почему Гейб убежал? Всё же было так хорошо. Мой первый поцелуй, НАШ первый поцелуй – он был прекрасен! А Гейб за него извинился. Словно это было что-то… неправильное, плохое… Мне хотелось побежать за ним и потребовать ответа, потребовать… ещё один поцелуй! И даже не один.
Но рядом, приплясывая от нетерпения, стоял ребёнок, глядя на меня своими невинными глазами. Не могла же я сказать ему: «Подожди, дай разобраться с твоим братом, который сначала целует так, что дыхание перехватывает, а потом извиняется и убегает». Ладно, для этого ещё будет время. А пока нужно выполнять своё обещание.
– Оранжевый, говоришь? Ну, давай его сюда.
И я пошла запускать воздушного змея. Разговор с Гейбом немного подождёт.
Глава 14Заколдованный принц
Я наблюдала за воздушным змеем, развевающимся в небе у меня над головой, но мыслями была не здесь, а в доме, на втором этаже, в кабинете Гейба, где мне очень хотелось находиться в данный момент. И выяснить, наконец, что же произошло десять минут назад? Почему он сбежал после поцелуя, почему извинился? Я этого не понимала! Неужели он не видел, не понял, как мне понравилось? А вдруг не понял? Может, нужно так ему и сказать, разъяснить? Или не надо?
Мысли бегали у меня в голове по кругу. В итоге я решила не заморачиваться сейчас, а открыто поговорить с Гейбом. Сегодня же. Как только представится возможность. Потому что нельзя дарить такие чудесные мгновения, а потом извиняться и убегать.
А может, ему самому не понравилось? Да нет же! Когда он притиснул меня к себе, перед самым появлением Томаса, я совершенно определённо почувствовала, что нравлюсь ему. И не просто нравлюсь. Не настолько уж я наивна, чтобы не понять значение той твёрдой выпуклости, что прижалась к моему животу.
Но тогда почему он убежал? Почему извинился? Ну, вот, опять, по восемнадцатому кругу! Всё, я больше не буду об этом думать! Пока – не буду.