– Молодец! Наш человек! – захлопала в ладоши Сандра. – Да, принц, тебе не кажется, что мы для принца и принцессы несколько староваты?
– Почему? Вон принцу Чарльзу лет до фига и больше! Но пельмени – это и вправду вкусно! А давай закажем еще? Тебя это не шокирует?
– Меня это радует!
– Господи, какая же ты прелесть! Скажи, ты вот пишешь портреты, так сказать, сильных мира сего…
– Не столько сильных, сколько богатых. И что?
– А они не влюбляются в тебя без памяти?
– Да нет, они как правило клюют на совсем юных девочек, желательно дурочек. А я ни то, ни другое.
– А скажи… Вот за все эти годы, после смерти мужа, неужели ты так никого и не любила?
– А тебе зачем?
– Ага, значит все-таки любила! Кого-то из батько́в?
– О нет! Был один лет восемь назад… Я его любила.
– Но он оказался…
– Да никем он не оказался! В том-то и беда, что абсолютно никем не оказался. Так, пустое место!
– И ты его любила?
– Любовь зла! Но он даже козлом не оказался. Понимаешь?
– Нет, если честно! Как ты могла полюбить такого?
– Это… иррационально. Померещилось что-то. Но я довольно быстро разобралась, что к чему. И шуганула.
– А он шуганулся?
– Да! Не без удовольствия, я думаю. Ему со мной было тяжело.
– Могу себе представить!
– Тебе со мной разве тяжело?
– Нет. Легко. Даже очень. Только непривычно как-то… Я таких за свои сорок четыре еще не встречал. Но счастлив, что встретил!
– Фу, устала… – заявила вдруг Сандра. – Мы столько всего сожрали и выпили за сегодняшний день, да еще под какие-то полулюбовные бредни… Все! Я выдохлась!
Она достала из сумки смартфон, нажала на какие-то кнопки.
– Через пять минут придет такси. Если не передумал, приезжай завтра прыгать с крыши! Все! Пока!
И не успел он опомниться, как она вскочила, чмокнула его в щеку, натянула шубку и быстро пошла к дверям. Но вдруг вернулась. Вытащила из сумки пятитысячную купюру.
– У вас же там не принято платить за бабу…
– Пошла к черту, дура! – вырвалось у него.
– Уже пошла!
И она исчезла.
После ее ухода он тоже ощутил страшную усталость и тоже вызвал такси.
– Ну, как твоя снежная баба? – со смешком осведомился отец. – Вид у тебя какой-то… измочаленный. Надеюсь, ты хоть получил удовольствие?
– Ах, папа, все не так, как ты думаешь.
– А что, не дала?
– Папа! Об этом сегодня и речи не было! Ох и непростая она штучка. Но хороша! Я, кажется, влюбился!
– Тимка! Да я никогда от тебя ничего подобного не слышал!
– Естественно, я никогда ничего подобного и не говорил! И, кажется, не испытывал. Эта часть жизни была для меня какой-то второстепенной…
– И когда ты теперь с ней увидишься?
– Завтра. Она пригласила меня… попрыгать с ней с крыши.
– Ты согласился?
– Да.
– Но ты же вроде боишься высоты?
– Там ерундовая высота. И потом…
– Ну что ж, сын, попрыгай, дело молодое и, прямо скажем, оригинальное… С крыши в сугроб. Смотри только не простудись.
– Постараюсь.
– Ужинать будешь?
– Нет, папа, спасибо, я сыт! Пожалуй, я пойду спать.
– За сегодняшний вечер ты всего единожды произнес свое «пожалуй»! Кажется, твоя снежная баба хорошо на тебя влияет.
Сандра доехала на такси до своей машины, оставленной на стоянке, села за руль и подумала: ну и денек! Кажется, я могу влюбиться… Да что там, уже влюбилась. Иначе почему я напорола столько всякой чепухи? Черт знает что! Меня просто несло по кочкам… У него такие удивительные глаза… И дивные руки… Да и вообще… Я хочу с ним переспать! Да, хочу! Очень! И вовсе не обязательно прыгать с крыши. Вполне можно сразу прыгнуть в постель! Ладно, там будет видно. Утро вечера мудренее! Фу, сколько я всего сегодня съела, даже живот болит. Нельзя так… Но очень хотелось! Мы оба подорвались на второй порции пельменей! Смешно, ей-богу! Тимур! Ох, у меня же там второй Тимур один! Некормленый! Я хоть и оставила ему корм, но все-таки он там один, бедолага!
Подъехав к своему дому, она опять испытала восторг. Это я! Сама!
Скинув шубу, она побежала наверх в мастерскую. Зажгла свет. Попугай закричал:
– Тимуррру страшно! Тимурру страшно!
– Маленький мой, страшно тебе?
– Страшно трахнул! Страшно трахнул!
– Господи, что ты несешь!
– Трахнул! Трахнул!
– Замолчи, птица! Что ты понимаешь! И вообще, теперь говорят не трахнул, а чпокнул! Ну все, хватит болтать. Будем делать ночь, как писал Бабель.
И она накрыла клетку темно-синей шалью. Попугай сразу умолк.
Сандру неудержимо клонило в сон. Она хотела принять душ, но сил совершенно не было. Сейчас посплю полчасика, а потом уж помоюсь, сниму макияж… Ее вдруг зазнобило от усталости. Она легла в мастерской на диван, натянула на себя плед и сразу провалилась в сон.
Утром она проснулась совершенно разбитая. Я заболела! Ее мутило, голова раскалывалась, болел живот и горло. Ничего себе погуляла… Она с трудом поднялась, глянула на часы. Восемь. Это я всю ночь продрыхла не раздеваясь? Она с трудом поплелась в ванную. Глянув на себя в зеркало, застонала от ужаса. Господи, на кого я похожа! Она все-таки приняла душ, от горячей воды как будто полегчало… Надо выпить крепкого кофе, тогда приду в себя. Закутавшись в махровый халат, она спустилась в кухню. Нет, сил просто нет. Ох, а ведь должен приехать Тимур. Надо срочно отменить визит. Даже мысль о прыжках с крыши, да и о том, что должно было последовать за прыжками, привела ее в ужас. Запах кофе вызвал тошноту. У меня температура, наверное, но градусника в доме нет. Она с трудом сделала себе большущую чашку чаю с лимоном. Отпила глоток. Глотать было больно. Ангина, что ли? Ладно, полежу денек-другой, авось оклемаюсь. Надо позвонить Лешке… Хотя нет, у него же сегодня экзамен. Ах да, еще Тимур… Надо отменить… Отправлю эсэмэску. Хотя нет, он может не поверить… И она позвонила. Он откликнулся мгновенно.
– Алло, Сандра! С добрым утром!
– Тимур, прости, но я заболела… Все отменяется.
– Что с тобой? – встревожился он.
– Не знаю, боюсь, что ангина. Сил нет совсем и температура…
– Так, может, нужна помощь? Я приеду? Может, нужны лекарства?
– Нет, спасибо, ничего не нужно. Все есть. Я хочу только спать… Прости меня. Пока!
Он был ужасно разочарован. Он так ясно представлял себе, как они прыгнут в сугроб, а потом… И вот, пожалуйста… И ведь она не врет, у нее совершенно больной голос. Допрыгалась! – с раздражением подумал он.
За завтраком отец спросил:
– Тимка, ты чего такой хмурый? Не выспался? Или снежная баба растаяла?
– Да, именно!
– Решила продинамить?
– Говорит, что заболела. И, судя по голосу, не врет.
– Тимка, что за дела? Это даже неплохо, что твое рандеву откладывается. Чем ближе к отъезду, тем безопаснее!
– Ты циник, папа!
– Здоровый цинизм в таких делах не помешает, поверь моему опыту.
Сандра проснулась от того, что кто-то звонил в дверь. И кого черт принес? Не буду открывать. У Лешки есть ключи, на остальных – плевать, сил нет. Но кто-то на крыльце уже начал колотить в дверь и одновременно где-то звонил мобильный. Пожар там, что ли? Придется открыть. В дверь продолжали колошматить. Она с трудом встала и поплелась к двери.
– Кто там? – еле слышно произнесла она и поняла, что ее попросту нельзя услышать. Тогда она открыла дверь.
– Господи, что с тобой? – воскликнул мужчина, поспешно закрывая за собой дверь.
– Ты? Зачем ты приехал?
Это был Артем, ее любовник, которого вчера она пыталась отшить по телефону.
– Я почувствовал, что тебе плохо. И вот, не ошибся. У тебя совершенно больной вид! О, температура высоченная… – Он коснулся губами ее лба, обнял за плечи и повел в комнату.
– Тебе надо лежать. У тебя есть градусник?
– Нет. А ты почему не позвонил?
– Я звонил раз сто, но ты не брала трубку. Ты ложись, я позабочусь о тебе.
– Артем, не надо…
– Что значит, не надо? Глупости! Покажи-ка горло!
– Но ты же не лор…
– Знаешь, хирург в состоянии посмотреть горло. Открой рот, скажи «ааа». Все ясно, ангина. А с ангиной шутки плохи. Где у тебя здесь аптечка?
– В ванной, на втором этаже. Тема, ну зачем?
Он бегом взбежал по лестнице и вскоре вернулся.
– Ни черта нужного нет! Вот что, ты лежи, а я мигом смотаюсь на станцию в аптеку.
– Ты на машине?
– Конечно!
– У тебя что, выходной?
– Ну да. И я страшно соскучился. Ты что-нибудь ела сегодня?
– Нет, не хочется.
– Но пить в любом случае надо как можно больше.
– Я пью…
– Дай мне ключи, чтобы тебя не беспокоить.
– Возьми там, где зеркало…
– Я мигом. И буду тебя лечить!
– Ладно, лечи… Тебе положено.
Черт возьми, хорошо, что он примчался. А то одной хворать как-то неуютно. Надо же… Он почувствовал, что мне плохо… Ой, а если бы мне было… хорошо и он увидел бы, как мы с Тимуром сигаем в снег… Что бы он подумал? Собственно, все было бы ясно… И что? Тимур скоро свалит в свою Америку, а я останусь… влюбленной дурой? И буду связываться с ним по скайпу… Нет, все правильно! Сама судьба против такого развития событий. А Артем хороший мужик, внимательный, я вот думала уже, что плохо, когда некому подать этот пресловутый стакан воды… А тут Артем… Ох, спать хочу… Мысли путались, и она опять уснула.
Проснулась она от укола в ягодицу.
– Что ты мне вкатил?
– Антибиотик, все под контролем. Через часок температура упадет. Я нашел у тебя вишневое варенье, развел теплой водичкой. Попей, вкусно.
– Спасибо, доктор.
– Мне завтра на дежурство. Может, позвонить Алексею? Или еще кому-то? До утра я побуду здесь, но к семи мне надо на работу.
– Я надеюсь, до утра мне станет лучше. При таком-то уходе.
Через час температура действительно понизилась. Артем обтер ее, надел чистую пижаму и решительно заявил:
– Сейчас я сделаю тебе омлет. Его легко глотать.