— Что ж, тогда — до новых встреч!
Ксения подошла к двери, потянула за ручку…
Дверь не шелохнулась.
И только тут до нее дошло, что эта дверь закрывается снаружи на простой железный засов. Уходя, доктор запер ее — и теперь открыть дверь изнутри невозможно.
— Что, мышка попалась, мышеловка захлопнулась? — насмешливо проговорил гипнотизер.
— Вам-то от этого какая радость? Если я отсюда не выйду, я ничем не смогу вам помочь.
— Ваша правда. А если я помогу вам выйти — вы мне потом поможете?
— Ну да. Мы же договорились — я помогу вам убежать, если вы под запись расскажете о том, что здесь происходит.
— Договорились, договорились. Я скажу вам, что нужно будет сделать, чтобы привести этот план в исполнение. Вы видели пистолет, который держала в руках ручная горилла доктора Айболита? Да и сам он тоже любит держать его в руках…
— Ну да, видела.
— Выведите его из строя.
— Вот интересно! А как я до него доберусь?
— Очень просто. Этот тупой мордоворот большую часть свободного времени проводит в своей комнате, на первом этаже шестого коттеджа, за просмотром спортивного телеканала. Его даже отвлекать не понадобится — он сам пялится в экран, так что вам нужно только открыть ящик стола. Там и лежит пистолет. Сломать его вы наверняка сумеете.
— Откуда вы все это знаете? Вы ведь сидите здесь безвылазно!
— У каждого из нас есть свои маленькие секреты.
— Это хорошо, но как я отсюда выберусь?
— Очень просто. Полезайте снова в ту нишу, где вы прятались, когда приходил доктор Айболит.
Ксения с сомнением взглянула на укрытие, где только что пережила не самый приятный момент, но все же решила поверить гипнотизеру. Она отодвинула подставку с дровами и влезла в нишу.
— А теперь осветите потолок. У вас ведь есть телефон?
— Само собой! — Ксения включила телефон и направила его на потолок ниши. Потолок был низкий, неровный, но в самой глубине ниши в нем было круглое отверстие вроде колодца, по стенке которого вверх, в темноту, уходили железные скобы, что-то вроде лестницы.
— Ну, вот вам и путь наверх! — раздался голос гипнотизера. — Не забудьте, что вы мне обещали!
— Не забуду… — пробормотала Ксения и, с трудом протиснувшись в темный колодец, полезла вверх.
Она взбиралась несколько минут. Колодец был узкий, карабкаться по нему было очень трудно, но все когда-то кончается. И скоро Ксения уперлась головой и плечами в холодный металл.
Неужели колодец заперт?
Не может быть!
Она напряглась, нажала на препятствие плечами — и оно поддалось.
Металлическая крышка открылась, Ксения вдохнула свежего воздуха и выбралась на свободу.
Она оказалась на полянке среди кустов шиповника, рядом с ней валялась крышка люка с выбитой на ней надписью: «Козловские телефонные сети».
Оглядевшись по сторонам, Ксения положила крышку на место и выбралась из кустов.
Она находилась неподалеку от таинственного шестого коттеджа. По тропинке недалеко от нее с озабоченным видом шел завхоз Федор Михайлович.
Услышав шорох в кустах, он развернулся, увидел Ксению и строго проговорил:
— Вот ты где! Я тебя уже обыскался. Где ты пропадала? Три коттеджа еще не убраны, а ты неизвестно где шляешься! Первый день на работе, а так себя ведешь!
— Извините, Федор Михайлович… — защебетала Ксения. — Это не повторится, Федор Михайлович… я просто заблудилась, Федор Михайлович, вышла не туда…
— Заблудилась! — передразнил ее завхоз. — Это какие же куриные мозги надо иметь, чтобы здесь, в трех соснах, заблудиться? Иди уже, заканчивай работу! И приведи себя в порядок — вся растрепанная, вся в колючках, как будто сквозь заросли продиралась…
— Я же говорю — заблудилась!
Федор Михайлович покачал головой, махнул рукой и проговорил:
— С кем работать приходится! Иди уже! Одна — запойная, вторая — по кустам шляется… Нет, беда с персоналом…
Ксения направилась к третьему коттеджу, но как только завхоз скрылся за поворотом, свернула с дорожки и вышла к шестому.
Обойдя вокруг этого коттеджа, она нашла приоткрытое окно, из-за которого доносились характерные звуки, сопровождающие футбольный матч.
Она приподнялась на цыпочки, заглянула в окно и увидела ручную гориллу доктора Ивана Алексеевича. Здоровенный низколобый детина сидел в кресле перед телевизором и смотрел на экран.
Ксения шире открыла окно и влезла в него.
Мордоворот повернулся к ней и удивленно протянул:
— А ты кто такая?
— Фея-крестная, — ответила Ксения.
— Чего? — громила заморгал. — Не понял!
— Какой ты, Вася, непонятливый!
— Я не Вася, я Игорь…
— Тем более, Игорек! Ты мне очень понравился, и я к тебе пришла… Ты меня поцелуешь?
— Че, правда, что ли? — Громила поднялся из кресла, шагнул навстречу Ксении.
На его лице мелькнуло колебание, он покосился на экран телевизора, снова взглянул на девушку, словно не зная, что предпочесть.
— Правда, правда! — Ксения немного отступила, протянула руку к громиле и опасливо дотронулась до его бицепса: — Какой ты сильный!
— Да, я такой… — Он потянулся к Ксении, но та ловко увернулась и промурлыкала:
— Ну, ты только не спеши, а то все испортишь! Давай сперва выпьем чего-нибудь…
— Выпить — это можно. У меня тут пивко есть… — Громила шагнул к холодильнику.
— Фи! — поморщилась Ксения. — Приличные девушки не пьют пиво! А шампанского у тебя нет?
— Шампусик… шампусик был где-то, только это не здесь, это на кухне.
— Ну, так сходи принеси, а я пока тут все приготовлю, создам романтическую обстановку…
— Чего? А, ну ладно, я быстро… — Громила вышел из комнаты, а Ксения торопливо выдвинула ящик стола.
Порфирий не обманул — в ящике действительно лежал черный пистолет с массивной насадкой на стволе — тот самый, который она видела в подземелье.
Ксения огляделась по сторонам, увидела под столом винную пробку и затолкала ее в ствол пистолета.
За дверью уже были слышны приближающиеся тяжелые шаги ручной гориллы.
Ксения закрыла дверь на задвижку, чтобы выиграть хотя бы немного времени, положила пистолет на прежнее место и выскочила в окно, предварительно испортив шпингалет, чтобы это окно можно было открыть снаружи.
Мордоворот потряс дверь.
Она не поддавалась.
Он тряхнул ее гораздо сильнее.
На этот раз задвижка слетела, дверь распахнулась.
В комнате никого не было.
— Тут же девчонка была, симпатичная… — пробормотал громила, удивленно нахмурившись. — Куда же она пропала? А, черт с ней, лучше футбол досмотрю!
Ксения быстро закончила уборку обычных коттеджей и снова вышла в парк.
Ее первый рабочий день в таинственной клинике закончился, а до одиннадцати часов, когда должна была начаться операция, оставалось еще много времени.
Она переоделась в подсобке, удачно избежав встречи с вечно недовольным завхозом, сердечно простилась с охранником Виталием, прошла метров триста по дороге и свернула на лесную полянку, где оставила свою машину. В машине снова переоделась в обычную туристку и послала сообщение связному, что утром можно будет Валентину разбудить. Пускай она в себя приходит и сама разбирается, что с ней было. И перед завхозом извиняется, только, судя по всему, в клинике этой такое начнется, что работу Валя все равно потеряет.
По дороге в гостиницу никаких происшествий не было, только портье спросила, когда Ксения уезжает, потому что номер оплачен только до завтра.
— Завтра и решим этот вопрос! — улыбнулась Ксения, надеясь, что сегодня ночью ей удастся выполнить свою задачу и тогда завтра можно будет уехать и проститься с этим городом. Все бы ничего — красивые дома, церкви, колокольный звон по утрам, но люди…
Взять хотя бы это сборище родственников и свойственников, ну хоть бы одна более-менее приятная личность! Хотя нет, призналась сама себе Ксения, все же Григорий не такой противный, как остальные. Так, может, тетка все-таки как-то его отметила?
Тут Ксения увидела, что по лестнице спустился не кто иной, как адвокат покойной мадам Голубевой… как его… ага, Збигнев Конрадович Лозовский. Сегодня на нем не было строгого черного костюма-тройки, в котором он напоминал сотрудника похоронного бюро на оглашении завещания. Сегодня на адвокате был хорошо отглаженный светлый летний костюм и рубашка пестренькая, оттого выглядел он если не моложе, то легкомысленнее.
Лозовский пересек холл и направился к ресторану «Серебряное копытце».
Ксения мигом смоталась к себе в номер, в очередной раз переоделась. Навела экспресс-макияж, и через пятнадцать минут вошла в ресторан красивая обеспеченная женщина. Знающая себе цену.
Платье было коктейльное, то есть не в пол, и бриллиантов не было, и это единственные уступки, которые Ксения сделала. В остальном все было на уровне, и адвокат Лозовский не смог скрыть восхищения, встретившись с ней взглядом. А что тут такого: человек не на работе, так отчего же не поболтать и не поужинать с прелестной дамой?
— Как мило, что мы встретились! — Он вскочил и подвинул ей стул, не дожидаясь официанта. — Я так рад, что вы еще здесь! Вы ведь не откажетесь со мной поужинать?
Ксения согласилась и за ужином, искусно перемежая свою речь комплиментами, пыталась выяснить, что же такое было в том, первом завещании.
— Но вы же понимаете, дорогая, я не вправе это рассказывать! — Дело было перед десертом, а за едой они выпили бутылку вина, точнее, пил почти один адвокат, так что глаза его блестели уже слишком ярко и волосики не были зачесаны на лысину, а торчали в разные стороны, как у рассерженного ежика. — Это адвокатская тайна…
— Ой, не надо меня обманывать! — Ксения погрозила пальчиком. — Это была бы адвокатская тайна, если бы завещание было действительным, а в нашем случае это уже пройденный этап, раз есть новое завещание, которое отменяет все прежние. И вы ведь понимаете, что я спрашиваю просто из любопытства, что для себя я ничего не жду, я вообще тут, считайте, человек посторонний…