«…Отца Гвина и сестры Гвиневер», – говорит она игроку во время первой встречи. До этого момента мы знали лишь о трех детях Гвина: первый ребенок, чье имя нам неизвестно, Гвиневер и Гвиндолин. Причем Гвиндолин определенно самый младший из всех – вот только Йоршка считает, что это ее старший брат! Странное открытие основано лишь на паре фраз из диалогов. Она говорит правду? Ее драконий хвост намекает на то, что она тоже полукровка (если сравнить ее с внешностью Присциллы), и возможно, что у нее и других детей Гвина разные матери. Отметим, что внешность Гвиндолина тоже была достаточно странной – множество змеевидных отростков вместо ног. Личность матери (или матерей) детей Гвина остается нераскрытой, но, видимо, на то есть разумные причины. Йоршка, как и Гвиндолин во времена Лордрана, является капитаном Клинков Темной Луны, к которым также относилась Сиррис, о которой мы рассказывали чуть раньше. «Давным-давно отец наш Гвин, скорбя о потухшем пламени, добровольно стал пеплом. Теперь же огонь поддерживается чемпионами, которые пришли ему на смену. Таково желание отца и богов. А Рыцари Темной луны взялись за оружие, чтобы охранять тех, кто зажигает огонь», – рассказывает Йоршка, говоря о своей клятве защитника Огня и богов. К ее глубокому несчастью, членов ковенанта становится все меньше, а после исчезновения Гвиндолина вся ответственность за рыцарей легла на ее плечи, и не с кем ее разделить. Более того, Саливан, забрав Гвиндолина на съедение Олдрику, изолировал Йоршку от внешнего мира, заперев ту на вершине неприступной башни[358], помешав ей таким образом вербовать новых рыцарей для ковенанта. Такой поступок Саливана кажется очевидным, особенно теперь, когда мы знаем о его намерении прекратить эру Огня.
Понтифик Саливан
После заточения Йоршки и отстранения Гвиндолина от интриг Анор Лондо, Саливан провозгласил себя «Понтификом» – это титул, символизирующий величие. Мы уже видели, что его действия оказали большое влияние на сюжет Dark Souls III. Смутное прошлое в Оскверненной столице; негативное влияние на образование принца Лотрика во время службы первым ученым в Великом архиве; манипуляции могущественным и непредсказуемым Олдриком, – определенно, Саливан войдет в историю. То, что случилось с королевством Лотрик и с эрой Огня, – его рук дело.
Неизвестно, по каким именно причинам понтифик решил положить конец эре Огня. Может, это все из-за его старой обиды на богов? Или он просто хочет проверить пределы и возможности своих сил? На счет его мотивов остается много вопросов, но очевидно, что Саливан любит доминировать над другими. Настоящий тиран в Иритилле, где каждый подданный боится его. К примеру, те самые существа, похожие на собак с пастью крокодила, которые атакуют игрока на мосту по пути к Холодной долине. Он настолько агрессивен, что атаковать эту тварь очень сложно. Когда гончий зверь побежден, он ложится на спину и начинает молиться, объятый ужасом, словно предпочитая простую и окончательную смерть от рук игрока наказанию, которое понтифик уготовил бы ему, узнав, что монстр не справился с задачей.
Но Саливан не всегда был тираном. В прошлом, еще до прибытия в Лотрик, он был простым молодым волшебником и бродил по миру. В DLC Ashes of Ariandel есть два заклинания – Ледяное оружие и Леденящая хватка, – которые указывают, что Саливан был родом из нарисованного мира, вроде творений Ариамиса или Арианделя. Различные подсказки намекают, что речь идет именно о втором. Во-первых, именно в этом месте находятся два заклинания, которые мы упомянули. Во-вторых, Нарисованный мир Арианделя населен врановыми различных видов: рыцарь-ворон, гниющий ворон и другие противники. До выхода DLC у игроков был один вопрос касательно внешности Саливана: во второй фазе боя за его спиной вырастали черные крылья. Некоторые начали выдвигать теории о связи с пилигримами, что превращаются в бабочек и бродят по замку Лотрика. Но дополнение приоткрыло завесу тайны, и стало ясно, что эти крылья – что-то вроде «семейной» реликвии… и принадлежат они ворону! Добавим, что обычные рыцари Иритилла из-за их брони и внешнего вида чем-то похожи на рыцарей-воронов: длинные конечности, сгорбленная спина и металлическая броня, похожая на позвонки. А что, если это сходство не случайно? Загадочная реплика, которую бросает Йоршка, обретает смысл, если углубиться в историю Саливана. Когда главный герой пересекает «пропасть» между лифтом и башней Йоршки, девушка спрашивает, умеет ли негорящий летать. Если герой отвечает утвердительно, то она говорит: «Боже! Я так и думала. Значит, ты дракон? Или, может, ворон?[359] Как бы то ни было, в тебе кроется множество тайн. И все-таки твое лицо кажется мне знакомым». Говоря о вороне и о знакомом лице, Йоршка думает о Саливане. Чуть позже в диалоге она упомянет его имя и те злодеяния, которые тот творил, но только когда игрок заслужит ее доверие и получит второй ранг, словно сперва, из-за страха или стыда, она не желала раскрывать свой секрет, но оставила подсказку, поначалу непонятную, в самом начале разговора.
Получается, что Саливан – один из врановых Нарисованного мира Арианделя. «Саливан родился и вырос внутри картины и не особо пригодился в своей холодной стране, – сказано в описании Ледяного оружия, – поскольку еще не пережил ни одной потери». Это, несомненно, попытка воссоздать душевное состояние все еще юного и беззаботного волшебника, покидающего страну, чтобы путешествовать по миру. Никто не знает, какую именно «потерю» ему потом пришлось пережить, но наверняка это было тем самым жизненным испытанием, которое меняет людей и заставляет их расти. Может, эта потеря была связана с открытием Оскверненного пламени, что заставило его приблизиться к Тьме и увидеть безнадежное угасание Огня. Все его убеждения, которые он носил в себе, в этот миг оказались под сомнением. В любом случае, добравшись до Лотрика, Саливан предпочел скрыть свое происхождение и прошлое, связанное с колдовством[360]. Он спрятал вороньи крылья и изменил одно из своих оружий, меч Правосудия, чтобы уменьшить связь этого меча с колдовством и дать ему ассоциации с луной, символом, относящимся к более мягкой магии Арианделя. «[Меч] воплощает правосудие луны, но магия, которой он пропитан, не лунная – это, скорее, чары. Темно-синий клинок, куда более темный, чем самая темная луна, отражает истинную природу чародея Саливана»[361].
Опираясь на информацию о прошлом Саливана, которую мы нашли в DLC, можно выдвинуть еще одну гипотезу о связи понтифика с Тьмой. Мир Ариандель оказался погружен во Тьму после появления сестры Фриде, а точнее Эльфриде из Черной церкви Лондора. Мы детальнее расскажем об этом, когда будем разбирать историю нарисованного мира. А сейчас просто предположим, что Саливан, до того как уйти из родной страны, оказался во власти Тьмы. Хоть эта теория и позволяет ответить на некоторые вопросы, ее правдоподобность рушится из-за хронологии событий. Когда именно Саливан покинул нарисованный мир: до или после прихода Фриде и свершения ее злодеяний? Никто не знает. А ту самую «потерю», которую пережил Саливан, вполне можно связать с падением его народа, захваченного сестрой Фриде. Запутанная хронология и разрозненная информация оставляют завесу тайны этого важного персонажа лишь слегка приподнятой, в то же время подкидывая некоторые ключи для размышлений: восхитительный баланс повествования для столь же поразительного антагониста!
Вордт и Танцовщица из Холодной долины
При тирании Саливана множество рыцарей-легионеров Иритилла было отправлено в стратегически важные места королевства Лотрик, вроде пути жертв или замка – страшные враги, с которыми игроку предстоит сразиться. Вордт и Танцовщица, как и другие разведчики, должны были помешать негорящему, который пытается подобраться к Повелителям Пепла: Вордта мы встречаем в самом начале игры, где он блокирует проход от Высокой стены Лотрика, а Танцовщицу, которая скрывается в соборе в той же локации, – ближе к концу[362], прямо перед тем, как мы проникнем в замок принца Лотрика. «Вордт служил рыцарем-легионером на внешних границах и держался недалеко от стремительной танцовщицы». Он и она были неразлучны – неизвестно, связывала ли их дружба или любовь, но места сражения с этими боссами находятся лишь в паре десятков метров друг от друга.
Во внешности Вордта и Танцовщицы есть нечто звериное, как и во внешности всех других легионеров, напоминающих рыцарей-воронов из Нарисованного мира Арианделя. «Но осторожно. Собака продолжает охранять то, что осталось. Ужасный сторожевой пес из Холодной долины». Такими словами Эмма описывает Вордта. И действительно, движения Вордта напоминают поведение бешеной собаки, особенно во время второй стадии боя, когда он становится более агрессивным. Что касается Танцовщицы, то сложно определить, на какое именно животное она похожа, но ее позы и длинные конечности сразу же напоминают тех самых рыцарей-воронов, вот только Танцовщица явно более грациозна. «Рыцарям давались глаза понтифика, но эти глаза превращали их в яростных и даже буйных воинов, способных лишь бездумно нести службу», – говорит нам описание Шлема рыцаря-легионера. Из описания брони танцовщицы можно добавить, что «черные глаза понтифика в конце концов превратили ее в звероподобное существо, и доспех сросся с ее же шкурой». У порабощенных и обезличенных рыцарей, включая Вордта и Танцовщицу, просто не осталось выбора – они были вынуждены служить под командованием Саливана. О прошлом Вордта нам ничего не известно, но Танцовщица, судя по истории ее жизни, явно не заслужила такой участи.
Очевидно, что эта девушка – потомок королевского рода. На этот счет есть несколько теорий. Как мы уже разбирали ранее, она может быть дочерью Гвиневер. Если транспозиционировать ее душу, то можно получить чудо Успокаивающее Солнце, которое, собственно, и создала принцесса Света. Возможно, что Саливан, еще когда был видным ученым, почетным членом королевского двора и наставником принца Лотрика, убедил дочь Гвиневер последовать вместе с ним в Иритилл. Есть еще одна теория – Танцовщица, скорее всего, имеет общую родословную с Йоршкой, непризнанным ребенком Гвина, и Саливан заставил ее служить себе, получив звание понтифика. Но единственное, что подтверждает эту гипотезу, – география. Поскольку Йоршка жила в Иритилле, здесь вполне подходит тот факт, что Танцовщица и Вордт действительно родились в Холодной долине.