– Ты же знаешь.
– Я не очень уверен, ты мне об этом сказала только один разочек. А чего это мы с тобой еще разговариваем, бегом в постель.
Анна Сергеевна расхохоталась.
– Я не понял, что здесь смешного, у меня в отношении вас, девушка, очень даже серьезные намерения, – заметил Веселов.
– Просто вспомнила, как однажды в редакцию из области приехал большой начальник. А у нас в это время была на практике одна студентка из МГУ. Вся из себя такая современная, хорошенькая, в короткой юбочке. Мы все переживаем, какие-то отчеты срочно пишем, а она сидит в кресле, курит и говорит, – я не понимаю, чего вы тут все суетитесь, может мне пойти к нему и сказать, – Анатолий Васильевич, бросьте вы все это на фиг, лягемте у койку. Мы так и попадали от смеха.
– Между прочим, она права, все проблемы забываются в постели. Знаешь, о чем я всегда жалею? О том, что никто не видит, какая ты красивая ночью. Может, это и хорошо, а то пришлось бы всех жаждущих тебя отстреливать из пистолета.
– Андрей, ты такой ревнивый?
– Еще какой. Как представлю, что вокруг тебя хмыри разные крутятся, так готов всех растерзать. Иди ко мне, моя хорошая, самая лучшая на свете. Как же я благодарен судьбе за то, что встретил тебя. Давай не будем спать, а всю ночь любить друг друга?
– Не боишься, что завтра по твоим шальным глазам наши ребята все поймут?
– А пусть завидуют.
Утреннее солнце разбудило Веселова, который, не обнаружив рядом с собой Анну, подскочил, ругая себя последними словами. Выйдя из душа, он открыл дверь в холл, где на диване возлежали Крыся и Арни. – Крыська, ты почему меня не разбудила, ведь видела, что Анечка уходит.
Собачка подняла голову, тявкнула и демонстративно отвернулась.
– Осуждаешь меня, да? Я сам себя осуждаю за то, что проспал. Старею, наверное, – вздохнул он.
– Андрей, вы уже проснулись? – услышал Веселов голос Гелены Казимировны. Спускайтесь, сейчас Аня с Алексеем вернутся из больницы, будем завтракать.
Не успел генерал сойти вниз, как приехал Комаров.
– Хорошо выглядите, Андрей Петрович, – заметил с улыбкой Борис.
– Я тебя, майор, сейчас поставлю по стойке «смирно», будешь знать, как делать замечания генералу.
– Это он от зависти, – хихикнула Гелена. У вас, Андрей, глаза светятся, как у Арни в темноте.
– Я что, на кота похож? – буркнул, слегка покраснев, Веселов.
– Нет, скорее на барса, он тоже из кошачьих, – расхохотался Комаров.
– Да ну вас, – засмеялся генерал, я все-таки когда-нибудь надеру вам всем уши, чтобы знали, как не уважать старших.
– А кто это у нас такой воинственный? – с улыбкой спросила Анна Сергеевна, входя в гостиную вместе с Алексеем Дубининым.
– Аня, меня тут все обижают. Сначала Крыська проигнорировала, теперь Борис с Гелей, – пожаловался генерал, может, хоть ты меня пожалеешь?
– Обязательно, – засмеялась Анна и чмокнула Веселова в щеку.
– Садитесь все за стол, – скомандовала Гелена Казимировна. Анечка, рассказывай, как там в больнице?
– Да все нормально, я, на всякий случай, полы в палате помыла, чтобы собачьей шерсти не было. Потом предупредила зав. отделением, что Петровичу стало лучше, и его забрали родственники. Он засмеялся и говорит, – не умеете врать, Анна Сергеевна, но я в ваши дела не вмешиваюсь. Кстати, самочувствием вашего подопечного уже интересовался мужской голос по телефону. Ему ответили, что лечащего врача еще нет, звоните позже. Теперь, как я понимаю, надо сказать, что вашего Петровича выписали.
Вот так мы с ним и поговорили.
– Ань, зав. отделением не проговорится? – забеспокоилась Гелена.
– Нет, Юрий Алексеевич отличный дядька, прошел Афганистан, я когда-то о нем писала, так что все будет в порядке. Кстати, господа офицеры, какие у вас на сегодня планы, когда вас ждать к обеду?
– Скорее всего, мы вернемся только к ужину, – задумчиво ответил генерал. Ты, Алексей, езжай на службу, если что, я позвоню. А мы с Борисом отправимся по своим делам.
– Андрей, подождите, я сейчас в пакет положу бутерброды, плюшки и термос с чаем, у меня все уже готово, только не забудьте Максимушку покормить, вы ведь его увидите, – сказала Гелена Казимировна.
– Гелечка, вот за вашу предусмотрительность мы особенно вас любим, – улыбнулся генерал. Дамочки, не скучайте и постарайтесь никуда не вляпаться в наше отсутствие. Мы поехали.
Подруги остались одни. Переместившись на кухню, они мыли посуду и переговаривались. – Аня, как ты думаешь, скоро все это закончится? Мне уже охота в Ракитовку поехать и объявить ультиматум Варе.
– Какой ультиматум?
– Ты что, забыла? Мы же собирались потребовать от нее скорейшего рождения ребенка. Ты вообще, о чем думаешь?
– Тревожно мне, что-то, и как помочь нашим мужикам, не знаю.
– Давай, на всякий случай, предупредим Крыську и ее спецназ, пусть готовятся, сидят на месте, а не гойдают по городу.
– Геля, а ведь ты права, только надо, чтобы наша барышня собрала всю свою собачью свору и пусть они побегают по городу, может чего унюхают.
– Аня, мне кажется, если не дай Бог, что случится, то это будет где-то рядом, в центре.
– Согласна. Надо подумать, где самые уязвимые места. Кафе, магазины, аптеки, салоны красоты, пожалуй, отпадают. Они небольшие, не тот резонанс для боевиков. В кинотеатре тоже людей мало, как и в центральной библиотеке. В администрацию они вряд ли полезут, там охрана бдительная. Что здесь еще?
– Торгово-развлекательный центр, две школы и Дом детского творчества.
– Гелечка, ты умница. Вот туда и направим собачат.
Анна Сергеевна открыла дверь на лестницу и крикнула, – Крыся, иди сюда, дело есть.
Собачка не торопясь спустилась вниз, остановилась перед Истоминой и задрала голову. Та взяла ее на руки.
– Девочка, у нас в городе появились нехорошие дядьки, надо пробежаться по центральным улицам, покрутиться возле торгового центра и рядом с домами, где много деток. Возьми спецназ и всех остальных собачат, пусть нюхают, ищут, может, что подозрительное увидите. Ты поняла?
Крыся кивнула и потрусила к входной двери, которую ей открыла Анна. Остановившись на крыльце она потявкала и вскоре во двор вбежали две дворняги – Бим и Бом. Через некоторое время к ним присоединилось еще с десяток беспородных собак, которые выстроились в ряд.
– Геля, – ты только посмотри на эту наполеоншу.
Подруги, стоя у окна, наблюдали за Крысей. Проведя инструктаж, и услышав ответный лай, она побежала со двора. Следом за ней потянулась вся свора.
– Аня, что теперь будем делать?
– Давай займемся ужином, мужики вернутся голодными, их накормить надо.
Тем временем Веселов проводил совещание с группой московских сотрудников в кабинете подполковника Фоменко.
– Как я и думал, допрос боевиков, захваченных в больнице, ничего не дал. Они не знают ни о времени акции, ни о ее характере, ни о главаре банды. По сути, за несколько дней мы не продвинулись, значит, плохо работаем.
В это время зазвонил телефон генерала, и он услышал тревожный голос Максима Забелина.
– Андрей Петрович, кажется, из московской группы течет.
– Подождите секунду, – ответил Веселов и обратился ко всем присутствующим, – звонок из Москвы, прошу покинуть кабинет на несколько минут, я вас потом приглашу.
Когда все вышли, он молча выслушал сообщение капитана и вышел в коридор, где в ожидании томились офицеры.
– Совещание отменяется, продолжайте работать, подполковник Фоменко и майор Комаров, задержитесь.
Втроем они вернулись в кабинет, и Веселов быстро написал на листочке «ничего лишнего не говорить».
– Что-то случилось, товарищ генерал? – спросил Комаров, наблюдая за тем, как тот тщательно протирает пепельницу после сгоревшей в ней записки.
– Москва скорректировала наши планы, поэтому ты меня сейчас везешь в управление полиции, а о твоих действиях, Фоменко, я сообщу по дороге. Поехали.
В коридоре Веселов спросил подполковника, – где тут у тебя можно поговорить?
– В спортивном зале, там сейчас никого нет. Считаете, что в моем кабинете жучок?
– Не исключаю. Пусть твои ребята проверят, если найдут, не снимать, но о прослушке не забывать.
Спустившись на первый этаж, офицеры вошли в большую комнату, уставленную тренажерами, и присели на низкую скамью.
– Ситуация следующая, – начал говорить Веселов. Капитан Забелин сообщил, что в квартиру на Первомайской позвонил неизвестный и приказал одному из боевиков срочно явиться на базу. Полагаю, именно там находится координатор. Максим хотел следом за ним направить сотрудников, ведущих наружное наблюдение, но их на месте не оказалось, хотя дежурство осуществлялось круглые сутки. Забелин выяснил, что наружку снял кто-то из группы москвичей. Капитан сам поехал следом за боевиком, но боюсь, что скоро засветится. Джип у него приметный, да и не специалист он в этом деле. На наше счастье в центре большая пробка, они в ней стоят уже минут десять. Максим ждет нашего решения.
– Андрей Петрович, если поступил приказ явиться на базу, значит, там будут согласовываться все действия. При этом они торопятся, раз рискнули засветить своего стукача. Скорее всего, акцию проведут завтра, – сказал Комаров. Я предлагаю сейчас же брать тех, кто на Первомайской. Надо заставить координатора вносить поправки в их план, чем чаще он будет это делать, тем больше ошибок совершит.
– Я тоже так думаю, Борис. Минуточку, Забелин на проводе. Плохо, капитан, тогда блокируй его машину и сотовый. Вы где стоите? Я перезвоню. Ну вот, – вздохнул Веселов, Забелин прокололся. Он прослушивал машину, когда боевик кому-то позвонил и сказал, – хозяин, меня ведут. Номер телефона Максим не смог засечь, так как абонент тут же отключился. Фоменко, ты с бойцами срочно едешь на улицу Первомайскую, берешь бандитов и везешь их сюда. Черт, там же жилой дом, третий этаж, а боевики могут отстреливаться. Хорошо бы заставить их самих открыть дверь.
– Андрей Петрович, пусть это сделает Исса, он же вместе с Максимом в джипе, – предложил Комаров.